«Его фигура совсем не как у грубияна, ясно? До женственной красоты тоже не доходит, вот Цинь Сяои — тот женственный, а Хань Ицю уже куда более мужественный!
Хотя он и выглядит худым, задница у него очень даже круглая, да и силы немало… Иногда он сутулится, но не потому что горбатый, а из-за стеснительности, ему не терпится сбежать из толпы. Вы вообще внимательно наблюдали за актёром? Чёрт, про цвет тоже надо писать? Какой еще цвет! Заткнись!»
Подумав об этом, она успокоилась. Раздетого Хань Ицю видела только она.
Успокоившись, она поняла, что не знает, как смотреть в глаза Дяо Чжиюю. Его фраза «ты убила мою любовь» лишила ее дара речи.
Карьера, которая была ей важна, и правда точно ранила его сердце. Рука в кармане, пальцы, которые она с нежностью сжимала, не обманут. Он не ожесточился, чтобы провести черту между ними, он просто злится.
Она достала листок бумаги, начала чертить и рисовать, даже серьезно проанализировала временную шкалу и причины, придя к выводу, что Дяо Чжиюй, этот наивный мальчишка, ставит любовь превыше всего. При расставании он отказался разговаривать, и даже если сейчас она выиграет и найдёт возможность поговорить с ним, узел на сердце вряд ли развяжется. Тут определённо есть что-то еще, чего она не знает, и о чем он не хочет говорить из гордости.
Глядя на пальцы, она ощутила грусть от знакомого прикосновения. Если бы они просто расстались и больше не виделись, со временем все бы зажило, но сейчас рана становится все шире, на нее сыплют соль, да еще и нарочно оставляют на сквозняке; хуже отчаяния только наличие надежды.
Протерпев неделю, она все же забронировала билеты на «Шанхайские ветры». Ей слишком хотелось его увидеть.
Чего она не ожидала, так это того, что с наступлением летних каникул ажиотаж будет таким, что билеты нельзя будет достать даже за неделю.
Ху Сю несколько дней донимала службу поддержки и наконец нашла игрока, перепродающего билет на ночной сеанс.
Однако ещё издалека атмосфера показалась ей не совсем правильной. Знакомая рыжеволосая женщина и ципао изумрудного цвета… Разве это не «команда светских львиц»?!
Несколько женщин болтали в зоне обмена билетов; остановившись, она поняла, что ради Дяо Чжиюя они прошли игру уже больше десяти раз.
Пока она подсчитывала, что десяток игр на четверых — это десятки тысяч юаней, «Изумруд» заговорила:
— Цинь Сяои нет в «Сквозь снег», он стал не таким милым, как раньше.
Это потому что вы слишком похотливые…
— Раньше чувство сервиса было отличным, можно было коснуться руки.
Механика «Сквозь снег» — это просто поход в бордель…
— Ещё можно было разыгрывать любовные сцены с партнером.
Сейчас невозможно сыграть сцену с партнёром, потому что вы играть не умеете!
Ху Сю мысленно ворчала довольно долго, огонь внутри уже разгорелся высоко, а когда она увидела, что у всех четырех дам билеты в Разведотдел, давление вообще вышло из-под контроля. Она была далеко не единственной, кто пришёл сюда снова и снова ради Дяо Чжиюя.
Оглядевшись, она действительно увидела молодых девушек, ждущих рядом с очередью:
— Здравствуйте, скажите, это Разведотдел? У нас Гунбу, мы хотели бы поменяться на Разведотдел, хотим посмотреть на Хань Ицю…
Ху Сю посмотрела на бейдж Разведотдела в своей руке. Хорошо, от этих фанаток она оторвалась, в этот раз она по крайней мере в лагере Хань Ицю. Ну погодите, дамочки, вот зайду внутрь и сразимся!
Зал был битком набит. Глядя на длинную очередь, Ху Сю специально пошла рядом с Хань Ицю.
Она слышала дыхание парня рядом, видела руку на колене с четко очерченными суставами, синие вены под холодной белой кожей — это была рука, которую она когда-то держала.
В этот раз у нее была одна цель: встретиться с ним взглядом, передать извинения, пусть даже без слов, но дать ему почувствовать ее настойчивость.
Когда группа вошла в Разведотдел, Хань Ицю указал на неё:
— Выйти из строя…
Другие игроки с любопытством отреагировали на этот вызов. От того, что её выбрал красавчик, Ху Сю вся раздулась от гордости.
«А у вас есть такая привилегия?
Ах да, вы ведь всего лишь обычные игроки, максимум — богатые фанатки из Восточного Китая, а я его бывшая девушка».
Хань Ицю не дал ей времени на гордость:
— Господин Чэнь Цяонянь только что прибыл в Шанхай, людей не хватает, я отправляю тебя ему в помощь.
— А?
Выйдя за дверь и направившись в редакцию журнала «Молодёжь», она увидела, что с каждой из одиннадцати сюжетных линий выдернули по одному человеку; они переглядывались в недоумении.
Чэнь Цяонянь оказался красавчиком с приклеенными усиками и высокими надбровными дугами:
— Господа, я Чэнь Цяонянь. Я собрал вас сегодня, чтобы найти несколько великих тайн концессии. Скрывать не буду, в этом трёхэтажном здании есть несколько скрытых уголков, которые еще не были открыты.
Первая половина игры прошла очень быстро. Ху Сю вместе с Чэнь Цяонянем обманула актеров других сюжетных линий, добыла ключ и открыла замок в шкафу танцевального зала «Святая Анна», где открылся совершенно иной мир.
В комнате было так темно, что горели лишь четыре свечи, всё остальное расплывалось в причудливых очертаниях. Кто-то из игроков наступил на механизм, и одна свеча погасла. Тайная комната!
