В тот самый миг, когда мы прыгнули… я тут же пожалела.

Я знала, что это — пруд, наполненный ядовитыми гу. Но я также знала, что в памяти Су Бай мы с Юэ Чи, лишь тени, призраки прошлого, и вреда нам быть не может. Тем не менее, глядя на кишащую массу змей, скорпионов и прочих созданий, я содрогнулась от ужаса.

Если даже дух может бояться, то что же тогда чувствовала живая Су Бай, прыгнувшая в этот ад из плоти и крови?

Она была изранена. И с израненным телом вступила в бой с тысячами гу.

Я видела, как ядовитые змеи и скорпионы вгрызались в её кожу, как плоть сходила с костей, обнажая белый, изъеденный скелет. Но она, сжимая кинжал, спрятанный в рукаве, продолжала отбиваться, до последнего вздоха.

Потом начались галлюцинации. Сознание её стало путаться. Она начала поедать ядовитых тварей, копируя их движения, уже не как человек, но как сама гу.

Это было слишком жестоко. Я отвернулась. А вот Юэ Чи… он смотрел неотрывно. Его глаза, широко распахнутые, блестели от слёз. И сквозь этот ужас… он смеялся. В этом смехе слышалось отчаяние и боль.

А потом появилась А Лай.

Она обвела взглядом пруд и холодно усмехнулась:

— Значит, ты действительно пришла. Если так сильно хочешь стать Цзюэ Ша, кто я такая, чтобы мешать? Такая решимость заслуживает награды.

С этими словами она развернулась и ушла.

Мне уже было всё равно. Я не знала, что она задумала, но устала от этого зрелища. Нашла угол и, обессилев, присела. Я не знала, сколько времени прошло. Когда снова открыла глаза, гу в пруду уже не было.

И Су Бай… кроме силуэта, невозможно было сказать, что это когда-то был человек.

Она свернулась в углу, сжимая кинжал. Её тело было изувечено, но она всё ещё резала что-то, кого-то, себя. Юэ Чи был рядом. Он тянул к ней руки, тщетно пытаясь обнять.

Я осторожно подошла и увидела, что Су Бай остервенело вырезала на земле два иероглифа: Юэ Чи.

Снова и снова.

И слышала её шепот:

— Я не должна забыть. Никогда не забуду.

У меня в груди возникли нехорошие предчувствия. И тут Юэ Чи хрипло прошептал:

— Сосуд гу не сохраняет воспоминаний. Она всё забудет.

Но Су Бай — не просто сосуд.

Она не хотела забывать.

Она не могла забыть.

И потому продолжала вырезать его имя, по стенам, по камню, даже по оголённым белым костям под своей кожей…

Пока яд гу не начал разъедать не только тело, но и память.

И вот, когда наступило утро, она открыла глаза и уже ничего не помнила.

Ничего, кроме одного имени.

Она сжала голову руками и зарыдала. Не зная, почему плачет. Только одно повторяла:

— Юэ Чи… Юэ Чи…

Этот хриплый голос стал последним ударом, сломившим Юэ Чи окончательно.

Он обнял её, пусть не мог прикоснуться, и сдался. Его лицо исказилось от боли, сдерживаемая холодность рассыпалась, как пепел, его безразличие разбилось вдребезги, его крики присоединились к её.

— Су Бай… — прошептал он. — Су Бай…

Но она не отвечала.

И вот, сквозь его стоны и рыдания, её голос тоже начал исчезать. Последнее «Юэ Чи» растворилось в сжатом, змеино-шипящем выдохе.

Она больше не плакала.

Она больше не страдала.

А я… я стояла в стороне. Единственная, кто всё ещё сохранял рассудок.

Вскоре, сверху, послышался скрип открывающейся двери.

Голос А Лай прозвучал звонко и холодно:

— Повелитель Юэ Чи! Даже если Су Бай сбежала в страхе и не захотела пожертвовать собой ради Цзюэ Ша… я всё равно нашла способ! Нашла девушку из Центральных Равнин. Она — мастер боевых искусств. И она перебила всех гу в пруду, впитав в себя весь яд. Цзюэ Ша готов.

Юэ Чи шёл наверх. Его шаги эхом отдавались в тишине.

— Это чёрная магия, — сказал он глухо. — Ты не должна была этого делать.

А Лай ответила обиженно:

— Если у тебя не будет Цзюэ Ша, все начнут сомневаться в твоей силе. Я… я не хочу, чтобы кто-то ставил тебя под сомнение.

Юэ Чи остановился.

— Ты нашла Су Бай? — внезапно спросил он, будто и не желая продолжать разговор.

А Лай нахмурилась ещё сильнее и сказала с мрачной усмешкой:

— Повелитель Юэ Чи, зачем вы всё ещё ищете эту предательницу? Раз уж она выбрала бегство так пусть исчезнет.

Пока они говорили, оба подошли к пруду с гу. Юэ Чи опустил голову и молча смотрел на Су Бай, свернувшуюся в углу. А Су Бай подняла взгляд и встретилась с его глазами.

