Вернувшись в город, они только вступили на улицу, где располагалась резиденция военного губернатора, как увидели гвардию генерала Фаня, которая стройными рядами сопровождала Ли Шубая и Фань Инси.
Хуан Цзыся и Чжоу Цзыцин поспешно отступили к краю дороги.
Ли Шубай разговаривал с Фань Инси. Заметив её, он сам ещё не успел отреагировать, как его конь Диэ выскочил из строя и устремился к Нафуша, тихо заржал и потерся мордой о его шею.
Из-за этого расстояние между ними сократилось настолько, что они могли слышать дыхание друг друга.
С улыбкой он склонил голову, глядя на неё, и в тот миг, когда их тела едва не соприкоснулись, тихо спросил:
— Есть ли сегодня успехи?
Хуан Цзыся подняла на него взгляд и кивнула:
— Остались одна-две детали. Когда всё прояснится, можно будет завершать дело.
Находившийся в рядах позади него Ван Юнь не расслышал, о чём они говорят, и лишь отвернул лицо, глядя на развевающиеся на ветру знамена.
А ехавший следом Чжоу Цзыцин, натянув поводья, от услышанных слов Хуан Цзыся едва не лишился дара речи от изумления. Он поспешно схватил поводья Нафуша, развернул её к себе и вне себя закричал:
— Что-что-что? По этому делу остались всего одна-две детали? Как же так? Чем всё закончилось? Ты обязан мне всё объяснить!
Он кричал так самозабвенно, что едва не забрызгал слюной всё лицо Хуан Цзыся. Ей пришлось прикрыть лицо ладонью и сказать:
— Нет, я сказал, что «всё готово, не хватает лишь восточного ветра». Последние одно-два решающих обстоятельства лягут на плечи Чжоу-бутоу, в критический момент именно ты станешь нашей главной опорой.
Чжоу Цзыцин тут же просиял от радости и гулко забил себя в грудь:
— Давайте, давайте! Как бутоу округа Шу, я готов исполнить любой долг, чего бы это ни потребовало!
— Хорошо, тогда идём в резиденцию управителя, осмотрим место преступления. Мне нужно найти орудие убийства.
Чжоу Цзыцин вытаращил глаза:
— Чунгу, ты всё ещё не сдаёшься? Там землю вытоптали уже на чи за эти дни. Десятки людей искали изо дня в день и ничего не нашли, а ты уверен, что найдёшь, едва придя туда?
Хуан Цзыся промолчала, лишь натянула поводья, издали поклонилась следовавшим позади Фань Инси и остальным, и направилась прямиком к резиденции управителя Шу, лишь вскользь спросив Чжоу Цзыцина:
— Ты не веришь?
— Верю! Во всей Поднебесной я больше всего верю Хуан Цзыся, а на втором месте — тебе, Чунгу! — весело воскликнул он, стегнув Сяося плетью, чтобы та не отставала.
Ли Шубай обернулся к догнавшему их Фань Инси и сказал:
— Генерал Фань, я намерен зайти в резиденцию управителя Чжоу, вы можете первыми возвращаться в резиденцию.
— Слушаюсь, провожаем Ваше Высочество! — Фань Инси поспешно возглавил поклоны своих людей.
— Сегодня на тренировочном поле я видел военных губернаторов различных округов и воинов всех отрядов войск Шу — и отобрал несколько человек к себе в свиту, — сказал Ли Шубай Хуан Цзыся по дороге в резиденцию управителя.
Хуан Цзыся кивнула и посмотрела на Чжан Синъина.
Чжан Синъин выглядел слегка напуганным и пребывал в смятении, но тут услышал слова Ли Шубая:
— Синъин останется при мне. Сейчас Цзин Ю и Цзин Сюя нет рядом, Цзин И и прочие тоже не последовали за мной, и возле меня не осталось даже привычных людей.
Видя, что Чжан Синъин облегчённо вздохнул, Хуан Цзыся поспешила за Ли Шубаем.
Она хранила молчание, лишь тихо следовала за ними. Но почему-то в сердце поднялась необычайная горечь, и возникло труднопреодолимое чувство печали.
Как и говорил Чжоу Цзыцин, место смерти Ци Тэна действительно было истоптано так, что земля просела почти на цунь.
На выложенной широкими плитами из синего камня пристани-платформе вся трава была вытоптана, у всех цветов и деревьев оборваны листья, воду из пруда спустили, а ил смыли дочиста, даже лак на столбах беседки у воды был соскоблен…
Орудия убийства не было, действительно не было.
Двое букуаев, оставленных здесь по приказу для поисков, пребывали в неописуемом унынии; подобно проигравшим бой петухам, они понуро опустили головы. Даже подбежав поприветствовать Куй-вана, они всё равно выглядели крайне подавленными:
— Просим Ваше Высочество простить нашу никчёмность… За эти дни мы здесь почти всё перевернули вверх дном, но так ничего и не нашли.
— Вот именно, не говоря уже об орудии шириной в цунь, даже отравленную иглу при таких поисках должны были обнаружить!
Ли Шубай видел, что они искали орудие под палящим солнцем, все покрылись испариной, а спины намокли от пота, поэтому не стал их винить, лишь произнёс:
— Это дело касается резиденции военного губернатора и резиденции управителя. Вы оба так усердно вели расследование, это достойный труд. Бенван сегодня пришёл сюда просто прогуляться, если возникнут вопросы — обсуждайте их с бутоу Чжоу и Ян-гунгуном.
Оба отозвались и уныло подошли к Чжоу Цзыцину.
Чжоу Цзыцин, увидев рядом с собой самого низкорослого и молодого А-чжо, который понурил голову, потрепал его по волосам, а затем повернулся к Хуан Цзыся:
— Чунгу, правда сможешь найти? Давай же скорее, посмотри на них, они от переживаний скоро все волосы растеряют!
Хуан Цзыся поманила его рукой, жестом приглашая вместе с ней пройти вдоль кустарника к кромке воды, а затем оглянулась на беседку и спросила:
— Где тогда стояла шарма твоей сестры?
Чжоу Цзыцин прикинул расстояние и указал на место рядом с кустами:
— Прямо здесь.
— Мгм. — Хуан Цзыся обошла это место кругом, а затем, уставившись в землю, принялась внимательно всё осматривать.
Чжоу Цзыцин следовал за ней. Видя, как она шаг за шагом продвигается по каменным плитам, он недоуменно спросил:
— Чунгу, ты что-то обнаружил?
— Обнаружил… двух мух, — Хуан Цзыся указала на землю.
Чжоу Цзыцин проследил за её пальцем: там и впрямь были две мухи, они сидели рядышком на земляном шве между двумя каменными плитами и потирали передние лапки.
Он ничего не понимал:
— И что с этими мухами?
Стоявший неподалёку Ли Шубай, услышав этот вопрос, произнёс:
— В народе говорят: «мухи не садятся на яйцо, в котором нет трещин»1, что скажешь?
- Мухи не садятся на яйцо, в котором нет трещин (蝇虫不落无缝之蛋, yíng chóng bù luò wú fèng zhī dàn) — у любого события есть причина или скрытая уязвимость. ↩︎
