В то время двое гостей, что вместе с Ли Цзи ездили в Хайнинцзюнь по торговым делам, были в великом смятении: «Какая вопиющая несправедливость! Он же явно купил эту птицу! Хотели бы мы заступиться за него, да только хоть и видели того продавца, имени его не знаем, к тому же он в Ханчжоу. Оправдать его не сможем, а себя подставим под удар. Из-за одной твари безвинно погублена человеческая жизнь. Если не поедем в Ханчжоу — дело с концом, а коли поедем, непременно должны всё выяснить». О том говорить не будем.
Шэнь Юй собрал вещи, взял хуамэй и во весь дух помчался домой. Придя, он сказал жене:
— В Дунцзине я взыскал за жизнь нашего сына.
Янь-ши спросила:
— Как же тебе это удалось?
Шэнь Юй от начала до конца рассказал о том, как встретил хуамэй в императорских палатах. Янь-ши, увидев птицу, горько зарыдала, печалясь о покойном при виде его вещей.
На следующий день Шэнь Юй взял хуамэй и пошёл в управу отметить бумаги и рассказал обо всем случившемся. Фучжичжоу возрадовался:
— Какое удивительное совпадение.
Истинно: заклинаю вас — не совершайте дел против совести, кого из грешников миновала кара с древности до наших дней? Не говорите, что человеческая жизнь — пустяк, разве это игрушки?
Фучжичжоу объявил:
— Коль скоро убийца схвачен и казнён, можно сжечь гроб.
Шэнь Юй велел людям сжечь гроб и развеять прах.
Между тем двое гостей, что приезжали с Ли Цзи в Ханчжоу торговать лекарствами, один по фамилии Хэ, другой по фамилии Чжу, привезли товар и остановились в подворье в Хучжоушу. Распродав всё сырье и чувствуя на сердце несправедливость, они вдвоём вошли в город, чтобы разыскать того бочара. Весь день искали, но вестей не было, и они в унынии вернулись на ночлег.
Назавтра они снова вошли в город и как раз встретили бочара с коромыслом. Они окликнули его:
— Брат, позволь спросить, живет ли здесь старый бочар, обличьем такой-то и такой-то, не знаешь ли, как его зовут?
Тот ответил:
— Кэгуань, в нашем цеху бочаров всего два старика: одного фамилия Ли, живёт в Шилююаньсян (Переулок Гранатового сада); другого фамилия Чжан, живет в Сичэн цзяося (Подгорье Западной стены). Который из них вам нужен?
Они поблагодарили его и сперва пошли в Шилююаньсян. Увидели там Ли-гуна, который как раз расщеплял бамбук. Посмотрели они на него. Нет, не он. Тогда пошли в Сичэн цзяося.
Подойдя к воротам, они спросили:
— Дома ли Чжан-гун?
Чжан-а-по ответила:
— Нету его, ушёл по делам.
Они не стали больше расспрашивать и пошли обратно. Как раз был час вэй, не прошли они и полули, как вдали увидели бочара с коромыслом.
Было суждено, чтобы этот человек заплатил за жизнь Шэнь Сю и обелил доброе имя Ли Цзи. Истинно: сейте семена справедливости, и где бы ни был человек, разве не встретятся они? Не копите вражды, ведь в узком проулке трудно разминуться.
В то время Чжан-гун возвращался с юга, а те двое шли на север, и столкнулись они лицом к лицу. Чжан-гун их не узнал, а они его признали тотчас. Преградив путь, они спросили:
— А-гун1, как ваша фамилия?
Чжан-гун ответил:
— Сяожэнь по фамилии Чжан.
Они снова спросили:
— Уж не в Сичэн цзяося ли вы живёте?
— Там и живу, — ответил Чжан-гун. — Зачем я вам понадобился?
Они сказали:
— В нашем подворье много бочек нужно справить, ищем опытного мастера, потому и спрашиваем. Вы куда сейчас?
— Домой иду, — ответил Чжан-гун.
Шли они втроём и беседовали, пока не дошли до ворот Чжан-гуна. Чжан-гун сказал:
— Садитесь, почтенные, выпейте чаю.
Они ответили:
— Сегодня уже поздно, придём завтра.
Чжан-гун сказал:
— Завтра я никуда не уйду, буду непременно ждать вас.
Простившись с ним, они не пошли в подворье, а направились прямо в управу с доносом. Как раз в управе шёл вечерний приём. Они вошли в зал, пали на колени и по порядку изложили всё: и как Шэнь Юй узнал птицу, и как казнили Ли Цзи, и как они встретили Чжан-гуна, продавшего птицу.
— Нам двоим претит несправедливость, мы пришли просить за Ли Цзи. Молим вас, лаое, допросите Чжан-гуна: откуда у него взялась хуамэй?
Чиновник ответил:
— В деле Шэнь Сю всё уже выяснено, убийца казнён, какие еще могут быть дела?
Они настаивали:
— Судья в Далисы не разобрался, принял птицу за улику и не стал доискиваться её происхождения, тем самым безвинно загубил Ли Цзи. Мы не могли пройти мимо несправедливости и просим за Ли Цзи. Если бы это не было правдой, разве посмели бы мы беспокоить вас? Молим о милосердии и правосудии!
Фучжичжоу, видя, как искренне и горько они просят, тотчас отправил сыщиков ночью схватить Чжан-гуна.
- А-гун (阿公, āgōng) — вежливое обращение к пожилому мужчине. ↩︎
