Принять участие в перезапуске Источника Вечности — звучало почти как «помочь запустить ядерный реактор». Без ясных гарантий безопасности, без надёжной защиты, с риском, что всё взлетит на воздух в любую минуту.
И всё же Грэйт ясно видел на лицах стоявших напротив эльфов одно и то же чувство — зависть. Чистую, без примеси сомнений, почти безумную зависть.
Перезапуск Источника Вечности! Самое сердце проекта, от которого зависела безопасность Острова Вечного Союза и устойчивость его магического поля.
Госпожа Илуни резко повернулась к нему. В её взгляде сверкнула радость, но в глубине мелькнула тень тревоги. Она искренне радовалась, что сыну доверили столь важное дело, и в то же время боялась за его жизнь.
Грэйт невольно усмехнулся, кивнул матери и перевёл взгляд на старейшин. Мастер Масрей и старейшина Мэлинсела нахмурились, будто хотели что-то сказать, но промолчали. От этого ему стало ещё тоскливее.
Если бы речь шла о старшем брате Байэрбо или о любом другом маге школы воплощения, они бы, не раздумывая, рвались в этот проект, хоть с сухарями за пазухой. Но когда очередь дошла до него…
Он только вздохнул. Казалось, будто он — поддельный чародей‑воплощенец.
— Э‑э… — Грэйт поднял руку, неуверенно улыбаясь. — Я, признаться, не слишком силён в вопросах, связанных с Источником Вечности. Почти ничего о нём не знаю. Моя область — целительная магия. Если вам действительно нужен исследователь, могу порекомендовать одного человека.
— Кого? — Старейшина Хайан чуть заметно нахмурился. Разочарование мелькнуло в его голосе, но он не стал настаивать. Насильно мил не будешь: если заставить молодого мага заняться тем, что ему не по душе, толку не выйдет.
Он задумался: кого же может предложить этот маг из Нордмарка? Грэйт ведь совсем недавно прибыл в Лес Изобилия, едва ли успел познакомиться со всеми. Тех, кого можно было пригласить, старейшина Карлеэн уже давно пригласил.
И тут Хайан услышал имя, которого никак не ожидал.
— Моего старшего брата, архимага Байэрбо. Ранее он вместе с богом солнца Виракочей проводил исследования по очистке и воспламенению руд из тайных шахт, изучал, при каком объёме они взрываются.
— Человека? — Хайан едва удержался, чтобы не поморщиться.
Пригласить мага из Нордмарка было разумно: в его жилах текла эльфийская кровь, да и поступки говорили сами за себя — он исцелял раненых эльфов, тушил пламя в тайных святилищах, поддерживал равновесие природы, говорил с древними деревьями. Всё это свидетельствовало о его природной гармонии с эльфийским народом.
Но допустить к проекту человека, да ещё к столь тайному и важному делу? Это решение Хайан не мог принять единолично.
Тем не менее он не стал отказывать прямо. Во‑первых, архимаг Байэрбо, если уж сумел определить точку взрыва руды, явно продвинулся в исследованиях дальше многих. Во‑вторых, старейшины Карлеэн и другие не раз напоминали: с Грэйтом нужно быть мягче, укреплять с ним дружбу, не отталкивать.
Хайан посмотрел на ожидающее лицо Грэйта и, немного помедлив, ответил осторожно:
— Маг Нордмарка, благодарю за рекомендацию. Что касается архимага Байэрбо, позвольте нам немного времени, чтобы изучить его труды и узнать о нём больше. Если сочтём подходящим, непременно попросим вас помочь с приглашением.
Иными словами: «мы подумаем». Сколько продлится это «подумать» и к чему приведёт — вопрос открытый. Формулировка, удобная и как вежливый отказ, и как возможность оставить дверь приоткрытой.
Грэйт понял намёк и без возражений кивнул. Отступив на пару шагов, он вновь сел и продолжил слушать обсуждение.
Главная проблема эльфов, как он понял, заключалась в несоразмерности: ограниченная энергия против безграничных потребностей. Леса Острова Вечного Союза требовали подпитки, чтобы расти и возвращать силу природе; магические барьеры, защищающие народ, тоже нуждались в энергии; эксперименты, выращивание редких растений, развитие воинов и магов — всё требовало всё новых потоков силы. Даже тот загадочный Великий Разлом, где стояли на страже эльфийские бойцы, нуждался в постоянном снабжении энергией, чтобы поддерживать их жизнь и боевую мощь.
А источник всей этой силы — вода Источника Вечности и магические испарения, наполняющие воздух. Сама же вода рождалась из слияния и преобразования энергии Мирового Древа и древних деревьев.
Дальнейшие рассуждения Грэйт уже не улавливал. Он слушал, но смысл ускользал. Тогда он просто позволил внутреннему ядру медитации записывать всё происходящее — голоса, образы, формулы заклинаний, — словно был живым кристаллом памяти.
Когда заседание наконец завершилось, Грэйт хотел было уйти вместе с госпожой Илуни, но старейшина Мэлинсела, улыбаясь, поманила его рукой.
— Как ты себя чувствуешь? — спросила она мягко. — Твоя мать уже поправилась, верно? Есть ли место, куда бы ты хотел отправиться теперь?
Лицо старейшины выглядело усталым, под глазами легли лёгкие тени, и всё же в её взгляде сохранялось прежнее спокойствие и доброжелательность. Очевидно, недавние вспышки ярости древних деревьев вымотали её не меньше других.
Грэйт ответил улыбкой:
— Пока не решил. Но если будет возможность, хотел бы осмотреть древние деревья вокруг острова, особенно Мировое Древо.
— Ах да, ты ведь ещё не встречался с ним, — Мэлинсела улыбнулась шире. — Это непременно стоит сделать. Получив его благословение, ты сможешь свободно летать в окрестностях. Кстати, раз уж собрался к Мировому Древу, не хочешь заодно посетить королевский двор?
— Разве туда можно попасть? — Грэйт не удержался от удивления. Королевский двор эльфов! Неужели у них, как в некоторых странах Нового Континента, есть дни открытых дверей для простых посетителей?
— Конечно можно, — рассмеялась Мэлинсела. — Ты ведь из рода Драгоцвета, одной из двенадцати знатных ветвей. Да и помимо этого, ты сделал для нашего народа немало. Королевская семья непременно пожелает выразить благодарность. Так что, Грэйт, скажи — хочешь ли ты увидеть королеву?
