Морская вода у Бостона поднялась и хлынула вглубь суши. Ниагарский водопад застыл, превратившись в ледяные изваяния. Даже океанские волны заледенели, словно чьи‑то замысловатые скульптуры. Таковы были новости, которые они увидели, едва заселившись в отель. К счастью, метель уже стихла, и воздух постепенно теплел.
— Эти эксперты всё твердят о глобальном потеплении… они, что, издеваются? — ворчал её кузен, накладывая себе ветчину.
— Это эффект озера. На географии объясняли. Ты, как всегда, учился кое‑как, — сонно пробормотала Инь Го, стоя у тостера и дожидаясь, пока подрумянится хлеб.
— Вот если бы приехали позже, не попали бы под такую напасть.
Она изначально собиралась приехать в марте и уехать в апреле. Но Мэн Сяотянь настоял на январе, уверяя, будто ему нужно привыкнуть к климату в разные сезоны. На деле же он просто хотел воспользоваться присутствием Инь Го и сделать из неё бесплатного гида по Нью‑Йорку.
Понимая, что виноват, Мэн Сяотянь неловко усмехнулся:
— Поджарь и мне кусочек.
Инь Го тихо откликнулась.
— Сестра?
— А?
— А ты не собираешься поблагодарить того красавца?
Щёлк. Тост упал на стальной поддон. Инь Го перевернула ломтик щипцами и оставила подрумяниваться дальше.
— Хочу поблагодарить, да не знаю, как подступиться.
— Что тут сложного? Мы же все китайцы. Я пришлю тебе его WeChat.
Перед тем как выйти из машины в тот вечер, Мэн Сяотянь, не стесняясь, выпросил у Линь Ияна его контакт, после того как рассыпался в благодарностях. С тех пор, по его словам, они даже перекинулись парой сообщений, парень оказался вполне дружелюбным.
Погружённая в свои мысли, Инь Го увидела, как кузен переслал ей контакт Линь Ияна.
Щёлк. Тост снова упал, теперь уже поджаренный с обеих сторон. Инь Го взяла его щипцами, прихватила маленькую баночку масла и клубничного джема и вернулась к своему месту у окна.
Позади неё кузен наконец заметил, что она забыла про его хлеб, позвал трижды, но, не дождавшись ответа, угрюмо занялся тостером сам.
Поставив тарелку на клетчатую скатерть, Инь Го уставилась на экран телефона, колеблясь, стоит ли добавлять Линь Ияна в контакты. Немного подумав, решила не спешить. Отложив телефон, она взяла вилку и сосредоточилась на яичнице.
Вспоминая тот вечер, она всё ещё ощущала неловкость. Когда кузен и парень в очках вернулись из туалета, они застали Линь Ияна, убирающего удостоверение личности. Парень в очках расхохотался и спросил Инь Го, не хочет ли она взглянуть на страницу его домовой книги, ведь в Китае тогда была середина дня, и семья Линь Ияна вполне могла сфотографировать документ и выслать ей. Какое же это было смущение!
Мэн Сяотянь вернулся с едой и заметил, что сестра всё ещё колеблется, держа телефон. Он выхватил его и сам добавил Линь Ияна.
— Чего ты боишься? Парень ведь отличный.
Запрос приняли почти мгновенно.
— Принял! — Мэн Сяотянь показал экран и тут же отправил смайлик.
Инь Го поспешно забрала телефон обратно. Глядя на этот нелепый смайлик, она поняла, что теперь уж придётся поздороваться.
Она осторожно набрала сообщение.
Инь Го: Здравствуйте, я Инь Го, та самая китайская сестра, которой вы помогли в баре «Красная Рыба» той ночью. Я старшая.
Отправив, она тут же пожалела: слишком длинно, слишком официально. Хотела было удалить, но ответ пришёл раньше.
Линь: Я знаю.
Так лаконично, что Инь Го даже растерялась.
Инь Го: Спасибо вам огромное за помощь в тот вечер. Без вас мы бы не добрались до отеля. Если у вас будет время, мы с братом хотели бы угостить вас ужином в знак благодарности. Можно?
Линь: Не боишься, что тебя обманут?
Инь Го: …В тот день я только приехала в Нью‑Йорк, шёл снегопад, я совсем растерялась. Простите, что неправильно поняла вашу доброту.
Линь: Ничего страшного.
Инь Го: Вы всё ещё в Манхэттене? Мы можем подъехать.
Линь: Я на вокзале, еду обратно в Вашингтон.
Он возвращается в Вашингтон?
— Что он сказал? — спросил Мэн Сяотянь.
— Говорит, возвращается в университет.
— Тогда и мы поедем! Отличный повод для поездки.
— Что? — удивилась Инь Го.
— Съездим, повидаемся, погуляем. Всё равно без дела сидим.
— Мы ведь ничего не подготовили. Билеты, гостиница, всё нужно бронировать заранее, — пыталась урезонить его Инь Го. — Не усложняй. Останемся пока в Нью‑Йорке, осмотримся. Не обязательно же сегодня устраивать этот ужин.
К тому же, кто гонится за человеком через полстраны только ради благодарности? Из Нью‑Йорка в Вашингтон — звучало бы странно, даже навязчиво.
Видя её нежелание, Мэн Сяотянь не стал настаивать. Он быстро доел свой тост и пошёл за добавкой.
Хотя в отеле имелись ресторан и бар, после окончания завтрака персонал исчезал без следа. За два снежных дня они так и не решились выйти наружу и собирались пообедать прямо в отеле. Но, обойдя все этажи, не нашли ни повара, ни официанта. В конце концов, измученные голодом, они обратились на ресепшен. Весёлая американка объяснила, что ресторан откроется лишь в половине шестого вечера.
Не имея выбора, они бродили по этажам в поисках автоматов с едой, но все автоматы продавали только напитки. Пришлось вернуться в номер и коротать время: болтали и пили воду, пили воду и болтали, листали интернет и снова пили воду пока, наконец, не дождались ужина со стейком.
После такого испытания Мэн Сяотянь усвоил урок: пока завтрак ещё подают, нужно есть до отвала. В дороге нельзя упускать ни одной возможности насытиться.
Так их разговор о Вашингтоне и закончился в гостиничном зале для завтраков.