Сквозь распахнутую дверь на его фигуру падал яркий свет, жгучее полуденное солнце.

Но в глазах этой змеиной души больше не было тревоги. Лишь мутная пустота, затуманенный разум.

Су Бай больше не помнила его.

И Юэ Чи не мог узнать её, ту, что стояла прямо перед ним.

Он смотрел прямо в её обезображенное лицо. И клялся:

— Я найду её. Пусть даже потрачу на это всю свою жизнь, я всё равно найду её.

И тогда я подумала: это — самая жестокая шутка Небес.

И как будто в подтверждение, Юэ Чи, стоящий позади меня, рассмеялся.

Он смеялся, беспомощно глядя, как он сам, тот, из памяти, поднимает Су Бай из гу-пруда.

А потом… он рухнул на колени перед самим собой. И слушал, как его прежний голос говорит:

— Отныне ты — моё гу. Цзюэ Ша. Ты больше никогда не покинешь и не предашь меня. Мы связаны до самой смерти.

Я слышала, как говорят: когда Повелитель Гу создаёт своё сильнейшее гу, он связывает с ним жизнь. Если жив он — живо гу. Если он умрёт — умирает и оно.

Так они и воссоединились.

Но какой ценой.

Юэ Чи, наконец поняв всё, что произошло три года назад, продолжал смеяться. Даже когда голос его хрипел, даже когда кровь хлынула из горла — он всё равно смеялся.

Я стояла рядом долго, пока он, наконец, не рухнул на землю, без сил, без слов.

***

Я вывела опустошённого Юэ Чи из сна.

Когда он проснулся, он долго смотрел в одну точку на стене моего бамбукового дома. Я вздохнула и хотела его утешить, но слов не находилось.

А потом он внезапно поднял голову. Улыбнулся.

Улыбка была тёплой, мягкой. Но от этой улыбки мне стало холодно.

Юэ Чи медленно встал, вышел из комнаты и подошёл к той женщине, которую привёл с собой.

С нежностью он спросил:

— Как тебя зовут?

Женщина прошипела, словно змея. Я не поняла, что она сказала.

Юэ Чи слабо улыбнулся, погладил её по щеке, будто стирая невидимую слезу.

— Потомок рода Су… не должен так легко плакать, — прошептал он.

Он взял её руку в свою:

— Су Бай. Пойдём. Я… подарю тебе дом.

Женщина не могла говорить. Только тихо шипела.

А он… будто ничего не слышал. Погружённый в свой мир, он ушёл с ней прочь.

Его мягкая, тёплая улыбка… напоминала мне позднее осеннее солнце, такое же, как в тот день в Лояне, когда он сказал:

— Су Бай, пойдём со мной. Я подарю тебе дом.

И тогда она подняла голову, взглянула на него сквозь слёзы.

С этого дня, так и была написана её судьба.

Я выпрямилась. Взяла в руки пипу. Пальцы дрожали.

Мелодия… звучала прерывисто, сбивчиво.

Я вспомнила, как три года назад, в заснеженную ночь под звёздным небом… одна девушка вырвала у меня батат из рук.

И попросила:

— Подари мне сон.

Сегодня… я наконец исполнила её желание. Я не знала почему, но в глазах защипало. И всё же… я улыбнулась, продолжая петь:

«На моих костях высечена любовь к тебе, о которой ты не знаешь…»

Конец.

Сообщение Легенда о десяти тысячах Гу – Эпилог появились сначала на Asian Webnovels.

Три дня и три ночи без сна и покоя, столько Су Бай бежала.

На третий день она нашла место, где цвели камелии, и похоронила тело Су Саня среди этих цветов, а потом вернулась в Южный Чжао. После этого Су Бай тайно пробралась в дворец Повелителя Гу.

Стоило ей ступить внутрь, как перед ней возникла А Лай, всё это время стоявшая на страже.

Как всегда, А Лай улыбалась. На ней были роскошные вышитые одежды, на шее и запястьях звенели драгоценности, и она двигалась с грацией, словно танцовщица. Захлопав в ладоши, она воскликнула:

— Ах, А-Бай, ты всё же вернулась?

Су Бай не проронила ни слова. Её взгляд был острым, как у хищной птицы, но я увидела, её руки дрожали будто она с трудом сдерживала то, что готово было вырваться наружу.

Она тихо спросила:

— Зачем?

— Что, “зачем”? — в голосе А Лай звучало невинное недоумение.

Су Бай продолжила:

— Я никогда не предавала Южный Чжао. Ты это знаешь.

— Я — нет, — ответила А Лай, и её лицо вдруг стало холодным. С презрением она сказала:

— Я никогда не доверяла ханцам. Хитрые, лукавые, двуличные. Особенно тебе, Су Бай. Потомок рода Су, рода, который за сто лет не породил ни одного предателя Великого Юэ. Я не одна такая — никто в Южном Чжао не верит тебе, даже сам Повелитель Гу, не исключение. Ты хочешь соблазнить Повелителя. Ну и прекрасно — мы тебя тоже используем. Мы одинаковые. Все мы в крови, до локтей. Так зачем ты притворяешься другой?

