— Ещё один?

— Нет, Владыка. Нет.

Тьма сгустилась, а затем отступила, когда Шао Кан пошевелился на своём троне.

— Эти смертные утомляют меня своим высокомерием и ничтожными просьбами.

— Я нисколько не виню вас, сир, — сказал Рутэй. — Это не очередной колдун или ведьма, сир.

— Тогда в чем дело?

Дородный, с кожей цвета пергамента Рутэй откинул подол своего красного халата и, низко кланяясь, почти касаясь лбом пальцев ног, приблизился к почти неразличимому силуэту Шао Кана.

— Владыка Шао, — произнес маленький демон — как всегда, обладая лишь крупицей той власти, которой желал или в которой нуждался, — я получил послание от… от вашего слуги в Материнском царстве.

Рутэй тяжело вздохнул, и этот вздох прозвучал и ощутился как порыв из печей, полыхающих в ямах дворца Внешнего мира.

— Что говорит этот жалкий смертный?

— Владыка Повелитель, Шанг Цзун говорит, что очень скоро вы получите последнюю недостающую душу, и сможете совершить переход.

— Я устал от его обещаний.

— Он… он говорит, что уверен в этом.

— В прошлый раз он тоже был уверен.

— Сир, он… признаёт, что отвлёкся. Он искал амулет Рэйдена, чтобы с-служить вам, Ваше Величество.

— Слепец Рутэй, — сказал Шао Кан. — Он искал амулет, чтобы противостоять мне, бес!

— Нет! — воскликнул Рутэй. — Шанг Цзун… не посмел бы противостоять вам, Великий! Он знает: попытайся он, и его ждёт неудача.

— Вот почему он потерпел неудачу, малыш. Меня невозможно остановить. Ни ему… ни Рэйдену.

— Д-да, Высочайший, — подобострастно произнес Рутэй. — Я передам это его ничтожному коварству.

— Так и сделай, — прогрохотал Шао Кан. — И скажи ему ещё кое-что, искорка.

— Всё что угодно, Сиятельство.

— Передай Шанг Цзуну: если он снова подведёт меня, если не сможет добыть для меня душу в следующей Смертельной Битве, я найду способ вступить в состязание и сам заберу нужную мне душу — возможно, его собственную, маленький регент. А если ты промедлишь ещё мгновение, то, возможно, и то, что осталось от твоей.

Рутэй попятился от трона, всё ещё кланяясь.

— Весьма… разумный и здравый план, Ваше Божество, — сказал он. — Хотя должен признаться, Могущественный Правитель Внешнего мира, я бы с нетерпением ждал такого состязания.

Свирепые зубы Шао Кана обнажились, когда его рот растянулся в улыбке.

— Рутэй, — произнёс он, — я… тоже жду такой Смертельной Битвы.

Сообщение Смертельная битва — Глава 44 появились сначала на Asian Webnovels.

Деревня Вуху приветствовала возвращение своего священника спонтанным празднованием. Жители высыпали на улицы и, обчистив свои компостные кучи, принялись бросать в него пригоршни костей животных.

Соня и Лю Канг шли позади него, а Скорпион следовал за ними обоими.

Агент Спецназа казалась озадаченной столь бурным выражением чувств.

— У нас в Штатах бросают конфетти, — сказала она, ловко применив верхний блок, чтобы отбить грудную кость фазана, летевшую в её ноющую челюсть. — Так меньше шансов получить травму.

— В этом нет никакого иного смысла, кроме самого акта бросания, — сказал Лю Канг. — Это традиционный китайский способ сказать, что люди надеются, что он останется здесь навсегда и его собственные кости будут погребены в земле Вуху. Радуйся, что в этой деревне такой обычай, — он ухмыльнулся. — В некоторых местах бросают кожу и внутренности.

— Объедение, — отозвалась Соня.

Она наблюдала за тем, как старые и молодые выбегали и ковыляли из дверей своих хижин; на их лицах сияли широкие улыбки, некоторые плакали от счастья, и все они вливались в толпу. Видя их радость, она почувствовала: хотя ей и не удалось догнать Кано, этот день — да и всё приключение — не прошли даром.

Они остановили Шанг Цзуна, убеждала она себя, и она помогла вернуть Кунг Лао в лоно народа, которому он был нужен. Она даже почувствовала легкий укол зависти.

— В последний раз, когда я была дома в Остине, Техас, — произнесла она, — целых два человека подошли поговорить со мной, пока я заправляла бензобак. Один был бывшим парнем, встречи с которым я надеялась избежать, а другой — подругой, у которой я как-то одолжила CD-диск Джорджа Стрейта.

— И как бы ты себя чувствовала, если бы тебя встретили как героя? — спросил Лю Канг.

— Неловко, — призналась Соня. — Хотя в глубине души мне бы это, наверное, понравилось. — Она высоким ударом ноги отбросила летевшую в неё косточку от окорочка. — Но, думаю, такое возможно только в подобных местах.

Лю Канг кивнул.

— В маленькой деревне, где высоко ценится мудрость местного священника… а не в глобальной деревне, где мы ловим каждое слово радиокомментаторов и ведущих телевизионных ток-шоу.

Когда квартет достиг Храма Ордена Света, Кунг Лао обернулся к своему народу, в то время как Соня, Лю Канг и Скорпион выстроились позади него. Священник всё ещё был бос и одет лишь в тот самый халат, в котором отправился в путь, хотя теперь на его шее также висел амулет Бога Грома.

Кунг Лао широко улыбнулся, увидев, как Чин Чин пробирается вперёд сквозь небольшую толпу, затем поднял руки и заговорил.

— Святой Чу-чи¹ однажды писал: «Я чувствовал себя обязанным уйти далеко и взойти на знаменитую гору. Покинув родную деревню и оставив позади безучастность, я взялся возделывать заросли и натирать мозоли на руках и ногах. Они считают меня безумцем. Однако божественный процесс не процветает среди привычного».

Кунг Лао улыбнулся.

— Возлюбленный народ Вуху, мы с моими друзьями тронуты вашим приёмом. Мы узрели непривычное и возделали заросли праведности на поле мерзости. Но благодаря вере мы восторжествовали.

Соня ожидала, что люди разразятся ликованием, но ответом была лишь благоговейная тишина. Она не чувствовала себя странно или неловко, хотя и пыталась представить себе американского политика, произносящего подобную коронную фразу и не получающего в ответ ничего, кроме народной любви и пристального внимания.

— Когда мы столкнулись с силами Внешнего мира, — сказал Кунг Лао, — нам выпало благословение видеть рядом с собой священнейшего Бога Грома. И прежде чем покинуть нас и вернуться на свою святую гору, Рэйден поручил мне исполнить для него одну вещь.

Кунг Лао замолчал, обводя мудрым взглядом нетерпеливые и любящие лица деревенских жителей. Его взор остановился на Чин Чине.

— Бог Грома попросил меня выбрать послушника, — произнёс он, — того, кого я лично обучу, чтобы он стал священником в Ордене Света. Человека, которого со временем я отправлю основать новый храм. Я прошу тебя, Чин Чин, стать этим новым учеником.

Юноша выглядел так, будто только что увидел, как одна из его овец взобралась на дерево.

— М-мастер — вы уверены, что хотите выбрать именно меня? — спросил Чин Чин.

— Это сам Рэйден просил за тебя, — сказал священник. — Он видел мужество, с которым ты противостоял людям Кано, и знает, что ты окажешься достоин этой задачи.

— Для меня это было бы честью, — сказал Чин Чин. — Но я сирота, и у меня нет ни братьев, ни сестёр. Кто будет присматривать за моим стадом?

— Я буду!

Кунг Лао всмотрелся в толпу, в то время как Чин Чин и ещё несколько жителей деревни обернулись.

