У Вэй повернулся к стене и упал на кровать.
— Продолжай, ругайся, я слушаю, — пробормотал он.
Линь Иян бесцельно бродил по гостиной, пока не остановился перед дверью спальни Инь Го. Потом всё‑таки сделал, как просил друг: взял из холодильника две банки холодного кофе и вернулся. Одну бросил на кровать, сам устроился на диване, щёлкнул крышкой своей банки — короткий сухой звук разрезал тишину — и сделал глоток. Горький напиток стекал по горлу, смывая с языка остаток её вкуса.
Он достал телефон, задумался: наверняка и она не спит. У Вэй включил громкую связь и бросил свой телефон на пол между ними. На другом конце линии раздавался голос Линь Линь — в их старой компании она была единственной девушкой, прозванной Цзунцзун, — и сейчас именно она отчитывала Линь Ияна.
У Вэй присел рядом, толкнул друга локтем и шепнул:
— Раз уж ругает тебя, слушай вместе со мной.
Линь Иян не ответил, просто скрестил ноги и откинулся на спинку дивана.
— Потише сделай, — сказал он, кивнув в сторону двери, там кто‑то спал.
Линь Линь, должно быть, услышала, потому что на том конце громко выругалась и принялась бранить Линь Ияна за неблагодарность.
Когда‑то в бильярдном клубе Линь Линь считалась самой красивой среди всех, и парней, и девушек, но нрав у неё был круче любого из них. Она и Линь Иян были ровесниками, только занимались у разных наставников. Линь Иян пришёл в клуб восьмилетним мальчишкой, но на профессиональные соревнования вышел лишь в тринадцать. До того участвовал всего в одном юниорском турнире и провалился, после чего заперся и тренировался без конца. А в тринадцать неожиданно взял чемпионат. До этого его никто всерьёз не воспринимал, считали безвестным мальчишкой.
Однажды, играя в стороннем бильярдном зале, он увидел, как несколько парней издеваются над щуплым очкариком У Вэем. Не сказав ни слова, Линь Иян вмешался, подрался с пятерыми или шестерыми и вернулся весь в синяках. В тот день в клубе осталась только Линь Линь, она обедала. Когда тренер сообщил, что Линь Иян поехал делать прививку от столбняка, она выронила палочки, вскочила на свой белый велосипед и помчалась. По дороге схватила кирпич на стройке, ворвалась в зал и начала размахивать им направо и налево — красивая девчонка, врывающаяся и колотящая всех подряд. Народ остолбенел, только что их избил Линь Иян, а теперь налетела эта безумная красавица. Мэн Сяодун еле вытащил её оттуда, и то получил удар — она приняла его за одного из хулиганов.
Позже кто‑то спросил Линь Линь, знала ли она, что дерётся с бандой забияк, и не страшно ли ей было. Она ответила фразой, ставшей легендой:
— Сильные боятся безрассудных, а безрассудные — безумцев.
Она не дорожила собой и никого не боялась. После того случая все узнали, что в Восточном Новом Городе есть двое неустрашимых — «Двойные Лини»: парень и девушка, оба красивы и оба опасны.
Слушая знакомый женский голос в телефоне, Линь Иян невольно улыбнулся. Все старые друзья, кого он повидал или услышал в этот приезд, остались прежними — упрямыми, горячими, живыми.
У Вэй убавил громкость, сел на пол у дивана, обхватил колени и, потягивая кофе, продолжил слушать. Линь Иян взглянул на экран телефона.
Линь: Разбудил?
Инь Го ответила сразу.
Красная Рыба: Почти не слышно.
Линь: :)
Красная Рыба: Не спишь?
Линь: Жду рассвета.
Красная Рыба: Зачем?
Зачем, и правда? Он просто не мог уснуть. Голова работала слишком быстро, и он знал, что не сомкнёт глаз до самого утра, а завтра вырубится в поезде. Начинать отношения в самый загруженный период — испытание не только для сердца, но и для тела.
Инь Го лежала на боку, единственный свет в комнате исходил от экрана телефона. Линь Иян не ответил сразу. Она коснулась его аватара, открыла поле заметки и задумалась, не сменить ли имя. Какое бы придумать? Подумала и оставила всё как есть.
Сяо Го: Не понял?
Линь: Понял.
Сяо Го: Тогда почему молчишь?
Линь: А что ответить? Почему жду рассвета?
Сяо Го: М‑м.
Линь: Не спится.
Через мгновение пришло ещё два слова.
Линь: Из‑за тебя.
Инь Го уткнулась подбородком в мягкое розовое одеяло и долго смотрела на последние сообщения, потом спрятала лицо в ткань. В памяти снова всплыло ощущение их поцелуя у двери ванной, то напряжение, страх, что кто‑то услышит или увидит, и то, как всё это оказалось слишком сильным, почти невыносимым. Она заставила себя не думать об этом. Всю ночь они были в разных комнатах, разделённые лишь гостиной, и оба не сомкнули глаз.
Перед рассветом Инь Го всё же задремала минут на десять, но вскоре проснулась. Тело было усталым, мысли путались, а сон не шёл. Недаром Чжэн И говорила: в начале любви можно обходиться без сна и еды, будто живёшь на одних стимуляторах. Теперь она в это верила.
На рассвете, в шесть двадцать, пришло новое сообщение.
Линь: Если не спишь, выходи. Я в гостиной.
Инь Го вскочила, открыла прикроватный ящик, взглянула в зеркало. Вид у неё был неплохой, только немного усталый, волосы почти не растрепались.
Когда она вышла, гостиная уже заливалась утренним светом, совсем не такой, как ночью. Линь Иян готовил кофе, ещё не до конца проснувшись. Увидев её, он задержал взгляд и пригласил жестом к стойке. Мужчины переносят бессонные ночи легче, кроме лёгкой красноты в глазах, он выглядел почти так же, как вчера, разве что чуть устал, опершись плечом о столешницу.
— Выспалась? — спросил он хрипловато.
— Угу, — солгала она.
Линь Иян указал на пакет с зёрнами:
— Попробуй эти. Недолго ждать.
Инь Го узнала упаковку из той же лавки, где она покупала кофе для Чжэн И. Но вчера этого пакета здесь не было. Она наклонилась к его руке, взяла свёрток, тот был только что вскрыт.
— Когда успел купить?
— Вчера. Сделал крюк по дороге.
От вокзала до той лавки, а потом обратно в квартиру — это был не просто крюк. Почти как тогда, когда он, направляясь играть в Флашинг, сначала заехал к ней на кофе у Нью‑Йоркского университета.
Инь Го прижала к груди пакет с зёрнами. В турке зашипело, заурчало, коричневая жидкость поднялась пеной. Линь Иян убавил огонь, собираясь подержать ещё полминуты. Увидев, что Инь Го всё ещё стоит с пакетом в руках и наблюдает за ним, он наклонился, открыл нижний ящик и показал:
— Там ещё несколько пачек, с разными вкусами.
Все эти вещи он купил специально для неё, чтобы она могла попробовать.
— Если не слишком хлопотно, испытай их, когда будет время, — сказал он.
Инь Го, тронутая до глубины души, сжала губы и посмотрела на него. Линь Иян бросил взгляд на часы, прикидывая, когда нужно выключить отопление.
— Перестань так смотреть, — произнёс он.
Но, сказав это, сам повернул голову и задержал взгляд на ней. Голос его стал тише, почти шёпотом он добавил:
— Я и так держусь из последних сил.
Он не поцеловал её лишь потому, что она только что подошла.