А Лай вскинула подбородок, её глаза полыхали презрением:

— Ты и правда веришь, что Повелитель тебя любит? Ты осмелилась сбежать с поля битвы, и всё же вернулась? Я скажу тебе, Повелитель Гу собирается тебя выдать!

— Выдать… кому-то? — лицо Су Бай побледнело. Она прошептала дрожащими губами. — Нет… я не верю… Учитель не мог…

— Помнишь злейшего врага твоего отца? Того самого коварного премьер-министра Великого Юэ? — А Лай неспешно сошла по ступеням, приближаясь. Улыбаясь, она продолжила:

— У него есть могущественный гу. С его помощью Повелитель сможет создать «Цзюэ Ша» — Гу мечты, высшее творение каждого Повелителя. Этот премьер-министр согласен отдать гу… в обмен на тебя. И учитель согласился.

— Я не верю… Я не верю! — Су Бай снова и снова повторяла это, прежде чем вдруг закричала:

 — Учитель обещал… он сказал, что подарит мне дом! Он не мог мне лгать!

А Лай не ответила. Только самодовольно улыбнулась.

Через долгую паузу, она сказала тихо:

— Не веришь? Так пойди и спроси его сама.

И она ушла.

Я стояла рядом с Юэ Чи, его лицо было мертвенно-белым, тело едва заметно дрожало. У меня же в груди возникло нехорошее предчувствие. Су Бай, вся как будто в оцепенении, направилась к покоям учителя.

И… встала на колени у его дверей.

Её тело ещё не оправилось от ран, но она не позволила себе согнуться, её спина оставалась прямой, как меч. Осенний дождь Южного Чжао тонко и настойчиво лился с небес, и на влажной земле распускались багряные цветы, кровь Су Бай сливалась с дождём, окрашивая камни и землю.

Она стояла на коленях долго. Так долго, что мне казалось, она будет стоять так вечность. Наконец, она позвала мужчину, находившегося в комнате:

— Учитель.

Уже была глубокая ночь.

Сквозь оконные стёкла её взгляд упирался в его тень — он сидел в комнате за книгой. Она подняла голову, не отрывая взгляда от силуэта. Он не вышел, не подошёл к двери, лишь отозвался, не прерывая чтения.

Он кивнул:

— Ты вернулась.

Похоже, он перелистнул страницу или даже сменил книгу, и, не изменив тона, добавил:

— Хорошо, что ты вернулась. Собери вещи. Завтра ты отправляешься в Великий Юэ.

— Отправляюсь… — её дыхание сбилось, лицо стало белее мела. Она изо всех сил сдерживала рыдания. — Зачем?

Он словно не замечал её состояния. Спокойно ответил:

— Чтобы обменять тебя на Цзюэ Ша.

В одно мгновение Су Бай, как натянутая струна, оборвалась. Её тело обмякло, и она рухнула на землю.

Стоя на коленях перед его дверью, она зарыдала. Её плач был как молот, каждый всхлип вонзался, словно гвоздь, в сердце слушающего.

Тем не менее, человек внутри оставался неподвижен, а та, что снаружи… могла только оплакивать своё горе.

Я увидела, как Юэ Чи, что стоял рядом со мной, медленно подошёл к ней. Он опустился и протянул руку, упрямо пытаясь вытереть слёзы с её лица, осторожно, как когда-то в детстве. Но не мог коснуться её и потому повторял движение снова и снова, даже когда по его собственным щекам катились слёзы.

Су Бай когда-то рассказывала мне, когда она плакала, её учитель всегда вытирал ей слёзы.

Он пообещал ей, что как только ее плач утихнет, он отведёт ее домой.

Когда она рассказывала это, её лицо светилось. Тогда я не могла представить, чтобы легендарный Повелитель Гу, человек холодный и отстранённый, вытирал чьи-то слёзы.

Но сейчас, увидев это своими глазами, я почувствовала, как моё сердце сжалось.

Юэ Чи терпеливо повторял жест снова и снова. Хоть и не мог дотронуться, он вёл себя так, будто она его видела, и шептал:

— Ох, А-Бай, тише… Хорошая девочка. Когда твои слёзы высохнут, я отведу тебя домой.

Но эти слова не достигали её. Она не слышала.

Мы просто ждали.

И вот, наконец, её рыдания стихли. Она долго сидела под дождём, пока, в какой-то момент, не поднялась.

К тому времени, в комнате за дверью уже не горел свет, он, видимо, лёг спать.

Су Бай посмотрела на дверь и едва заметно улыбнулась.

— Учитель, я знаю… в твоём сердце меня нет. Я — ничто. Бесполезная, ненужная. Но, Учитель… — снова опускаясь на колени, она низко поклонилась в землю, лбом к камню:

— Для Су Бай… Учитель — это вся моя жизнь.

Она сдержала слёзы, выпрямилась, прочистила горло… и запела.

Это была песня её родины — Великого Юэ.