Все взоры обратились к молодому человеку, стоявшему посреди них. Он был стройным, но мускулистым и нес на плече длинный посох; с его конца свисал тугой узел из черной ткани. У молодого человека были чрезвычайно резкие и угловатые черты лица, тонкие черные брови, черные волосы, собранные в два хвоста, и черные глаза, которые перебегали с предмета на предмет и поблескивали, словно маленькие лужицы масла.

Когда Кунг Лао повернулся к нему, молодой человек поднял руку ладонью вперед, чтобы защитить глаза от солнечного света, отраженного амулетом.

— Я не знаком с вами, — сказал Кунг Лао.

— Нет, глубокоуважаемый жрец. Меня зовут Само Хеунг. Я только что прибыл в Вуху из Цицикара, что на Большом Хинганском хребте. Там я был пастухом, пока мою деревню не уничтожила лавина. Я пришел на юг, чтобы начать новую жизнь вдали от печальных воспоминаний о севере, и хотел бы сделать это здесь — а также обрести покой, совершая молитвы в вашем храме.

Кунг Лао улыбнулся.

— Добро пожаловать, Само Хеунг. Для нас было бы честью, если бы вы взяли стадо Чин Чина.

— За определенную цену, — сказал Чин Чин. — За разумную цену, — добавил он под укоризненным взглядом Кунг Лао.

— Но разумеется.

Само Хеунг поклонился. Хотя его голова была склонена, его черные глаза пронзили толпу, нашли Скорпиона, поймали и удержали взгляд бойца.

Соня одновременно заметила эту связь между ними и почувствовала странный холод.

— Скорпион, ты знаешь этого человека? — спросила она.

— Я не уверен, — сказал он. — Но у меня такое чувство, будто я где-то его встречал.

— Он, должно быть, тоже это чувствует, — заметил Лю Канг, — судя по тому, как он на тебя смотрит.

Жрец велел жителям деревни расходиться по домам, и пока они тихо разбредались, Скорпион поспешил вслед за ними, чтобы поговорить с темноволосым незнакомцем.

Хотя от храма до места, где стоял человек с севера, было всего несколько шагов, к тому времени, когда Скорпион подошел туда, тот уже исчез. Более того, никто не видел, куда он ушел.

— Довольно странно, — сказал Лю Канг, поравнявшись со Скорпионом. — Можно было подумать, что он захочет поговорить с тобой.

— Может быть, он узнал Скорпиона, — сказала подошедшая Соня, — и не захотел с ним видеться. — Она посмотрела на своего спутника в маске. — У тебя есть враги?

— Только один, — мрачно ответил он. — Ниндзя с ненавистью в глазах, обладающий силой приходить и уходить незримым… и такой отвагой, которая никогда не позволит ему вступить в прямое противостояние.

Соня сказала:

— Похоже, Вуху только что наняла ниндзя в качестве своего нового пастуха.

— Вполне возможно, — сказал Скорпион. — Пожалуй, я задержусь здесь на некоторое время, чтобы разузнать о нём побольше.

Попрощавшись с двумя друзьями, Скорпион направился к кирпичному зданию, служившему в Вуху постоялым двором и почтовым отделением.

Когда он вошёл внутрь, Соня повернулась к Лю Кангу:

— А я-то думала, что мы настроены серьёзно.

— Так и есть, — ответил Лю Канг. — Там, на острове, ты была настроена вполне серьёзно, когда крушила кирпичи и балки. Да и от тех птичьих костей, что летели в твою сторону, ты не особо-то и уворачивалась.

— Я стараюсь давать выход гневу, — сказала она. — Если держать его внутри, как это делает Скорпион, можно и заболеть.

— И ты думаешь, что избавилась от своего гнева? — спросил Лю Канг. — Или он подобен яду Рептайла: чем больше плюёшь, тем больше его вырабатывается?

На лице Сони отразилось страдание.

— Спроси священника, — ответила она. — Это он заглядывает в наши души. Я знаю лишь одно: Скорпион, скорее всего, не сможет спать спокойно, пока Саб-Зиро не будет мёртв. По крайней мере, я буду полна сил, когда найду этого мерзавца Кано.

— Возможно, ты права, — сказал Лю Канг, — но и Рэйден был прав: вечный сон наступит достаточно скоро. Может быть, Скорпион знает, что делает.

— К слову о делах, — произнесла Соня, — что ты собираешься делать теперь? Вернёшься в Гонконг?

Лю Канг кивнул.

— Мне нужно найти новых рекрутов, чтобы заменить тех двоих, которых я здесь потерял. Также я хочу проверить кое-кого из тех, кто сражался в прошлой Смертельной Битве. Посмотреть, остался ли кто-то из них в живых и могут ли они что-нибудь мне об этом рассказать. Рэйден может считать, что мы выиграли это противостояние, но когда я в следующий раз встречу Шанг Цзуна и его группу, я не хочу, чтобы они смогли просто так уйти. А ты? — спросил он. — Останешься здесь искать Кано?

— Нет, — ответила Соня. — Мне нужно вернуться в Соединённые Штаты и доложить начальнику о том, что здесь произошло. Джексон Бриггс не любит, когда его держат в неведении, а кроме того — Кано похож на гнилое бревно. Он может на время уйти под воду, но в конце концов всё равно всплывёт. И когда это случится, я буду рядом.

— Вместе со мной, — добавил Лю Канг. — Как насчёт того, чтобы взять по МакФезантсу с картошкой фри и отправиться в долгий путь до железнодорожной станции?

Соня обняла его за плечо.

— Угощаешь?

— Угощаю.

— Пошли, — сказала она, и они направились к постоялому двору.

Позади них Чин Чин в одиночестве стоял у храма, издали наблюдая за тем, как Кунг Лао приветствуют его монахи.

Спустя несколько мгновений он заметил стоявшую рядом высокую фигуру.

— Вы слышали? — спросил юноша незнакомца, нищего, который был одет в черное шерстяное одеяние, а его лицо скрывалось в тени капюшона с кожаной бахромой. — Я стану священником.

— Я слышал, — ответил незнакомец спокойным, медоточивым голосом. — Поздравляю.

— Благодарю вас, — лицо Чин Чина так и сияло. — Как вы думаете, будет ли мое обучение включать…? — Он замялся. — Нет. Какой глупец! Я не смею об этом даже помышлять.

Но он об этом помышлял.

— Разве не было бы чудесно, — произнес он мгновение спустя, — если бы Кунг Лао научил меня пользоваться его секретным амулетом? Подумайте об этом. Я бы использовал его магию, чтобы помочь стольким нуждающимся.

Незнакомец спросил:

— Неужели?

— Да! О, непременно!

— Тогда хорошенько усвой свой первый урок, Чин Чин.

Мальчик посмотрел на него:

— Первый урок? В чем же?

— В том, где на самом деле таится сила.

Солнечный свет упал на идеально очерченный рот нищего под кожаным краем капюшона. Кожа на его щеке и подбородке казалась неестественно гладкой, словно стекло, почти сияющей.

— Простите, — сказал Чин Чин. — Я не понимаю.

Незнакомец сделал шаг к мальчику.

— Амулет, который ты так жаждешь получить, не обладает силой, — сказал он.

Энтузиазм Чин Чина, казалось, угас.

— Что вы имеете в виду? Конечно, у него есть сила!

— Нет, — сказал незнакомец, водя крепким пальцем из стороны в сторону. — Сила амулета лишь настолько велика, насколько велика сила того, кто им владеет. — Незнакомец потянулся и ткнул пальцем в грудь Чин Чина. — Сила амулета исходит отсюда.

— Изнутри меня? — спросил юноша.

— Талисман просто помогает владельцу верить, — сказал незнакомец.

— Верить во что? В Тьен? В магию?

— В самого себя, — терпеливо ответил незнакомец. — Подобно детской улыбке или великолепному восходу солнца, он помогает носящему подавлять ту темную сторону, что есть в каждом из нас. Подобно прохладному дождю, он очищает и освежает дух, извлекая на поверхность силу и благородные стремления, которые уже заложены внутри.

