Когда Ху Сю и Дяо Чжиюй вместе вошли в REGARD, на лице Ли Ая отразилась растерянность, словно прошла целая вечность.
Он как раз давал интервью двум блогерам. Приложение по дизайну интерьеров с аудиторией в десятки миллионов пользователей пригласило его к сотрудничеству, объединившись для репортажа с несколькими пабликами об искусстве жизни.
Едва проводив блогеров, он встал у дверей, отвечая на звонок. Ху Сю сказала Дяо Чжиюю, что в те два месяца, пока его не было, Ли Ай продолжал помогать Чжао Сяожоу с небольшими коммерческими проектами.
Да и у него самого работы прибавилось, а он ещё продолжал тренироваться, просто разрывался на части.
Мышцы у Ли Ая действительно стали рельефнее, чем раньше. Он постригся под «ёжик» и так и лучился энергией. Совершенно другой человек по сравнению с тем, кто раньше неспешно протирал чашки и молол кофейные зерна.
Дяо Чжиюй, перекатывая во рту кубик льда из своего айс-американо, сказал Ху Сю:
— Не виделись всего два месяца, а его словно подменили.
— Два месяца в Шанхае, если навалится работа, идут за год в любом другом городе.
— Он и правда в последнее время так занят, что его не поймать. Кажется, подписал контракт в Губэе, долгосрочная аренда на пять лет, сам занимается дизайном и ремонтом.
— Наконец-то решился переехать в квартиру побольше.
Войдя и увидев Дяо Чжиюя, Ли Ай первым делом увесисто ткнул его кулаком:
— Ах ты, сколько времени прошло? Как расстался с Ху Сю, так сразу испарился, да?
Удар, должно быть, вышел болезненным. Дяо Чжиюй скривился в улыбке, больше похожей на гримасу боли:
— Если бы я пришёл после расставания, ты бы выгнал меня своей тростью. Мы с тобой не настолько близки, чтобы перевесить твою братскую любовь к Ху Сю.
Когда Дяо Чжиюй входил в раж, он начинал нести всякую чушь. У Ли Ая не было времени варить им кофе:
— Мне скоро нужно уходить, так что располагайтесь, чувствуйте себя как дома.
Перед уходом он не забыл добавить:
— Если снова бросишь Ху Сю, я переломаю тебе ноги.
Когда Ли Ай вышел, Дяо Чжиюй спросил Ху Сю:
— Ему и Чжао Сяожоу что, обоим нравится ломать людям ноги?
Любимые угрозы у них были одинаковые. Ху Сю смотрела на Ли Ая, который шел без трости: он лишь слегка прихрамывал и двигался медленно, но, если округлить, выглядел уже как полный сил молодой человек с Юйюань Лу.
Дяо Чжиюй достал ноутбук:
— Скрытая сюжетная линия, о которой ты говорила в прошлый раз, будет доступна только на одной игре на этой неделе. Линию Чэнь Цяоняня я не вёл, и, скорее всего, меня на нее не поставят.
Мало того, что нужна предварительная репетиция, так сейчас еще и нет никого, кто мог бы сыграть в паре с Ду Минцюанем.
— Говорят, ваш пейринг нерушим.
— Ты… — Дяо Чжиюй нахмурился. — Ты тоже читала ту серию рассказов?
— Конечно, я даже плакала, пока читала. Особенно тот момент, когда Хань Ицю обнажил белоснежную кожу, а Ду Минцюань покрывал ее поцелуями, сантиметр за сантиметром, пока не проступила розовая…
Дяо Чжиюй зашипел и зажал рот Ху Сю рукой:
— Сколько раз ты это перечитывала?
— Мне было скучно во время подготовки, вот я и перечитала пару раз… У этой главы очень много просмотров. А что вы с Ду Минцюанем думаете об этом… романе?
— Я натурал, что я могу думать? Просто девчонки балуются.
— Автору вообще-то уже двадцать пять, и пишет она замечательно.
Не желая продолжать этот разговор, Дяо Чжиюй уткнулся в ноутбук:
— Отправляться в «Шанхайские ветры», чтобы свести таких игроков, как Чжао Сяожоу и Ли Ай, — задача повышенной сложности. Им даже попасть в одну фракцию будет непросто, не говоря уже о том, чтобы между ними пробежала искра во время выполнения заданий. У них ситуация не такая, как у нас. Я сам был NPC, а ты пришла ради меня. Они же играют в скрипт-киллинг ради удовольствия, к тому же Чжао Сяожоу любит там флиртовать с красавчиками, так что эффект будет прямо противоположный.
— Тогда, может, в квест-рум Чжао Сяожоу? Ой, нет, Ма Лян спал у нее на диване, она приходит в ярость при одном его упоминании…
— Может, просто найдем какой-нибудь жесткий хоррор-квест и отправим их туда на одиночные миссии?
— Тоже не пойдет. Кто знает, вдруг там окажутся симпатичные NPC, Чжао Сяожоу начнет с ними заигрывать.
На самом деле она только на словах смелая, вряд ли у нее с кем-то что-то будет. Ма Лян, похоже, уничтожил ее уверенность в себе.
— Столько отличных парней позволяли ей вертеть ими как угодно, а Ма Лян заставил её сложить оружие. Удивительно все-таки устроен мир. О Ма Ляне давно ничего не слышно. Он связывался с тобой?
— И не спрашивай. Он то и дело просит меня перевести какие-то материалы и, посмеиваясь, называет меня своим «Союзом разбитых сердец»1. Моя бывшая коллега Трейси, которая тоже когда-то встречалась с Ма Ляном, узнала, что мы знакомы, и теперь постоянно сливает мне о нем всякие сенсации. Я Чжао Сяожоу еще ничего не говорила. Он подцепил в Ogilvy подружку с шестым размером груди. Сначала говорил, что ради Чжао Сяожоу будет два года хранить верность, но не устоял. Эта «сестрица» живёт на Хуайхай Лу, каждый день ходит в зал в леггинсах Lululemon2, крутит перед ним задом, а иногда жалуется мне на боли в пояснице. Уж не знаю, зачем хвастаться этим подруге бывшей девушки…
- «Союз разбитых сердец» (失恋阵线联盟, Shīliàn zhènxiàn liánméng) — суперхит гонконгской группы Grasshopper (草蜢), выпущенный в 1990 году. ↩︎
- Lululemon — популярный канадский бренд спортивной одежды премиум-класса, ставший в Китае важным статусным символом.
Из личных наблюдений вашей переводчицы. Типичный образ жительницы Торонто среднего класса последних лет: легинсы Lululemon (униформа на все случаи жизни, от студии пилатеса до деловых бранчей), идеально гладкий пучок и стакан матча-латте, ради которого девушка готова отстоять в длинной очереди. Готовность выстраиваться в многочасовые очереди (queuing culture) за трендовыми новинками — характерная черта азиатской и азиатско-американской среды, которая превращает покупку в социальный ритуал. Завершает образ прогулка с породистой собакой: обычно это французский бульдог, сиба-ину или золотистый дудл. ↩︎