У неё не было дивного голоса, как у А Лай. Но песня, что вырвалась из её уст, пронзила до самого сердца.

Она пела:

«На моих костях высечена любовь к тебе, о которой ты не знаешь…»

***

Су Бай ушла до рассвета.

Мы с Юэ Чи продолжили следовать за ней. После вчерашней ночи на его лице впервые появилась трещина, маска равнодушия дала слабину. Его взгляд, полный боли, не отрывался от её хрупкой фигуры, что брела впереди.

Он тихо сказал:

— В тот день, после того как она ушла… она так и не вернулась.

Потом добавил:

— Я никогда по-настоящему не собирался отдавать её Цзюэ Ша. Я хотел лишь выманить того старого лиса. Заполучить гу и убить его на месте. Но она… не поверила мне, — голос его сорвался. — Она действительно думала, что я отдам её тому человеку. И… сбежала.

Я молчала. Просто слушала. Глядела на Су Бай, что пошатываясь, шла впереди. Я знала, этот сон скоро закончится, потому что впереди нас ждала развязка.

Су Бай шла ещё немного… а потом остановилась.

Перед ней стояли высокие, вырезанные из тёмного дерева, врата. Огромные, древние. Она стояла напротив, подняв голову, словно уже знала, что за ужасы её ждут за дверью. Хотя тело дрожало, её взгляд оставался твёрдым.

И вот… она подняла руку, чтобы открыть дверь.

В этот миг остатки самообладания Юэ Чи рассыпались в прах. Он метнулся вперёд, как стрела, крикнув:

— Су Бай! Не надо!

Я не поняла, что вызвало его отчаяние, и поспешно кинулась за ними, в зал за вратами.

Внутри я увидела Юэ Чи, стоящего рядом с Су Бай. Его лицо было искажено болью. Он тщетно пытался удержать её.

Но всё было напрасно.

На лице Су Бай застыла решимость. Без страха она сделала шаг вперёд, к краю пруда, полного десяти тысяч ядовитых гу.

Она смотрела вглубь ядовитого озера, а её слёзы капали в воду, но она улыбалась.

И тихо прошептала:

— Учитель.

— Нет… не надо… — Юэ Чи метался рядом, пытаясь схватить её за руку. Он повторял это снова и снова.

Но Су Бай его не слышала. Это было давно. Её слова, всего лишь эхо прошлого.

— Учитель… ты хотел, чтобы я стала великим Повелителем Гу, и я стала. Ты хотел, чтобы я оставила своё прошлое и перешла на сторону Южного Чжао, я подчинилась. А теперь… тебе нужен Цзюэ Ша.

Она опустила взгляд в бездну, полную шевелящихся, ядовитых тварей. Долго молчала, потом сказала:

— Я дам тебе Цзюэ Ша. Я не вернусь в Великий Юэ… но ради тебя… я создам лучшее гу.

— Но, учитель… — она внезапно печально засмеялась, — Разве ты сам не видишь, какая у меня трагическая жизнь? Я просто хотела жить спокойно. Но кроме этой ядовитой ямы, у меня нет больше дома. Мой род уничтожен. Моя страна павшая. Человек, что любил меня, погиб по моей вине. Человек, которого я любила хотел обменять меня на ядовитое существо. Учитель… ты говорил, что дашь мне дом. Но в итоге… ты дал мне лишь жизнь, полную горечи.

Она сделала шаг к краю.

— Но… я не ненавижу тебя.

Улыбнулась, глаза её светились слезами:

— Даже если ты никогда не поймёшь цену любви… я всё равно хочу… быть с тобой. Навечно.

И с этими словами Су Бай прыгнула в пруд, наполненный гу.

Юэ Чи застыл. Он смотрел, как она исчезает в бездне, а по его щекам струились слёзы.

Но я знала, что история ещё не окончена.

Я резко шагнула вперёд, схватила потерянного Юэ Чи, и вместе с ним прыгнула вслед за ней.

Сообщение Легенда о десяти тысячах Гу – Глава 3 появились сначала на Asian Webnovels.

Я сидела за столом и медленно пересказывала Юэ Чи нашу единственную встречу с Су Бай.

Он сидел напротив, бесстрастный, как спокойная гладь озера, хотя стоило мне описать её рыдания у подножия башни, как он внезапно дёрнулся, будто от боли.

Позже я сказала ему:

— Когда-то я соткала для неё сон. Если ты действительно хочешь найти её, я могу подарить тебе этот сон. Я превращу его в её прошлое, и мы сможем искать её внутри её собственных воспоминаний. Может быть… нам удастся её найти.

— А чего хочешь ты? — поднял он голову и спросил.

Я задумалась. Поскольку у меня не было никаких желаний, я лишь спросила:

— Ты… когда-нибудь любил её?

Он опустил глаза, скрывая чувства в своём взгляде. Он долго молчал, прежде чем ответил:

— С того дня, как она исчезла три года назад, я не прекращал поиски. А Лай сказала, что она сбежала потому, что не хотела подчиняться моим приказам. Что она… ненавидит меня, до такой степени, что скорее умрёт, чем увидит меня снова.