Чин Чин не знал, радоваться ему или разочаровываться этому откровению, и стоит ли вообще в него верить. И все же что-то в незнакомце заставляло его верить, и в течение то ли мгновения, то ли часа он стоял, вглядываясь в завораживающие глаза незнакомца.

— Не будет ли грубостью спросить, откуда вы так много знаете об амулете Кунг Лао? — спросил Чин Чин. — Вы священник или паломник Ордена Света?

Тьен (кит. 天, tiān) — Небо, верховное божество или высшая сила в китайской философии и религии.

— Нет, — сказал незнакомец. — Я ни тот ни другой. Я исследователь, и ты тоже им станешь.

— Я? — спросил юноша. — Но вы ошибаетесь. Я не стану исследователем. Меня только что пригласили на службу в храм.

— Станешь, — сказал нищий, протягивая руку. Между его большим и указательным пальцами был зажат лоскут белой ткани, трепещущий на ветру. — Ты можешь это прочесть? — спросил он.

Чин Чин взял ткань и посмотрел на черные иероглифы, начертанные на одной стороне. — «Он не может умереть, но и не живет — это истина. Он больше всего сущего, и всё сущее — это Пань Ку». — Пастух посмотрел на незнакомца. — Я не понимаю. Кто такой Пань Ку?

— Он тот, кого я ищу… и кого будешь искать ты. Понять Пань Ку — значит понять природу всего творения. Понять его — значит найти источник смертных и бессмертных, добра и зла, осознать двойственную природу вселенной.

Чин Чин снова посмотрел на бумагу, а затем собирался вернуть её незнакомцу.

— Она твоя, — сказал нищий, подняв руку. — Храни её всегда, чтобы она напоминала тебе: поиск никогда не заканчивается.

Его золотые глаза блеснули под капюшоном, когда он отвернулся. Незнакомец оставил Чин Чина в еще большем замешательстве, чем прежде, но тот был полон решимости усердно трудиться и найти ответы на мириады вопросов, которые теперь роились в его голове.

Глядя ему вслед, Чин Чин пробормотал: — Интересно, кто это…

А затем сверкнула молния, и нищий исчез. Когда Чин Чин вбежал в храм, он уже знал, с кем только что говорил…

Сообщение Смертельная битва — Глава 43 появились сначала на Asian Webnovels.

Несмотря на болезненные раны и окровавленную челюсть, Соня Блейд поднялась на ноги и побежала за ним.

Рэйден и Скорпион противостояли ошеломлённым Горо и Рептайлу, а Лю Кангу удалось вырваться из ослабевшей хватки Аутворлдера и присоединиться к товарищам.

— Всё кончено, волшебник, — сказал Кунг Лао Шанг Цзуну.

Шанг Цзун выдавил слабую ухмылку на своём длинном сморщенном лице. — Пока что.

— Нет! — сказал Кунг Лао. — Ты убил.

— Это мой остров, — сказал волшебник. — Мои законы. И ни одного из них я не нарушил.

— Есть и другие законы, — сказал Лю Канг. — Законы чести и порядочности.

— Я прожил больше тысячи пятисот лет, мой росток Белого Лотоса. Не смей поучать меня чести и порядочности. Я видел, как они принимали разные формы и трактовались по-разному. Одни говорят, что порядочные — это всего лишь те, кто принял то, что есть, в то время как непорядочные — это те, кто пытается это изменить. — Шанг Цзун посмотрел на Рэйдена. — Другие говорят, что порядочность — это поклонение одному богу, а непорядочность — поклонение другому. Кто вправе судить, что правильно?

— Победитель, — сказал Скорпион. — И оттуда, где стою я, кажется, что это мы.

— Неужели? — спросил Шанг Цзун. — Вы добились того, к чему стремились? Вы уничтожили Саб-Зиро? Покажи мне его сердце!

Скорпион промолчал.

— Пленила ли Соня Блейд Кано? Обладает ли Шао Кан по-прежнему верховной властью во Внешнем мире? — Шанг Цзун улыбнулся. — Ты ничего не выиграл, человечишка. Ты лишь задержал меня. У меня есть время и ресурсы, и я найду способ получить желаемое.

Лю Канг подошёл поближе к Богу Грома. — Рэйден! Неужели ты позволишь этому злодею уйти безнаказанным?

Божество ответило: — У нас нет выбора.

Лю Канг сказал: — Но они слабы! Мы можем одолеть их — всех до одного!

— Если бы мы лишили их жизни или нарушили закон Шанг Цзуна, — произнёс Рэйден, — мы стали бы ничем не лучше них.

— Я бы с этим смирился, — сказал воин Белого Лотоса, — лишь бы они вышли из обращения!

Рэйден многозначительно произнёс: — Мы проделали столь долгий путь и сражались столь яростно не для того, чтобы переделать мир по своему вкусу, а чтобы помешать им сделать то же самое.

Лю Канг пнул обломок камня на земле. — Но этот человек безумен, Рэйден! Он ведь попробует снова!

— Ты снова ошибаешься, парень, — сказал Шанг Цзун. — Я не буду пробовать это снова. — Его взгляд переходил от одного героя к другому. — Я многое узнал о своих врагах и совершенно точно не стану повторять это снова. В следующий раз, когда мы встретимся — все мы — это произойдёт более традиционным способом.

Лю Канг обрушил на воздух перед Шанг Цзуном серию высоких ударов и апперкотов, заставив волшебника отступить.

— Смертельная Битва, — произнёс воин Белого Лотоса с самодовольной ухмылкой. — С нетерпением жду этого, колдун!

— Как и я, — отозвался Шанг Цзун.

С большим трудом изнурённый волшебник простёр руки к пролому во внешней стене.

— В духе этого упоительного нового стремления к разрядке, — сказал он, — я предлагаю вам воспользоваться моим судном, чтобы вернуться на берег. Что до меня, я устал и очень хотел бы долгого отдыха. Горо, Рептайл — за мной.

Развернувшись, Шанг Цзун покинул полуразрушенное святилище в сопровождении Горо и Рептайла. Всё ещё дезориентированные Аутворлеры пробирались сквозь обломки, рыча и шипя на Бога Грома и его спутников, когда проходили мимо.

Когда они ушли, Соня Блейд стремительно вошла через пролом в стене.

— Я упустила его, — пропыхтела она, выплескивая часть своей поверхностной ярости и выбивая ударами ног в прыжке шатающиеся кирпичи из зияющей дыры. — Этот остров… его невозможно понять.

— Этот остров? — отозвался Лю Канг. — Чёрт, сейчас я даже «хороших парней» перестал понимать!

— Я видела, как Кано обогнул пагоду, — сказала Соня, — и погналась за ним. Но когда я оказалась там, он был у меня за спиной. А затем он просто исчез, не оставив следа.

— Это место странное, — произнёс Кунг Лао, — и невольно задаёшься вопросом: то ли душа того человека исказила остров, то ли сама Шимура была воплощением зла и заразила его душу.

— Я о таких вещах не беспокоюсь, — сказала Соня, всё ещё разгневанная, но уже взявшая себя в руки. Она проводила взглядом Шанг Цзуна и его демонов, огибавших угол странно изогнутого коридора. — Но предчувствую, что Лю Канг прав. Скоро мы все вернёмся на этот остров.

Скорпион сказал:

— Только если здесь будет Саб-Зиро. Я не успокоюсь, пока не найду его.

— Он сам может тебя найти, — сказал Лю Канг. — Он принадлежит к злому клану ниндзя, который не привык ждать, пока враги придут к ним сами. Каждый из этих убийц хуже следующего.

Глаза Скорпиона увлажнились.

— Не каждый из них, — произнёс он. — Когда-то в Лин Куэй был благородный воин. Человек, который заплатил за это благородство своей жизнью.

