Инь Го заметила, что он играет в «девятку» — её собственную дисциплину.
— Любитель, — шепнула ей Су Вэй, кивая на спину Линь Ияна. — Берри сказал, что он вызвал на матч местного чемпиона.
Инь Го едва заметно кивнула. Значит, любитель.
Су Вэй, передавая слова Берри, продолжила:
— Этот чемпион уже выиграл три партии подряд. Говорят, ему здесь везёт. И ещё Берри сказал, что ставить три тысячи долларов — безрассудство.
Инь Го не знала местных ставок и потому промолчала. Три тысячи — сумма немалая.
Линь Иян сам взял оранжевый шар и протянул сопернику жёлтый. Инь Го поняла: сейчас они будут бороться за право первого удара. Оба подошли к одному краю стола и положили шары на линию головы.
В зале мгновенно стихло. Инь Го и Су Вэй оборвали разговор. Они знали, что в «девятке» первый удар решает многое, выиграв его, игрок получает серьёзное преимущество. Поэтому сначала соперники соревнуются за право разбить пирамиду.
Правило простое: оба одновременно бьют от линии головы, шары катятся к противоположному борту и отскакивают обратно. Побеждает тот, чей шар остановится ближе к исходной точке.
В тишине раздались два мягких щелчка. Шары почти одновременно скользнули по синему сукну, ударились о дальний борт и покатились обратно, постепенно замедляясь.
Инь Го следила за ними, уже предугадывая исход. Медленно, но неотвратимо оранжевый шар Линь Ияна обогнал жёлтый. Он остановился прямо перед ним, вплотную к борту — ближе быть не могло.
Под аплодисменты жёлтый шар замер, отстав всего на сантиметр. Этот сантиметр и решил всё — Линь Иян выиграл.
— Кто будет судьёй? — спросил он, ставя биток на линию головы.
— Я! — поспешно вызвался Берри. Он пришёл поддержать чемпиона, но после идеального удара Линь Ияна азарт взял верх. Он хотел судить сам, чтобы убедиться, что это мастерство не случайность.
Низко свисавшая лампа заливала белым светом синее сукно, освещая лишь пространство до пояса игроков. Берри быстро выстроил шары в аккуратный ромб.
Линь Иян сменил мел на зелёный, тщательно натёр им наконечник кия, наклонился к столу, выровнял прицел. Резкий удар и, пока шар падал в лузу, он уже переместился к правому борту, готовясь к следующему. Ещё один удар — и снова точное попадание.
Инь Го не успевала следить за каждым движением: он бил стремительно, почти без пауз. В крупных турнирах так не играют, там важна выверенность, расчёт. Но в бильярдных залах встречаются мастера скоростной игры. Они ищут не только победу, но и красоту движения, а для этого нужна безупречная точность. Чем быстрее темп, тем выше требование к меткости.
В отличие от китайской «восьмёрки», в «девятке» можно бить лишь по шару с наименьшим номером. Один, два, три… Когда на столе остались только седьмой, восьмой и девятый, Линь Иян направил биток в седьмой, и тот, столкнувшись с девятым, отправил оба шара в лузы один за другим.
Зал взорвался аплодисментами. В «девятке» побеждает тот, кто последним забивает девятый шар. Он выиграл. Идеальная партия.
Инь Го не сводила взгляда со спины Линь Ияна, наблюдая, как он вновь натирает кий мелом. В официальных матчах, где каждый удар решающий, это движение помогает сосредоточиться. Но сегодня всё было иначе, игра напоминала представление.
— Время ещё есть, господа! — на этот раз приглашение прозвучало не от Линь Ияна, а от возбуждённого Берри, который, улыбаясь, сказал по-английски: — Можно поднять ставки! Всего пятнадцать партий, не упустите шанс!
Смех, оживление, шелест купюр, публика охотно делала новые ставки. Первая партия Линь Ияна покорила всех, даже самого чемпиона. Ещё недавно этот человек был непобедим в зале и, возможно, во всём округе. Но теперь предстояла настоящая битва.
— Он и вправду похож на профессионала, — с восхищением прошептала Су Вэй.
К концу игры Линь Иян двигался всё быстрее. Каждый удар был точен, каждый шар попадал в лузу. Ни промаха, ни заминки. Он не целился долго, не колебался, просто бил, и шары один за другим исчезали со стола.
Инь Го впервые видела скоростную игру от начала до конца. Зрелище захватывало, дыхание перехватывало.
В десятой партии, под взглядами собравшихся, девятый шар скользнул прямо в угловую лузу. Линь Иян выпрямился. Не сыграв и всех пятнадцати, он уже обеспечил себе победу. Безупречную.
Местный чемпион, наблюдавший финал, поднялся со стула и, широко улыбаясь, протянул руку. В его жесте чувствовалось уважение и радость встречи с достойным соперником. Он проиграл честно и не испытывал ни тени досады.
— Честь для меня, — сказал Линь Иян, опираясь на кий и пожимая руку.
Тот дружески хлопнул его по плечу:
— Молодой человек, скажи, ты ведь участвуешь в этом году в Открытом чемпионате США? Уже подал заявку, верно?
Линь Иян улыбнулся и покачал головой. Он вернул кий на стойку. В отличие от профессионалов, даже на игру с крупной ставкой он не приносил собственного — пользовался тем, что предоставлял зал.
Хозяин, сияя, подал ему полотенце и чашку горячей воды, о ней Линь Иян просил перед последней партией. Сделав глоток, он смочил пересохшее горло. Среди американцев вокруг он держался спокойно, опустив голову, пил молча. Казалось, партия выжала из него все силы, он был обезвожен.
Когда половина чашки опустела, он поднял взгляд и впервые посмотрел на Инь Го. Улыбнулся ей легко, почти рассеянно.
— Привет.
Она ждала, пока он закончит пить, прежде чем подойти, но неожиданное обращение смутило её.
— Привет, — ответила она тихо, чуть приподняв руку. Голос прозвучал хрипловато от напряжения и долгого молчания. Она невольно прочистила горло.
— Вы знакомы? — с живым интересом спросила Су Вэй.
— Вы друзья? — обратился побеждённый чемпион к Линь Ияну.
— Мы знакомы совсем недолго, — Линь Иян поставил стакан с водой на край бильярдного кресла и, глядя на неё серьёзно, обратился к любопытной публике по‑английски: — Хотя я бы хотел, чтобы она считала меня другом.
— Разумеется, — ответила Инь Го под пристальными взглядами окружающих. В её искреннем тоне и безупречной сдержанности было что‑то такое, будто она признаётся в проступке. — Мы всегда были друзьями.
Линь Иян, забавляясь её серьёзностью, перешёл на китайский:
— Шучу, не принимай всерьёз.
Инь Го тоже улыбнулась и, уже по‑китайски, сказала:
— А я сначала подумала, что обозналась и приняла тебя за другого.
Он лишь усмехнулся, не добавив ни слова. Настроение у него, впрочем, было явно приподнятое. Линь Иян вынул из кармана брюк наполовину оборванный стикер и протянул его местному чемпиону, пояснив, что на нём записан счёт его одноклассника, туда можно перевести проигранные деньги. Чемпион охотно принял бумажку, широко улыбаясь и обещая накопить на новую ставку против Линь Ияна.
— Вряд ли это повторится, — спокойно заметил Линь Иян.