— Но, — он сделал паузу. Голос его оставался холодным, но в нём зазвучала уверенность: — я не верю в это.

— Почему у тебя вообще возникли сомнения? — неожиданно меня охватил гнев от его самоуверенности. Я не удержалась и фыркнула: — Если бы мой учитель был таким, как ты, я бы тоже убежала как можно дальше. Да что там, я бы умерла, лишь бы не видеть тебя.

— Ты не такая, как она, — он слабо улыбнулся. — В моём мире существует только один человек — она. Я наблюдал, как она росла. Более десяти лет. Нет никого, кто понимал бы её лучше, чем я. Она любила меня. Даже если бы умирала, она выбрала бы умереть рядом со мной.

Он говорил без тени сомнения.

Я стиснула зубы, закипая от возмущения от лица Су Бай. Но сдержалась. Лишь закатила глаза и процедила:

— Сегодня ночью мы войдём в её сон.

— Хорошо, — без колебаний кивнул он.

В ту ночь я всё подготовила, а потом велела Юэ Чи привести ту женщину, что сопровождала его, — его сильнейшую Гу, Цзюэ Ша, — чтобы она охраняла двери.

После этого я велела ему лечь, обмотала его тело красной нитью и прикрепила другой конец к себе. Затем мы легли на бамбуковую циновку и закрыли глаза.

Вскоре я увидела свет впереди и пошла навстречу ему. Там уже стоял Юэ Чи, он ждал меня.

Когда я приблизилась, всё вокруг сменилось. Мы оказались на поле битвы, и в тот же миг нас окружили крики воинов и ржание раненых лошадей.

Я вздрогнула и поспешно спросила Юэ Чи:

— Где мы?

Он молчал. Его взгляд был прикован к горизонту.

Я последовала за его взглядом, и увидела Су Бай.

Это был тот самый день, когда я видела её в последний раз — у подножия башни, с телом молодого генерала в объятиях, рыдающую навзрыд.

Мы подошли ближе. В этом сне нас никто не замечал, мы были как призраки, лишённые веса и формы.

Мы стояли рядом, и услышали, как молодой генерал, задыхаясь, говорил Су Бай:

— Госпожа Су… мы… всё это время… искали вас. Премьер-министр ненавидел генерала Су… хотел… убить и вас тоже. Но все оставшиеся генералы рода Су… в этой битве… пали…

Су Бай оцепенела.

И тут, небо прорезал свист стрел. Она резко очнулась, взмахнула руками и из её рукавов вырвались ядовитые гу, помогая отразить натиск стрел.

Она крепко прижала тело генерала к груди, перекатилась по земле и одним прыжком вскочила на спину своего гигантского питона, уносясь прочь, сквозь бурлящее поле.

Всё произошло с невероятной скоростью. Если бы не Юэ Чи, схвативший меня за руку, мы бы потеряли её в этой буре лиц и стали.

Она мчалась, не останавливаясь, пока, наконец, не добралась до вершины холма. Едва отдышавшись, как с боков появились двое всадников. Все — в одеждах Южного Чжао.

Су Бай глянула на них, её грудь тяжело вздымалась:

— Почему вы не пришли раньше?

— Битва скоро закончится, — прозвучал холодный ответ.

Су Бай остолбенела.

— Разве ты, из рода Хань, действительно собираешься помогать Южному Чжао? Принцесса А Лай уже рассказала нам, ты просто хочешь соблазнить Повелителя Гу, чтобы потом уничтожить Южный Чжао до основания.

Он вытащил нож и направился к ней. Су Бай лишь слабо улыбнулась. Её пальцы сжались, побелев от напряжения. Она всё ещё крепко держала тело генерала:

— Так вот… что вы на самом деле думаете?

Она тихо рассмеялась:

— Я рисковала жизнью ради Южного Чжао. Убивала своих. А вы… вы считаете, что я предательница?

И тогда она вновь призвала своих гу. Питон взревел, расчищая путь, и она прорвалась через окружение. Стрелы летели дождём, пронзая её спину. Даже кашляя кровью, она не выпустила тело генерала, её пальцы всё крепче вжимались в его спину.

Она склонилась к его лицу и прошептала:

— Су Сань… Я не верю в то, что ты сказал. Даже если я больше никогда не вернусь в Великий Юэ… Даже если народ Южного Чжао считает меня шпионкой… У меня всё равно есть дом. Су Сань, мой учитель когда-то сказал, что он подарит мне дом. Я ему верю.

И с этими словами её слёзы упали на бледное, окровавленное лицо Су Саня, сливаясь с алыми пятнами.

Я невольно посмотрела на Юэ Чи, что стоял рядом.

— А ты… что тогда делал? — спросила я его.

Он ничего не ответил, лишь сжал мою руку и продолжил идти вслед за Су Бай.

Над нами висела луна, её свет был ярок, будто вырезал мир ножом.

И в этом свете я ясно увидела: в глазах Юэ Чи ни капли жизни. Они были как мёртвое озеро, покинутое богами.