— Но который всё ещё живёт в своём сыне, — сказал Рэйден, и в его золотых глазах отразилось несвойственное ему сострадание.

Соня нанесла последний круговой удар ногой по кирпичу, свисавшему сверху в проломе стены, а затем перелезла обратно.

— Прямо сейчас, — сказал Кунг Лао, — как бы мне ни было неприятно это признавать, я согласен с Шанг Цзуном.

— Ты согласен с волшебником? — удивился Лю Канг.

— Да, — с улыбкой сказал священник. — Всего за один день я побывал священником, проводником, живым туманом и воином. Определённо, пришло время отправиться домой и вздремнуть.

Рэйден посмотрел на священника.

— Времени для отдыха будет предостаточно, — сказал он, — того долгого сна, к которому в итоге приходят все смертные. Прежде чем ты закроешь глаза, я хочу, чтобы ты сделал одну вещь.

Сообщение Смертельная битва — Глава 42 появились сначала на Asian Webnovels.

Как только пламя в жаровне достигло потолка, украшенного безумными созвездиями, видимыми в небесах Внешнего мира, огненный столб с оглушительным гулом обрушился внутрь себя, гася огонь. Тлеющие угли в воздухе вокруг жаровни схлопнулись, когда сам воздух хлынул внутрь, словно затянутый в жерло огромной воронки. Вскоре весь круг ожил от неистовства вращающегося воздуха.

Кунг Лао вышел из круга и встал у дверного проема. Кано и Соня Блейд прекратили драку, а Шанг Цзун тоже покинул круг. Все четверо наблюдали, как Рутэй, извиваясь, начал медленно ползти по полу на спине, пока его не затянуло в вихрь так быстро, что он оставил за собой в воздухе коричнево-белый след.

Шанг Цзун спросил жреца:

— Что ты наделал?

Волшебник прислушался к воплям во дворе и тошнотворным ударам тел о стену. Затем он заметил, что Кунг Лао не устранил разрывы в круге, и прямо на его глазах частицы порошка уже взлетали ввысь, а затем устремлялись вниз, кружась в сверкающем водовороте.

— Что ты наделал? — закричал Шанг Цзун.

— Не меньше того, что обещал, — сказал Кунг Лао. — Я отправил Рутэя обратно во Внешний мир, где он возродится.

— Что еще! — потребовал колдун.

— Раз уж я все равно открывал проход, я решил отправить обратно и остальных твоих слуг.

— Но ты солгал! — прорычал Шанг Цзун. — Жрец Ордена Света нарушил свое слово!

— Ничего подобного я не делал.

— Ты сказал, что не знаешь слов, чтобы войти в красную ауру!

— И я не знал, — ответил Кунг Лао. — Но я хорошо разбираюсь в шаолиньском мистицизме, Шанг Цзун. Я знал, что ты существо лживое и коварное, и что молитва, которую ты мне дал, позволила бы тебе отправить душу к Шао Кану и открыть дверь в наш мир.

Снаружи о стену святилища раздалось несколько тяжелых шлепков. Стена начала выгибаться внутрь.

— Я просто произнес молитву задом наперед, — сказал Кунг Лао, — а это обычный способ обратить оккультный процесс вспять. Оставив круг незамкнутым, я дал возможность всем твоим гостям вернуться домой.

— Нет… не всё! — отчаянно произнес Шанг Цзун, глядя на стену, которая начала покрываться трещинами. — Горо! Рептайл!

На его глазах от стены отваливались мелкие осколки, затем куски, и, наконец, во все стороны полетели целые блоки, когда внутрь хлынуло море Салинас вместе с ожившей плотью мертвецов, которая вот-вот должна была воссоединиться со множеством своих душ и освободить их для пути в черное царство смерти, а не на вечное проклятие.

— Шанг Цзун!

Рев был слышен даже сквозь грохот вихря: показалась огромная фигура Горо, чье плечо проламывало стены на пути, опрокидывая стулья и столы, обрушивая колонны в попытках остановить свой полет вперед. За ним следовал сопротивляющийся Лю Канг, все еще зажатый в его хватке, и Рептайл.

— Шанг Цзун — помоги нам!

Волшебник просиял, увидев плененного члена Общества Белого Лотоса.

— Горо, я здесь! — закричал волшебник. — Держи Лю Канга! Если ты протащишь его, Шао Кан получит его душу и вернется вместе со всеми вами!

Когда великана затянуло в святилище, Рэйден и Скорпион материализовались в комнате перед Горо, их чресла были опоясаны.

— Нет! — вскричал Шанг Цзун. — Вы его не остановите!

Собрав последние силы, волшебник отступил в ревущий вихрь. Его длинные белые волосы и богатое одеяние развевались вокруг него.

— Лорд Кан! Возьми остаток моей души, чтобы отправить этих двоих в иное место! Пусть мой провал станет твоим триумфом! Пошли красную молнию на —

Внезапно Горо и Рептайл перестали двигаться.

Волосы и одеяние Шанг Цзуна улеглись вокруг него в мирном беспорядке.

Ветер стих, и пыль круга осела на пол, подобно мелкому снегу.

И Кунг Лао убрал пальцы с амулета, сиявшего холодным огнем.

— Шанг Цзун, — сказал священник, — больше ни одна душа не будет отправлена Шао Кану… даже твоя. Дверь во Внешний мир закрыта.

Воцарилось мгновение густой тишины. Ее нарушил Кано, когда поднялся.

— В таком случае я сваливаю, — сказал он, перемахнув через то, что когда-то было стеной, и исчез в солнечном свете.

Сообщение Смертельная битва — Глава 41 появились сначала на Asian Webnovels.

Во дворе царил хаос. Бог, демоны Внешнего мира, призраки, оболочки мертвецов, Салинас — пехотинцы-обезьяны-мутанты — и смертные сражались за власть над этим днем.

Пока Лю Канг и Скорпион сосредоточились на Рептайле и Горо, Рэйден метал молнии в бесчисленных слуг дворца и храма — существ, лишенных души, которых приходилось разносить на все еще пульсирующие куски мертвой, но движущейся плоти, или же в Салинас, чья выносливость к боли была одновременно устрашающей и жестокой. Существа в черно-белых одеждах продолжали атаковать Рэйдена, несмотря на потерю конечностей и целых пластов сухожилий, а Бог Грома то и дело телепортировался в разные точки двора или на пагоды, чтобы возобновить натиск.

И тогда все чудовища Внешнего мира, а также мертвые слуги Шанг Цзуна из этого мира, прекратили бой. Как один, они повернулись в сторону святилища.

— Что происходит? — спросил Лю Канг у Скорпиона, когда казалось бы неудержимые Горо и Рептайл прекратили сражаться и посмотрели в сторону дворца.

— Я не знаю, — ответил Скорпион.

— Может быть, кто-то идет… — предположил Лю Канг.

— …или уходит. Ты это чувствуешь?

Лю Канг замер на мгновение. — Ты имеешь в виду это тянущее чувство?

— Да, — сказал Скорпион.

Мгновение спустя самые мелкие из Салинас начали скользить к дворцу, словно двор наклонился и их сносило в ту сторону. Они завывали, отчаянно цепляясь за деревья и за своих более крупных соседей, их длинные когти на ногах неистово скребли по земле. Что-то определенно тянуло их… и через несколько мгновений их более крупные товарищи тоже начали стремительно нестись к дворцу.

Даже Рептайл и Горо почувствовали это притяжение.

— Что-то случилось с порталом, — сказал Горо, когда мимо него проскользнул Салинас. Бедное существо набрало скорость и врезалось в стену дворца; за ним последовали другие твари, которые приземлялись на него сверху или влетали в окна, поглощаемые тьмой внутри. Вскоре сама стена не выдержала, и навалившиеся на нее Аутворлеры рухнули внутрь.

