Глядя, как удаляется девочка, женщина выронила кинжал, и тот с лязгом упал на землю. Она протянула руку, и её слабая улыбка, подобная увядшему на северном ветру цветку, расплылась в глазах маленькой девочки. Женщина пристально смотрела на своих детей: вся любовь и ненависть прошлых лет разом нахлынули на неё, наполнив прекрасные глаза глубокой скорбью, нежеланием расставаться и горечью.
Тогда, делая тот выбор, она уже предвидела сегодняшнюю судьбу, но она не жалела.
Только её дети…
Как же она сможет спокойно покинуть этот мир?
— Сян Ну-эр, уходи скорее! — ЛаофужэньЛаофужэнь (кит. 老夫人, lǎofūrén) — почтенная госпожа. Вежливое обращение к пожилой замужней женщине высокого социального статуса или к матери высокопоставленного лица. More взяла девочку за руку и, скрепя сердце, потащила её к лазу.
— Мама… Мама… Няня, я не могу оставить маму, я не хочу, чтобы мама умерла… Мама… У-у-у… — громко зарыдала маленькая девочка. Женщина тут же зажала ей рот рукой, но всё равно опоздала на мгновение.
— Постойте!
Раздался грубый окрик, и беспорядочный топот снаружи внезапно стих.
— Кажется, я слышал плач девчонки. Вы, несколько человек, проверьте там, а вы идите за мной. Та баба получила удар ножом, она долго не протянет. Они не могли уйти далеко, ищите здесь хорошенько!
Старая женщина, одной рукой прижимая к себе малыша у лаза, а другой держа девочку, быстро выбралась из пещеры. Этот выход находился недалеко от задних ворот усадьбы; стоило лишь покинуть этот двор, и они смогли бы спастись.
— Они там!
Когда они были уже у самых ворот, за спиной вдруг раздался яростный рев, и тут же все шаги устремились в их сторону.
Старуха, приняв мгновенное решение, опустила девочку на землю и отодвинула засов:
— Сян Ну-эр, быстро беги с братом. Запомни: беги так далеко, как только сможешь, и никогда больше не возвращайся в этот город! Беги!
Сказав это, старая женщина развернулась, схватила стоящее в углу толстое коромысло и бросилась на толпу солдат.
— Няня!
Девочка вскрикнула. Она увидела, как няня, выставив поперек длинный бамбуковый шест, в одиночку заставила здоровяков отступить на несколько шагов. Некоторые солдаты, увернувшись от коромысла, бросились к ней и брату, но няня, рискуя жизнью, преградила им путь. Девочка, перестав плакать, схватила брата за руку и выбежала наружу.
Но едва они вышли за ворота, как со двора донесся пронзительный предсмертный крик няни.
Десятки солдат вырвались из ворот; на лезвиях их мечей поблескивали пятна темно-красной крови, капля за каплей, прозрачные, словно красный агат, падая на землю…
— Ха-ха-ха, девчонка, посмотрю я, куда вы побежите.
Солдаты, дико хохоча, приближались шаг за шагом. Их сверкающие большие мечи в лунном свете ночи отливали зловещим алым холодом.
— Нет… не надо… у-у-у…
Девочка, мотая головой, пятилась назад и внезапно плюхнулась на землю. Она крепко прижала брата к груди. Смутная пелена застилала отчаяние в её глазах, пока она беспомощно смотрела, как эти солдаты со свирепыми, словно у дьяволов, лицами окружают их.
— Ха-ха-ха, сдохните!
Бесчисленные большие мечи резко взмыли в воздух!
Багровый отблеск огня окрасил ночное небо в алый цвет, тьма тяжело опустилась вниз, и бесчисленные взрывы зловещего хохота заглушили слабый плач в воздухе…
В год Ханьтянь Сюаньу обстановка в Поднебесной была нестабильной, повсюду полыхал огонь войны. Пока в мире царил хаос, все страны безоговорочно ориентировались на две великие державы — Иньлоу и Чиянь. Вдобавок приграничные иноземные племена то и дело совершали набеги. В эти смутные времена народ лишился средств к существованию. Иньлоу, с тех пор как на трон взошел новый император Цзю Е, непрерывно вело войны. Мощь государства стремительно росла, оно обладало военной силой, способной охватить всю Поднебесную. Четыре стороны света покорились ему, соседние малые страны круглый год платили дань и являлись на поклон. Достигнув пика процветания, оно уже было готово воцариться над всем миром.
Раздался громкий окрик, и городские ворота Цзыцзиньчэна1 широко распахнулись.
В клубах пыли издалека показался отряд всадников, закованных в черную броню. Копья и боевые доспехи под палящим солнцем источали пронизывающий холод. Четверо военачальников во главе держали в руках большие мечи. Их лица скрывало холодное железо, оставляя открытыми лишь глубокие глаза. На своих высоких боевых конях они выглядели устрашающе и величественно. Каждый из них был необычайно воинственен.
Это были те самые элитные воины Иньлоу, от одного слуха о которых враги цепенели от ужаса, — Железная гвардия Бога Смерти, лично обученная императором Цзю Е. Они же были личной охраной Цзю Е, четыре отряда Железной гвардии: Восточный, Южный, Западный и Северный.
Окружающие простолюдины, увидев это, поспешно отступили в стороны и опустились на колени, чтобы почтительно приветствовать выезд Вана из города. Но не успели они поднять головы и разглядеть происходящее, как услышали лишь пронесшийся мимо стук копыт, и грозный холодный луч вырвался из рядов Железной гвардии, стрелой устремившись за городские ворота!
Звук стих, желтый песок и пыль заполнили воздух, и всё погрузилось в тишину.
Заходящее солнце было алым, как кровь.
Близились сумерки, но солнце по-прежнему жгло немилосердно.
Звуки горна разнеслись по небосводу. Армия Иньлоу одержала в этой битве великую победу, разбив вражеские войска в пух и прах. Чиянь понёс тяжелые потери, их армия была почти полностью уничтожена. Этот поход принес богатую добычу. Партия крепких рабов сможет обеспечить Иньлоу значительную рабочую силу, и строительство пограничных укреплений должно быть завершено очень скоро.
- Цзыцзиньчэн (紫锦城, zǐ jǐn chéng) — «пурпурный парчовый город». ↩︎