Сообщение Легенда о десяти тысячах Гу – Глава 2 появились сначала на Asian Webnovels.

Су Бай — имя, знакомое каждому в Великом Юэ.

И не потому, что Су Бай была необычайно одарённой или блистала особым талантом, а потому, что она — единственная уцелевшая наследница легендарного рода Су.

Десять лет назад, когда пал Лоян, род Су, некогда блиставший славой и почётом на протяжении века, был уничтожен в одночасье. Мужчин вырезали и похоронили за городскими стенами, а женщины повесились в родовом поместье.

Единственная, кто пережил ту бойню, была юная дочь Су Бай. После того как она исчезла бесследно, верные слуги рода Су долгие годы искали её по всему миру. Даже сейчас стены Лояна по-прежнему увешаны её портретами. Вся история породила немалый переполох, и потому сегодня во всём Великом Юэ не найдётся человека, который бы не знал имя Су Бай.

И вот, десять лет спустя, женщина, появившаяся передо мной, безо всяких эмоций назвала своё имя: Су Бай.

Как простая, ничем не примечательная смертная, услышав это имя, я так сильно подавилась сладким бататом, что чуть не задохнулась.

Увидев выражение изумления на моём лице, она беззвучно рассмеялась, а потом сказала:

— В те годы я ушла в Южный Чжао и даже не знала, что меня разыскивают. А когда узнала, было уже слишком поздно возвращаться.

Вернуться она больше не могла.

Потому что в Южном Чжао она влюбилась.

В того самого мужчину, который спас её, двенадцатилетнюю девочку, из развалин разрушенного Лояна, и увёз с собой в Южный Чжао. Он был Великим Повелителем Гу, человеком, чьё имя в Южном Чжао произносили с благоговением, как имя божества. Его звали Юэ Чи.

Наверное, всякий, услышав это имя, вообразил бы себе холодного, жестокого и демонического человека.

Но для Су Бай он был совсем другим.

Он учил её владеть искусством Гу — ядом, рождённым из ядовитых существ.

Он учил её быть сильной.

Когда она болела, он сам варил ей лекарства.

Когда она плакала, он вытирал ей слёзы.

Однажды он сказал двенадцатилетней Су Бай:

— Су Бай, я подарю тебе дом.

И она всем сердцем поверила, что он действительно дарует ей дом. Она последовала за ним без сомнений. Шли дни, недели, месяцы, годы, и она влюбилась.

— Я всегда восхищалась им, — Су Бай неотрывно смотрела на костёр. — Каждый день я изучала ядовитых тварей, разбирала до мелочей все рецепты приготовления Гу. Когда другие ложились спать, я зажигала лампу и продолжала читать. Когда другие просыпались, я уже бродила по горам в поисках новых ядовитых существ…

Она даже спрашивала других, что нравится и не нравится Юэ Чи, наблюдала за его привычками.

Она знала, что он не любит, когда люди оправдываются, говоря: «Потому что… поэтому я…», и поэтому она никогда не объясняла и не извинялась каждый раз, когда ошибалась.

Она знала, что он не выносит шума, и потому не носила украшений.

Она знала, что он терпеть не мог грязи, и потому каждый раз перед тем, как ступить в его покои, она мылась, переодевалась и входила босиком.

Десять лет осторожности и стараний.

И в конце концов он сказал:

— Су Бай, ты полна лишних мыслей. Такой человек никогда не станет настоящим Повелителем Гу.

— Потом он взял другую ученицу. Её звали А Лай. Она была принцессой Южного Чжао и обладала прекрасным голосом. Знаешь, каждый раз, когда она пела, учитель улыбался. Так тепло… А мне он ни разу не улыбнулся. Я старалась изо всех сил, раз за разом рисковала жизнью, чтобы создать совершенное Гу, которое принесёт ему радость. А ей не нужно было ничего делать, кроме как петь и собирать цветы, и вот он уже смеялся…

Когда Су Бай вспомнила прошлое, в её глазах заблестели слёзы. Я же молчала ни говоря ни слова, лишь делала вид, что занята, продолжая плести нить судьбы.

Су Бай вытерла глаза рукавом, совсем как обиженный ребёнок, и продолжила:

— Потом Учитель сказал, что больше не нуждается во мне. Он велел мне идти своей дорогой, продолжать обучение, стать Повелителем Гу.

В ту ночь шёл снег. Луна висела высоко в чёрном небе, освещая тёмный мир холодным серебром. Она стояла на коленях перед его покоями, плакала, умоляла. Но он был далёк, словно глядел сквозь неё, как на призрак.

Она плакала, пока не сорвала голос, и только когда А Лай пришла на помощь и подняла Су Бай с земли, она смогла успокоиться.

— Су Бай, ты знаешь, человек существует до тех пор, пока он полезен. Пока ты нужна Южному Чжао, учитель тебя не оставит, — сказала А Лай.

Небольшая пауза. Потом А Лай добавила:

— Су Бай, иди на войну. Стань полезной. Южный Чжао станет твоей страной. Мы — твоим домом.