Горо повернулся так, чтобы оказаться лицом к дворцу, и, отклонившись назад, упёрся своими слоновьими пятками в плитки внутреннего двора. Несмотря на то, что он навалился всем весом в противоположную сторону, и на силу его пяток, его тоже потянуло к странной силе, воздействовавшей на всех, кроме Лю Канга, Скорпиона и Рэйдена.

Когда Рептайла оторвало от земли и потащило к зияющей дыре в стене дворца, Лю Канг прикрыл глаза от солнца и огляделся в поисках Рэйдена.

— Бог Грома! — крикнул он, увидев стоявшее у врат божество, от которого разлетались существа. — Что происходит?

Глаза Бога Грома меняли цвет с белого на золотой.

— Что-то обратило магию Шанг Цзуна против него самого, — сказал он. — Портал закрывается и забирает с собой своё злое отродье.

— Что могло это вызвать? — спросил Лю Канг в тот самый момент, когда одна из массивных рук Горо вцепилась ему в ногу, перевернула его лицом вниз и потащила всё быстрее и быстрее к пролому в стене.

Сообщение Смертельная битва — Глава 40 появились сначала на Asian Webnovels.

Кунг Лао обнаружил, что пагода пуста. Всех слуг тьмы созвали во внутренний двор или же, как он увидел, выйдя из башни, на нечто, похожее на прерванную церемонию в храме.

Впрочем, это не имело значения. Он сразился бы со всеми ними, чтобы достичь своей цели.

Но существа в плащах и капюшонах игнорировали его, пока он пробирался вперёд, направляясь туда, где, как он чувствовал, находился амулет его предка. Толпа поредела, когда он пошёл по извилистому коридору, где углы, казавшиеся издалека острыми, при ближайшем рассмотрении оказывались плавными изгибами, а полы, которые, казалось, уходили под уклон вниз, на самом деле вели вверх.

«Это место словно оживший кошмар», — подумал Кунг Лао. Нездоровая геометрия отражала порочность его хозяина.

Коридор становился всё темнее и темнее, а затем Кунг Лао увидел впереди слабый свет в открытом дверном проёме. Он медленно подошёл ближе, прислушиваясь к звукам, похожим на тихое, отчаянное дыхание среди хрипов и ударов боя.

Заглянув внутрь, Кунг Лао первым делом увидел стоящего на коленях волшебника, который смотрел на маленькое, похожее на беса чудовище, положившее голову ему на колени. За ними жрец Ордена Света заметил Кано, сражающегося с женщиной, которая входила в его банду головорезов. Молодая женщина атаковала с яростью, удивившей Кунг Лао и, очевидно, самого Кано: преступника прижали к стене, и он был вынужден обороняться, пока она осыпала его комбинациями из высоких ударов кулаком, апперкотов и ударов коленом в прыжке, которые окончательно выбивали его из равновесия. Кунг Лао не мог представить, что заставило её пойти против своего предводителя, но отчаяние Кано было очевидным из-за отсутствия той бойкой болтовни, что была столь характерна для этого человека.

Кунг Лао перевёл взгляд на Шанг Цзуна и шагнул в дверной проём.

Шанг Цзун покосился на него.

— Теперь мой день полон, — сказал он, сморщив нос, горьким тоном. — Я ожидал, Кунг Лао, что ты придёшь и осквернишь эту комнату своей святостью. От тебя за версту ею разит.

— Мне нужен только амулет, Шанг Цзун, — произнёс жрец.

— И это всё?

— Ты побеждён, — сказал жрец. — У меня нет желания уничтожать тебя.

— Нет желания? — Шанг Цзун усмехнулся. — Чушь. Оно просто погребено под вязкими слоями благочестия. Что ж, я не отдам амулет, Кунг Лао. Если он тебе нужен, приди и возьми его. — В его глазах всё ещё мерцала злобная искра жизни. — Посмотрим, так ли ты милосерден, как хочешь казаться.

— Не приближайся к нему! — крикнула Соня Блейд. — Дверь между мирами всё ещё открыта, и этот демон всё ещё дышит! Шанг ещё не вышел из игры!

Священник медленно подошёл. — Что с этим существом?

— Вопреки оптимистичному заявлению мисс Блейд, — сказал Шанг Цзун, — демон умирает. Эта женщина, эта глупая американская агентша со своими огромными американскими ступнями, нарушила зачарованный круг и разорвала линию жизни между Рутэем и Внешним миром. У меня нет сил восстановить её.

— Мне жаль, — сказал Кунг Лао.

— Мы тронуты, — ответил Шанг Цзун.

— Мне не нравится видеть конец любой жизни, — сказал священник, — даже той, что была посвящена злу. Всегда есть шанс на искупление.

Шанг Цзун хихикнул, наблюдая, как Кано тщетно пытается вернуть инициативу. Но после того как Соня Блейд парировала два отчаянных высоких удара Кано ногами, она провела подсечку, которая отбросила преступника к стене. Вслед за этим она нанесла удар ногой в прыжке в челюсть, от которого разлетелись зубы и кровь.

— Если это причиняет вам такую боль, — сказал Шанг Цзун, — почему бы не помочь ему? Используйте амулет, чтобы снова открыть линию жизни.

Кунг Лао остановился за пределами круга. — Хорошо, — сказал он.

— Не смей! — закричала Соня. Она удвоила усилия, чтобы победить Кано, выполнив захват «ножницы» вокруг его талии и повалив его. Пока она раз за разом наносила удары ребром ладони по его носу, она кричала: — Если ты снова откроешь портал, кто знает, что оттуда вылезет!

— Она паникёрша, — сказал Шанг Цзун, нахмурившись. — Не насмехайся надо мной, священник. Если можешь помочь, делай это быстрее. Рутэй не сможет долго цепляться за жизнь.

— Нет! — завопила Соня. Она оставила Кано, всё ещё находившегося в сознании, и бросилась к кругу. — Ты не понимаешь, что делаешь! Шао Кану нужна всего одна душа…

— Я осведомлён о нуждах Шао Кана, — сказал священник. Он поднял одну руку в сторону Сони, а другую протянул к волшебнику. — Отдай мне амулет, и я отправлю демона обратно, — сказал Кунг Лао Шанг Цзуну. — Даю слово.

Соня вбежала в круг, ещё больше разрушая его, от чего по телу Рутэя прошла дрожь.

— Хоззззяин… — умирающий регент содрогнулся.

Кунг Лао свирепо взглянул на Соню. — Не подходи ближе, — сказал он. — Если ты на стороне добра, тебе нечего бояться.

— Чушь! — сказала она. — Мой жених был на стороне добра, а теперь он лежит в латунном гробу.

— Только его тело, — сказал Кунг Лао, — но не душа. Он снова посмотрел на Шанг Цзуна. — Амулет?

Волшебник склонил голову перед священником, хотя и не сводил с него глаз.

— Священник, — сказала Соня, доставая ножи и приближаясь, — это по-настоящему, искренне идиотская затея, чтобы…

Удар ногой в прыжке отбросил её на жаровню, которая загрохотала, но не упала. Кано за ним последовал ударом ногой из приседа в её подбородок.

— Терпеть не могу звук твоего голоса, — проговорил он сквозь окровавленные губы.

Когда Соня попыталась подняться, Кано прижал руки и голову к груди и прыгнул на неё, подтянув ноги для яростного удара «ядром». Вдвоем они отлетели в другой конец комнаты, где и сцепились в темноте.

Кунг Лао снова посмотрел на волшебника, затем потянулся к кожаному ремню. Он снял амулет с шеи Шанг Цзуна и надел его на свою.

— Я могу соприкоснуться только с белой Аурой Ордена Света, — сказал Кунг Лао. — Черная Аура Смерти и красная Аура Внешнего мира мне не знакомы. Какие слова ты используешь?

— Прежде чем я скажу тебе, ты должен восстановить круг, — произнес Шанг Цзун.

Подойдя к разломам, Кунг Лао по очереди склонился над ними. — Готово, — сказал он.

