Новой работой Дяо Чжиюя стала роль агента 007, которую до этого исполнял Фан Цинсянь. Проект располагался на улице Мэнцзы в рамках Secret Cinema с тематикой «Казино “Рояль”», невероятно популярный в Лондоне иммерсивный театр, выстроенный в двухэтажном здании, похожем на склад. Изначально это было четырехчасовое иммерсивное представление с кинопоказом, но после переноса в Китай актеры еще не успели как следует акклиматизироваться, а в отзывах многие игроки жаловались на толпу и нехватку времени. Когда Дяо Чжиюй пришел устраиваться, кинопоказ на площадке уже убрали, финал превратили в прохождение уровней, а большинство NPC заменили на отечественных актеров.
Говорят, основной причиной увольнения Фан Цинсяня стало то, что… его уровень английского оставлял желать лучшего.
Дяо Чжиюй, имевший танцевальную базу, прятал в кармане тридцать карт, пиковых тузов. Раздав их, он растворялся в толпе, становясь одним из участников музыкально-танцевального представления, и отбивал чечетку вместе с чернокожей актрисой.
Ради этого он неделю провел на интенсивных тренировках; если округлить, они не виделись больше десяти дней. Чтобы посмотреть, как Дяо Чжиюй танцует чечетку, Ху Сю договорилась с Чжао Сяожоу сходить на «007». Чжао Сяожоу пришла при параде и привела с собой Ма Ляна, но стоило им войти, как они разминулись, и она потащила на эскалатор только Ху Сю.
Девушки заблудились в окутанных дымом декорациях. Они подолгу вглядывались в каждую сцену с песнями и танцами, но так и не смогли найти раздающего пиковые тузы Дяо Чжиюя во фраке с блестками. В конце концов, страдая от нехватки кислорода в душном помещении, они уселись в казино и битый час играли в техасский холдем.
Стоило Ху Сю получить карточку с заданием, как в ней тут же включался режим выполнения миссии. При виде упоминаний МИ-6, визиток и писем в папках с документами она приходила в азарт, напрочь забыв, что пришла смотреть на танцы Дяо Чжиюя. Все время она искала сотрудников с золотыми цветками на одежде, чтобы выполнять задания.
В итоге светловолосого и голубоглазого NPC окружили плотной толпой — так, что к нему было не пробиться, — и только Ху Сю, благодаря своему эталонному британскому произношению, удалось выманить его оттуда. Вот как важно владеть иностранным языком.
Все четверо вышли наружу в некотором смятении. У Дяо Чжиюя сводило икры от танцев, а свою девушку он так ни разу и не увидел; Ху Сю в давке среди пятисот игроков «вправили» выпирающие ребра.
Чжао Сяожоу не купила VIP-билет за три тысячи, проиграла все деньги в казино, а потом выяснилось, что финал спектакля проходит в VIP-комнате, вход в которую стоит шесть тысяч, но денег у нее уже не было. Ма Лян так и не понял, что здесь веселого: девушки были разодеты так, словно угодили в логово паучих из другого измерения, и при этом никто не обращал на него внимания.
Прислонившись к клумбе у универмага Дзюгуан, они наблюдали за игрой саксофониста напротив. Четверка сжимала в руках стаканчики с горячим чаем с молоком, глядя на прохожих.
Дяо Чжиюй снял грим, достал из кармана влажную салфетку и вытер лицо. В тот момент, когда он убрал салфетку, проходящие мимо молодые девушки засмотрелись на него.
Чжао Сяожоу сказала, что если на «007» ограничат количество игроков, она подумает о том, чтобы прийти еще раз. Когда десятки людей играют в техасский холдем… она давно не испытывала такой усталости от этого соперничества в необычайности и красоте.
Дяо Чжиюй жадно глотал шарики таро:
— Эта заводская площадка в четыре тысячи квадратных метров по своей сути — одна большая вечеринка. Как тут может быть весело, если людей мало?
— Тридцать карт быстро раздаются?
— Обычно нормально, но на сеансах, где много тех, кто приходит не в первый раз, карты разлетаются моментально.
— Опять приходят повторно ради тебя?
— Здесь не делают акцент на отдельных актерах, важнее общая атмосфера, поэтому мне тут нравится. Нет такой сильной привязки к игрокам, а водить их за собой очень утомительно.
— Так бы и сказал, что боишься проверки со стороны Ху Сю.
Ху Сю промолчала, думая о том, что квесты и иммерсивные театры без участия Ли Ай кажутся какими-то пустыми.
Впрочем, ладно. Ли Ай на костылях было бы неудобно бегать вверх-вниз, так что ее отсутствие вполне объяснимо.
Чжао Сяожоу стряхнула пепел с юбки. Грим для косплея Белоснежки все еще оставался на ее лице, но курила она с таким видом, что невольно напоминала Злую мачеху, а надкушенное отравленное яблоко, казалось, вот-вот скормит кому-то другому.
Ма Лян заботливо забрал пустой стаканчик из-под чая и выбросил его. Чжао Сяожоу быстро прикурила вторую, затем третью сигарету. Ху Сю нахмурилась:
— Цзинъаньсы совсем рядом, иди туда и жги благовония, не надо сжигать себя…
Чжао Сяожоу промолчала, все еще обдумывая сюжет «007». Вдруг она словно что-то вспомнила:
— Дяо Чжиюй, а тот твой фильм — сняли и всё? Никакого продолжения? Нужно ли участвовать в промо-кампании для большой премьеры? Как насчет соглашения о неразглашении? Когда дашь мне возможность выкупить зал для просмотра?
— Это всего лишь малобюджетное кино, из тех, что показывают на фестивалях, — улыбнулся Дяо Чжиюй. — В широкий прокат оно не выйдет, скорее всего, даже цензуру не пройдет.
У Чжао Сяожоу и Ху Сю отвисли челюсти:
— А?
— Там много кровавых и жестоких сцен, а еще контент «девятнадцать плюс».
— У кого?
— У меня…
— Чего? — Чжао Сяожоу взглянула на Ху Сю. — Что за дела, почему не сказал, что там есть постельные сцены?
— Драки, прыжок с моста… то, о чем ты говоришь, тоже есть… немного. Но без пошлости. Общий тон истории довольно мрачный, повествование фрагментарное, так что всё зависит от монтажа.