— И ты пошла? — удивилась я.

Су Бай не ответила сразу. Лишь спустя время кивнула и подняла голову к звёздам, мерцающим в ночи.

— Иногда человеческое упрямство становится пороком. После каждого боя меня терзали кошмары. Но стоило мне принести очередные военные сводки и увидеть его… я чувствовала, что всё это того стоило. Но я не знала, как долго ещё смогу продержаться.

Она медленно приложила руку к груди:

— Я даже не смела носить своё имя. Каждый раз, когда видела иероглиф «Су», мне казалось, что я снова ступаю на путь погибели, с которого уже не свернуть. Каждый раз, когда он улыбался А Лай… это безмолвное отчаяние сводило меня с ума.

— Тогда… какой сон ты хочешь увидеть? — Я подняла красную нить, переплетённую между пальцами. — Я уже вплела в него все воспоминания, которые ты мне поведала. После смерти я введу тебя в этот сон. Скажи, что ты хочешь там сделать?

Су Бай слабо улыбнулась и закрыла лицо ладонями. И только тогда я увидела, как крупные капли слёз скатились по её щеке.

— Хочу увидеть его, — прошептала она. — И остаться с ним… навсегда.

***

Это и был её сон.

Я пообещала ей. А когда наутро взошло солнце, она исчезла, вместе с последним моим бататом.

После этого я вернулась в военный лагерь Великого Юэ, подавленная и устыженная я встала на колени у дверей учителя и со слезами раскаялась в своей ошибке.

Учитель не изгнал меня окончательно. Когда его гнев утих, он вновь взял меня с собой на поле битвы и продолжил учить.

В то время главные армии Великого Юэ и Южного Чжао уже сошлись в ближнем бою, и в хаосе невозможно было различить, кто где. Я стояла на башне городских стен и вдруг, с изумлением, увидела среди авангарда вражеских сил белого гигантского питона.

На его голове стояла девушка в чёрных одеждах, её волосы развевались на ветру. Едва она взмахнула запястьем, из рукавов высыпались десятки, сотни ядовитых насекомых хлынули к солдатам Великого Юэ.

Я не разглядела её лица. Только видела, как солдаты ринулись на неё, подобно шторму, но армия Южного Чжао, что стояла за ней, не сдвинулась ни на шаг, лишь холодно наблюдала, как воины Великого Юэ медленно накрывают её.

И тут рядом со мной молодой генерал резко натянул тетиву лука и закричал:

— Су Бай!

Она подняла голову, и в этот краткий миг, в одно дыхание, крова небо прорезал ливень стрел. Они вонзились в её плечи, окрашивая воздух кровью.

Молодой генерал рассмеялся. Это был резкий, пронзительный смех. Я повернулась к нему, и увидела, что он смеялся до слёз. Он стоял на башне, лицо исказилось, и голос его зазвенел:

— Су Бай! Как ты смеешь смотреть в глаза павшим воинам своего рода, роду, что сто лет служил Великому Юэ?! Су Бай, ты знаешь?.. За стенами Лояна, где похоронены твой отец и братья, цветы уже поднялись до уровня пояса!

Прежде чем он договорил, стая гу уже обрушилась на него. Генерал не выдержал адской боли и прыгнул вниз с башни.

Учитель поспешно заслонил меня, увлекая в укрытие. Сквозь узкую щель я увидела, как Су Бай ловко управляла питоном, прорвалась к основанию башни и подняла тело генерала на руки.

Что он сказал ей, я не услышала. Видела лишь, как она, снова и снова, вытирает кровавую пену с его губ своим рукавом, а её рыдания разрывали кровавое поле боя.

Я никогда прежде не видела, чтобы кто-то так плакал. Даже сейчас не могу забыть её лицо, искажённое болью. Учитель, увидев моё оцепенение, быстро увёл меня прочь с башни.

А она осталась, среди звона стали, среди крови и пепла, обнимая мёртвого мужчину и плача.

Спустя какое-то время, из слухов я узнала, хотя она была серьёзно ранена, ей всё же удалось прорваться сквозь окружение верхом на своём белом питоне.

Тогда в неё стреляли не только солдаты Великого Юэ. Солдаты Южного Чжао тоже натянули луки и выпускали стрелы одну за другой, без пощады.

Вся в крови, израненная, всё равно вырвалась и исчезла. И с тех пор её никто не видел.

Прошёл год. Я завершила обучение и стала Повелителем Судеб. С этого момента я начала исполнять возложенные на меня обязанности по завету Учителя.

Люди приходили ко мне толпами, неся свои просьбы, свои судьбы, свои мечты.

Однако я так и не смогла найти её.

Я принимала новых клиентов. Но всё чаще, шла на юг. Пока, спустя три года, не добралась, наконец, до Южного Чжао.

Туда, куда пообещала однажды прийти.

И действительно, мой путь был не напрасен. Я была там всего три дня, когда встретила Юэ Чи.

Сообщение Легенда о десяти тысячах Гу – Глава 1 появились сначала на Asian Webnovels.