Шанг Цзун даже не потрудился скрыть улыбку, когда произнес: — Слова, которые ты должен использовать, таковы:

— В край запредельный, за пределы я желаю уйти,

Из мрачного мира здесь и сейчас.

В вечное царство, где хаос — это порядок,

Где тьма — это свет и демоны обитают.

Раскрой свои объятия, Владыка нижних пределов,

Чтобы принять своего подданного. Услышь мою молитву.

Привыкший к учению и повторению, Кунг Лао закрыл глаза, склонил голову, сложил руки над амулетом и безмолвно произнес слова.

Когда он закончил, из жаровни вырвалось пламя, поднялось высоко и поползло в стороны, словно шляпка гриба.

— Море огня, Рутэй! — воскликнул Шанг Цзун, когда огонь разошелся над головой. — Глупец сделал это! Кано, прикончи женщину! Пусть ее душа будет той, что призовет Шао Кана!

Но когда волшебник опустил голову Рутэй на пол и поднялся на ноги, пламя изменилось… а вместе с ним и выражение его лица.

Сообщение Смертельная битва — Глава 39 появились сначала на Asian Webnovels.

— Рутэй! — выкрикивал Шанг Цзун, ковыляя по извилистым коридорам к святилищу Шао Кана.

Монахи в капюшонах из храма бесцельно бродили вокруг, а Бараки нигде не было видно. Но волшебник сейчас не мог беспокоиться об этом. Без сомнения, его верного священника выманила наружу суматоха.

— Рутэй! — вскричал колдун, произнеся заклинание, чтобы отпереть двери. — Что-то пошло совсем не так!

— И не говори, — пробормотал Кано, пока Шанг Цзун цеплялся за его руку для поддержки. — Чувствую, мне повезет, если я получу остаток своих денег, не говоря уже о шансе выпустить кишки тому жирному увальню, который швырнул меня об стену.

Волшебник проигнорировал его, в отчаянной спешке продвигаясь сквозь тьму и призывая регента Шао Кана. Он надеялся, что демон сможет помочь там, где, по необъяснимым причинам, его собственная магия дала сбой.

Шанг Цзун вошел в зал. — Рутэй, мне нужна твоя помощь, — сказал он, спеша к кругу, чтобы остатки тепла его тела могли оживить пламя и демона. — Я слишком слаб, мой дух истощен. Ты должен добавить свою силу к моей, чтобы амулет можно было активировать.

Жаровня тускло разгорелась, искры горящей угольной пыли наполнили воздух над ней. Оранжевое сияние росло, и в этот миг волшебник остановился. Хотя его глаза еще не привыкли к тусклому свету, он сразу почувствовал, что что-то не так. Область вокруг жаровни охватило странное волнение — беспокойство, из-за которого сам воздух пошел рябью от причудливой смеси жара и холода.

Взгляд Шанг Цзуна переместился с пламени в железной чаше на круг из порошка на полу, и он сразу увидел, в чем дело.

В кругу виднелся разрыв, черта не шире человеческой ступни. Но этого было достаточно, чтобы поставить заклинание под угрозу, не только ослабив связь Шанг Цзуна с Аутворлдером, но и подвергнув опасности всех существ из иных миров на этом плане бытия. Если бы разрушилась еще хоть малая часть.

Шанг Цзун обвел круг взглядом, который остановился на зрелище, заставившем его сердце сжаться. Рутэй больше не был безумным янтарным кольцом, парящим над кругом; из-за разлома в кругу некогда дородный, с пергаментной кожей демон-регент сгустился в жалкое подобие своего естественного облика.

В темноте у подножия жаровни лежало существо, чья кожа была белой в коричневых пятнах; оно было вытянутым и изуродованным, проведя пятнадцать веков в плену кольца. Теперь у него было узкое, удлиненное туловище, на месте лица — некое подобие вытянутой морды, а руки и ноги стали почти одинаковой длины и заканчивались лапообразными придатками вместо кистей и стоп. Его некогда белые глаза стали глубокого, печального коричневого цвета, а красный халат превратился в лохмотья и свисал с него, словно хвост.

Шанг Цзун рванулся вперед.

— Рутэй!

— Ш-Шанг, — пролаял демон. — Я ничего не мог сделать. Я… пытался… позвать тебя…

— Кто это сделал? — ахнул колдун, переступая через круг и склоняясь над этим странным и жалким зрелищем. — Говори мне!

— Владыка… Шанг, — проскулил демон, пока Шанг Цзун гладил его покатый лоб, — это… это…

— Это была я, — произнесла фигура, стоявшая в тени. — Я и моя левая нога.

Шанг Цзун метнул взгляд в сторону угла, пытаясь разглядеть что-то в темноте.

— Я знаю этот голос, — процедил он сквозь зубы, и голос его дрожал от ярости. — Выходи и предстань предо мной, ведьма!

Соня Блейд вальяжно вышла из темноты и улыбнулась. Подсветка снизу подчеркивала выражение её лица, отчего оно казалось почти демоническим.

— Я расстроила ваши планы, ребята? — спросила она.

— Лишь отсрочила их, — вызывающе ответил Шанг Цзун.

— Может быть, — сказала Соня, — но одно можно сказать наверняка. — Она вытянула правый кулак, раскрыла его ладонью вверх и дунула. — Тебе нужен новый талисман, — произнесла она, пока перья летели на пол.

— Хамачи! — вскрикнул Шанг Цзун. Его рот и глаза расширились от ужаса, он прошипел: — Соня Блейд — я увижу, как дикие Куатанские Трупины разорвут тебя на части, а твои останки скормят моим другим птицам.

— Не увидишь, — прорычал Кано. — Она столько не проживет.

Рассекая воздух яростными апперкотами, Кано несколько раз ударил коленом, прежде чем броситься на Соню с боевым кличем на искривленных губах и смертью в глазах.

Сообщение Смертельная битва — Глава 38 появились сначала на Asian Webnovels.

Круг тумана за стенами дворца светился отражённым светом молний Рэйдена, когда бог материализовался на берегу. Облик Скорпиона проступил в воздухе, обретая форму подле него, и в ногу они зашагали вверх по лесистому холму, по грунтовой дороге к дворцу.

— На деревьях никого нет, — сказал Рэйден, окинув взглядом ветви. — Либо нас не ждут, либо они собрали все силы внутри.

Дорога изгибалась к северу, и взору открылся величественный дворец, расположенный между близнецами пагод. Позади них Скорпион видел древний шаолиньский храм, высеченный в горной породе. Было жаль, подумал он, что столь великолепное сооружение служит делу зла.

И вот, в день, и без того полный сюрпризов, Скорпион был застигнут врасплох, услышав голос у себя в голове.

— Будь осторожен, сын мой, — произнёс тёплый, ободряющий голос Йон Парка. — Они действительно тебя ждут, и зло здесь в каждом углу.

Скорпион улыбнулся под маской.

— Я буду осторожен, отец, — заверил он его.

Железные ворота были закрыты, золотые драконы по обе стороны смотрели друг на друга. Рэйден метнул молнию в замок посередине; казалось, из пастей драконов вырвалось пламя, когда одна створка ворот отлетела назад, а другая сорвалась с петель и, кувыркаясь, рухнула во внутренний двор. Бог и человек вошли внутрь, не сбавляя шага.

Когда они вошли, два клина фигур в капюшонах выбежали им навстречу с обеих сторон, преграждая путь и назад, и вперёд. Рэйден остановился, и Скорпион замер шагом позже, видя, что фигуры просто стоят на месте.

— Позвольте нам забрать то, что наше по праву, — произнёс бог, — и вы не пострадаете.

Ответа не последовало, лишь ветер, гулявший по двору, колыхал их одеяния. И тогда из-за спин собравшихся раздался голос.

— Пока я настроен милосердно, вы можете уйти отсюда живыми, но на этом всё. О — и на будущее: бейте в гонг. Эти ворота дорого стоят.

Несколько фигур в одеяниях расступились, открывая взору волшебника с амулетом на шее, который выпрямился во весь рост, насколько мог. Справа от него стоял Горо, слева — Рептайл; позади него, едва различимый во тьме, виднелся Кано.

— Амулет, который на вас, был украден из моего храма, — сказал Рэйден. — Верните его и Соню Блейд, и мы уйдём.

— Амулет был найден на склоне горы, — ответил Шанг Цзун. — У вас нет на него прав. Что до мисс Блейд, я позволил ей воссоединиться с её женихом. Вы зря потратили время, придя сюда, Рэйден. Не тратьте моё время, оставаясь здесь.

— Я спрошу вас ещё раз, волшебник. Верните нам то, что принадлежит нам.

Вызов, казалось, придал Шанг Цзуну сил. В его глазах зажёгся прежний огонь, когда он произнёс:

— Вернуть его… или что? Вас двое, а нас — пятьсот.

Скорпион выкрикнул:

— То, что вы делаете, противно законам природы! Если бы вас было даже пятьсот раз по пятьсот, мы бы не ушли.

Шанг Цзун коснулся кончиками пальцев камня в центре амулета и закрыл глаза.

— Это интересное предложение, мой друг. Думаете, вы сможете подкрепить его делом?

Рядом с ним Горо начал посмеиваться.

— С этим амулетом и всего одной душой я могу открыть портал достаточно широко, чтобы привести двадцать пять тысяч воинов из Внешнего мира.

Скорпион почувствовал мимолётную слабость, пока не заговорил его отец. «Он не может навредить тебе, Цуи. Верь в свою силу… и в его слабость». Воин в облачении поднял запястья так, чтобы они были направлены на Шанг Цзуна.

— Ты слишком много болтаешь, колдун. Покажи нам свою армию.

Бледные щёки Шанг Цзуна покраснели, а его пальцы, всё ещё лежавшие на амулете, задрожали.

— Ты, высокомерный мелкий божок, дашь ту самую душу, что приведёт их сюда!

Руки волшебника задымились, и он с ожиданием уставился на амулет. Великолепный талисман вибрировал и дрожал на его груди, но лишь из-за его собственной дрожи, а не потому, что он пробудил его силу. Секунды тянулись вечность; все взгляды были устремлены на него, но обещанного раздирания души так и не произошло.

Затем дрожь прекратилась, и тонкие пальцы Шанг Цзуна замерли.

Руки волшебника перестали дымиться.

Его иссохшее лицо лишилось той малой толики жизни, что к нему вернулась.

И под непонимающими взглядами Горо и Рептайла, под пустыми взорами преданных обитателей дворца Шанг Цзун, Темный Лорд острова Шимура, Владыка Капюшонных Войск, Волшебник-канцлер Шао Кана, поднял свои потускневшие глаза от амулета.

— Он не работает, — сказал Шанг Цзун Рэйдену.

Скорпион сказал:

— Мы все видели.

— Скажи мне почему, Рэйден, — произнес Шанг Цзун. — Я требую ответа!

Внезапно нечто, казавшееся небольшим темным и необычайно плотным облаком, отделилось от тумана вокруг острова и поползло вверх по холму. Оно проплыло над внутренним двором — все головы повернулись вслед за ним, — пока оно дрейфовало к шпилю-навершию пагоды и не осело на пологой скатной крыше ниже. Там туманная масса разделилась на две части, одна из которых начала принимать человеческий облик и осталась на крыше, в то время как другая устремилась к земле.

Фигура на крыше обрела плотность; бугристые серые контуры сменились гладкой плотью и белым одеянием.

— Ничего не вышло, потому что ты — демон, который служит еще более великому демону, — прокричал Кунг Лао, чье одеяние развевалось на ветру.

— Жрец! — выкрикнул Горо. — Как это возможно?

— Дуальность, — сказал Кунг Лао. Он указал на Шанг Цзуна. — Его магия показала мне, как это сделать. Мистицизм Фенга обеспечил ингредиенты, а молнии, сорванные с потолка в Храме Райдена, дали мне средство смешать их.

Приземлившись на землю и вновь обретя форму позади Шанг Цзуна, Лю Канг произнес:

— Мы воссоздали то, что сделал ты, маг, хотя и не ради зла.

Воин Белого Лотоса подпрыгнул, чтобы нанести удар кулаком в прыжке ошеломленному колдуну, но Горо встал между ними. Он заблокировал удар одной из своих мощных рук и, вложив все свое гигантское тело в круговой удар ногой, задел ногу Лю Канга. Смертный рухнул на землю, откатился в сторону и вскочил на ноги прежде, чем великан успел его раздавить.

Над ними Кунг Лао спустился на балкон под крышей и ногами вперед запрыгнул в открытое окно пагоды, в то время как Скорпион пробежал сквозь брешь в рядах капюшонных войск Шанг Цзуна. Когда Скорпион выполнил высокий прыжок в шпагате, чтобы уклониться, а затем продолжил бежать к своему товарищу.

Выругавшись, Шанг Цзун приказал своим приспешникам атаковать Рэйдена. Затем волшебник обернулся и, снова выругавшись, потащил Кано за собой и побежал к святилищу.

Сообщение Смертельная битва — Глава 37 появились сначала на Asian Webnovels.

В течение трёх лет подготовки к тому, чтобы стать агентом Спецназа, Соню Блейд обучали каратэ, кунг-фу и тхэквондо, и она в совершенстве овладела ими. Она была экспертом по такому оружию боевых искусств, как нунчаки, сай и катаны, а также освоила всё традиционное западное оружие, включая нож, все виды огнестрельного оружия, лук и стрелы и взрывчатые вещества, начиная от сложных датчиков движения, прикреплённых к С-4, до самодельных ручных гранат, изготовленных из кофейных жестяных банок, штифтов и пороха. Её обучали японскому, немецкому, русскому и испанскому языкам в дополнение к французскому и финскому, которые она уже знала, и она изучала основы медицины, чтобы иметь возможность лечить себя или любого из своих товарищей, если они будут ранены в бою.

Но прямо здесь и прямо сейчас она была предоставлена сама себе. Никто из тех гениев в Академии Спецназа никогда не говорил ей, что делать, если её собираются принести в жертву голубю.

Как только Барака поднял свои лезвия, Соня поняла, что у неё есть всего несколько мгновений для действий — и она должна сделать это точно, иначе она будет нанизана на шампур как шиш-кебаб, так и не выполнив свою миссию.

Когда ножи были направлены вниз, Соня изо всех сил сопротивлялась, чтобы всё внимание её похитителей было сосредоточено на удержании её туловища неподвижно для удара. Пока они это делали, она напрягла бёдра, вытянула стопы и, когда ножи опустились, сделала свой ход. Зацепив стопы вокруг клетки захватом-ножницами, она вскинула ноги, сгибаясь в талии. Её движение застало всех врасплох, больше всего тех двоих, что держали клетку, когда та вылетела из их рук. Направляемая стопами Сони на боку, клетка перехватила мечи за мгновение до того, как они ударили её в грудь. Голубь был пронзён, забрызгав кровью и перьями волосы Сони, а клетка полетела дальше над её головой, увлекая за собой жреца. Вернув ноги так, чтобы они оказались прямо над ней, Соня сделала шпагат и ударила двух фигур в капюшонах, стоявших под ними по обе стороны от неё. Поражённые, другие существа, державшие её, ослабили хватку ровно настолько, чтобы оперативник Спецназа смогла вырваться на свободу.

Спрыгнув с вершины каменной плиты, Соня приземлилась на Бараку, захватив его грудь «ножницами», затем согнула большие пальцы и вонзила костяшки в мягкую плоть его висков. Он взвыл от боли, а затем потерял сознание, так как Соня сжала его грудную клетку так сильно, что он не мог дышать. Он лишился чувств как раз в тот момент, когда разъярённая орда набросилась на неё. В буквальном смысле подняв священника за спинку его одеяния, она обхватила его талию левой рукой, свободной рукой перехватила его правое предплечье и использовала его меч, чтобы прорубать себе путь сквозь толпу служителей в капюшонах.