Он пришёл ко мне в тот день, когда воздух был влажным из-за моросящего дождя, а я сидела в бамбуковом доме, играя на пипе. Мелодия, печальная и трагичная, распугивала муравьёв у порога. Несмотря на демоническую музыку, которую я создавала пальцами, лицо мужчины оставалось безмятежным, пока он шёл ко мне. Казалось, ни что не могло поколебать его.

Его волосы были чёрные как смоль, одежды белые, как снег, а в центре лба красовалось алое, словно кровь, змеиное клеймо. Он смотрел на меня взглядом, прозрачным, как гладь заводи, лишённым малейшего проблеска эмоций.

Позади него шагала молодая девушка. Лицо её скрывал широкая шляпа, по краям которой свисала белая ткань до колен, закрывая её фигуру от посторонних глаз. Я невольно взглянула на неё, подумалось, под вуалью, должно быть, скрывается редкая красота.

— Я пришёл просить тебя найти одного человека, — наконец сказал он. Его голос был так же холоден, как и он сам.

Не поднимая головы, продолжая играть на пипе, я ответила:

— Повелитель Судеб не занимается поисками пропавших. Уходите. Я не стану провожать.

— Она приходила к тебе три года назад, — произнёс он, и его взгляд пронзал насквозь.

Мои пальцы дрогнули на струнах. Я подняла голову:

— Кого ты ищешь?

— Свою ученицу, — ответил он. И в его голосе, впервые, сквозила едва сдерживаемая эмоция, будто он уже не мог унять то пламя, что терзало его сердце.

— Су Бай.

***

Я помнила Су Бай. Она никогда не позволяла мне забыть о себе.

Она была моей первой клиенткой и, по сей день, остаётся единственной, чью работу я так и не смогла выполнить.

Мы впервые встретились три года назад. Тогда как раз шла война между Великим Юэ и Южным Чжао, а я была лишь ученицей, сопровождавшая своего наставника, величайшего Повелителя Судеб, на поле брани. В тот день, за то, что осмелилась использовать камни предсказания, чтобы определить направление ветра, он в гневе изгнал меня из секты. Так что, когда опустилась ночь, мне ничего не оставалось, кроме как печь на костре сладкий батат в стороне от лагеря, чтобы не умереть с голоду.

Именно тогда Су Бай появилась впервые.

Только я успела вытащить батат из костра, как она бесшумно спрыгнула с дерева передо мной.

Она опустилась на колени, протянула ко мне руку и спокойно сказала:

— Дай мне один.

Я была человеком добрым и щедрым, а потому, бросив взгляд на гигантского питона толщиной с двух мужчин, что извивался за её спиной, молча протянула ей батат. Мы сели напротив друг друга и ели в тишине, не говоря ни слова.

Когда мы доели, она подала мне бамбуковую флягу с водой, а потом спросила с любопытством:

— Говорят, ты ученица Повелителя Судеб. Ты тоже станешь Повелителем Судеб?

— А что тебе нужно? — удивилась я.

Она опустила глаза и подняла с земли ветку, копаясь ею в углях костра. Через миг её губы изогнулись в улыбке, а глаза стали похожи на два месяца в новолуние тонкие и светящиеся:

— Я хочу увидеть сон. После смерти.

— Зачем? — Я придвинулась ближе, полная любопытства.

Она, казалось, не заметила этого, лишь продолжала водить веткой по углям.

Наконец, она сказала:

— Я повелительница Гу. А ещё я из народа хань. Меня зовут Су Бай.

Сообщение Легенда о десяти тысячах Гу – Пролог появились сначала на Asian Webnovels.

Рейтинг:

Количество глав:

3

Описание:

Прежде чем прыгнуть в пруд, наполненный десятками тысяч ядовитых гу, А Лай спросила:

— Ты когда-нибудь пожалела, что встретила его?

Су Бай молча смотрела на неё. В её взгляде была ясность. Спустя долгое молчание она слегка улыбнулась:

— Встретить его, было величайшим счастьем моей жизни.

И она шагнула вниз со ступеней.

Она думала: как бы ни была трудна эта любовь, как бы ни разрывали её боль и отчаяние, в этой жизни ей выпала огромная удача — любить так сильно.

Даже если он никогда не любил её.

Примечание:

Гу — это вид яда, получаемого традиционным способом. В закрытую посудину сажают несколько ядовитых существ (например, змею, скорпиона, многоножку) и они поедают друг друга. Выживший становится носителем концентрированного яда, который и называют гу.

Жанры: сянься, любовный роман, трагедия, сверхъестественное

Посмотреть список глав и начать чтение:

Другие названия:

万蛊谣

Баллада о десяти тысячах гу

Ballad of Ten Thousand Gu

Язык оригинала:

Китайский

Автор/авторка:

Е Сяо / Ye Xiao / 叶笑 

Переводчик/переводчица:

Ника Мейер

Статус:

Завершён

Сообщение Легенда о десяти тысячах Гу / Ballad of Ten Thousand Gu появились сначала на Asian Webnovels.