— Жаль, что приходится вот так от вас отрезаться, — усмехнулась она, — но у меня горячее свидание.

Она пронзила насквозь одну из угрюмых фигур в чёрных капюшонах.

— Уловил моё острие, смешливый малый?

Добравшись до двери храма, Соня развернула священника к ним, упёрлась ногой ему в поясницу и толкнула его внутрь. Затем, выдернув перья из своих волос, она убежала, чтобы найти Кано и преподнести ему его давно заслуженные десерты.

Сообщение Смертельная битва — Глава 36 появились сначала на Asian Webnovels.

Сотворение заклинаний перемещения крайне истощило Шанг Цзуна, и теперь у него не осталось сил ни на магию… ни на что-либо другое.

Вернувшись во дворец с полей у горы Ангилас, он выглядел еще более сгорбленным, чем прежде, а кожа еще сильнее обвисла на его некогда могучем теле. Пока Соню увозили, Шанг Цзун нетвердой походкой направился к своему личному святилищу божества. За долгое время общения с Рэйденом и Кунг Лао он научился не быть оптимистом, но верил, что после нескольких просчетов дела наконец-то пойдут так, как он желал. Разгневанный Шао Кан позволил Рептайлу прибыть в этот мир, и телохранитель вместе с Горо загнали Рэйдена в угол. Теперь Шанг Цзун наконец-то сможет сообщить Шао Кану добрые вести.

Добравшись до комнаты, Шанг Цзун, шаркая, прошел сквозь подернутую оранжевым тьму к сиянию жаровни внутри зачарованного круга.

— Рутэй, — произнес он, — скажи мне. Кано нашел амулет?

— Он… нашел!

«Еще одна хорошая новость!» — подумал Шанг Цзун.

Закрыв глаза и направляя те крохи души, что у него остались, в Ауру, Шанг Цзун увидел Кано и использовал этот последний, иссохший осколок духа, чтобы послать красный разряд и перенести его во дворец. Но душа волшебника иссякла, и разряд рассеялся незадолго до прибытия Кано. И теперь Шанг Цзун лежал на полу святилища и ждал появления Кано, молясь, чтобы амулет позволил ему завершить дело, начатое очень, очень давно.

Он не знал, сколько времени прошло, пока не услышал тяжелые шаги в коридоре, затем в святилище и, наконец, этот желанный голос.

— Решил вздремнуть, Шанг?

— Кано, — выговорил волшебник, с трудом поворачивая голову. — Ты… ты добрался.

— Ага, — ответил Кано. — И твое ожерелье при мне. Вот здесь, — он указал обоими указательными пальцами, — у меня на шее.

— Хорошая… работа, — промолвил Шанг Цзун, пытаясь протянуть руку. — Дай мне его, пожалуйста.

— Само собой, — сказал Кано, опускаясь на колени и снимая его с шеи. Он протянул его к руке колдуна, но вдруг резко отдернул назад. — Э-э… то есть через минуту. После того как мы основательно пересмотрим условия моего контракта.

— Я… не понимаю.

Кано снова поднялся на ноги. — Дай мне нарисовать картину. Ты лежишь на пузе, и у тебя нет сил даже моргнуть. Если бы я насыпал тебе перца в нос, то ты бы чихнул и развалился на части. А вот и я — плотный и крепкий, как новенький кошелёк, и держу этот амулет, которым очень хочу научиться пользоваться. И когда я научусь, то думаю, что из благодарности парню, который меня обучит — то есть тебе, — я отдам тебе десять… нет, пускай будет пятнадцать процентов от всего, что добуду: денег, женщин, стран, других миров — чего пожелаешь.

Шанг Цзун закрыл глаза. — Ты… идиот, — прохрипел он. — Ты не ведаешь… что творишь.

— Разве я только что не сказал то же самое, Шанг-а-ланг? Поэтому ты мне и нужен! Мы будем командой, как Нельсон.

— Чтобы использовать любой талисман, — сказал волшебник, — нужна вера. Нужно… верить.

— А я верю. Верю, что из меня выйдет отличный правитель мира. — Он наклонился и подхватил Шанг Цзуна под мышки. — Так, давай-ка усадим тебя куда-нибудь, и ты начнёшь рассказывать про амулет, и…

Комнату внезапно залило ярко-красным светом, и мгновение спустя Шанг Цзун снова лежал на полу. Почти в двух футах над ним отчаянно дрыгались ноги Кано.

— Ты смеешь трогать хозяина? — прорычал Горо, мертвой хваткой сжав руки Кано, а затем швырнул его спиной о каменную стену. — Как ты смеешь?!

— Крайне своевременное и удачное появление, — произнёс Шанг Цзун, пока Рептайл помогал ему подняться.

— Своевременное — возможно, — ответил ящероподобный Аутворлдер, — но не удачное. Мы потерпели неудачу, Шанг Цзун.

— Потерпели неудачу… как?

— К Рэйдену присоединились двое других: член Общества Белого Лотоса и существо, способное на телепортацию сквозь чёрную ауру.

— Сквозь мир мёртвых? — спросил Шанг Цзун.

— Да. Несмотря на помощь ниндзя, которого ты прислал, Саб-Зиро, нам не удалось одержать верх.

— Где сейчас Саб-Зиро?

— Мы не знаем, — сказал Горо, поднимая ошеломлённого Кано за загривок, словно кота. Он забрал амулет и бросил Кано на пол. — Он сбежал и спрятался.

Шанг Цзун оперся на руку Рептайла. — Он ещё может напасть на остальных, но мы не можем на это рассчитывать. Они наверняка направляются сюда.

Горо протянул Шанг Цзуну амулет. — У нас есть преимущество: мы знаем поле битвы… а ещё здесь души и Салинас.

— Это правда, Горо. И у нас есть это, — сказал он, держа перед собой талисман и вглядываясь в молочную радугу, покоящуюся на зыбкой золотой подушке. — Иди и приготовься защищать дворец, пока я буду советоваться с Владыкой. И Горо — позаботься о том, чтобы от тела Сони Блейд избавились до их прибытия. Они могут разделиться, чтобы разыскать её, и тогда их будет легче одолеть.

Энергия Шанг Цзуна немного восстановилась с прибытием помощников, и даже во время отступления он смог подняться и неровным, траурным шагом направиться к мистическому кругу.

— Ты слышал… Рутэй?

— Я… слышал! — пронзительно выкрикнул демон. — Твоя победа… и моя свобода — о, сладкая свобода! — возможно, уже близко!

— Не «возможно», — Шанг Цзун улыбнулся, переступая через черту круга и надевая амулет на шею. — Уже близко. Рэйден и его спутники могут невольно помочь нам, мой питомец. Всего через несколько минут я использую силу амулета, чтобы вытянуть души из живых тел и отправить их через Ауру к Шао Кану — и, наконец, преграда между царствами станет достаточно широкой, чтобы он смог пройти.

Сердце Шанг Цзуна наполнилось надеждой и концентрированным злом, когда он встал у жаровни, призвал имя Темного Властелина и замер в ожидании того, когда пятнадцать веков ожидания подойдут к концу.

И тут снаружи послышался грохот.

— Шанг Цзун, — прохрипел Рутэй, — они идут — они идут!

Волшебник не стал просить Рутэя вдаваться в подробности; в этом не было нужды.

Нехотя покинув круг, он позвал Горо и Рептайла, приказал приходящему в себя Кано сопровождать его, если тот еще надеется выбраться с острова, и направился из святилища к дворцовым воротам.

Сообщение Смертельная битва — Глава 35 появились сначала на Asian Webnovels.