Алмаз достался ему не случайно — Грэйт сам высчитал нужные пропорции, сам нашёл мастера, который сумел огранить камень так, как он задумал.
А вот оправа принадлежала Сайриле: она переплавила старые чешуйки, придала им новую форму и заключила алмаз в их серебристые изгибы.
Грэйт думал, что ни золото, ни серебро, ни даже мифрил не могут сравниться с этой драгоценностью — слишком уж много в ней было смысла и памяти.
Памятный дар, бесценный во всех смыслах.
А если бы раздобыть ещё один камень и попросить Сайрилу сделать кольцо для него самого?
Мысль показалась Грэйту весьма заманчивой.
Только вот беда — эти алмазы не были добыты им собственноручно, не куплены за его труд, да и вовсе не природного происхождения.
А ведь если уж делать парные кольца, их первая пара должна быть из настоящих, живых камней!
— Может, дашь мне немного времени? — пробормотал он. — Я найду хороший алмаз… или дождусь, пока эльфы вернутся с Нового Континента, и обменяю у них один…
Но Сайрила смотрела на него так, что все доводы рассыпались.
Сереброволосая драконица ясно дала понять: она хочет сделать ещё одно кольцо — и как можно скорее.
День‑другой подождать можно, три‑пять — тоже, ведь огранка требует времени.
Но десять дней? Месяц?
— Грэйт, что это значит? — её голос звенел, как натянутая струна. — Ты больше не хочешь, чтобы у нас были одинаковые кольца?
Одного воображения последствий хватило, чтобы Грэйт похолодел.
— …Хорошо! Я достану алмаз!
Он переворошил свой ящик с материалами, выбрал камень подходящего цвета, чистоты и размера — и помчался к Сайриле.
На этот раз драконица осталась в полном восторге.
Она взяла алмаз, прищурилась, сравнивая его со своим кольцом — слева, справа, снова слева, пока не убедилась, что камни одинаковы до последней грани.
Тогда её глаза засияли, как распускающийся цветок.
— Прекрасно! Грэйт, ты чудо! — воскликнула она. — Давай руку, я сделаю тебе кольцо!
Она обхватила его ладонь, Грэйт поспешно поднял средний палец, позволив ей ухватить его.
Другой рукой Сайрила извлекла из пространственного мешка тонкую чешуйку.
Стоило ей коснуться пальца Грэйта, как чешуя смягчилась, изогнулась, обвилась вокруг основания, образуя оправу с пятью когтями, крепко удерживающими алмаз.
— Вот так, отлично! — довольно произнесла она.
Сайрила положила свою ладонь поверх его, сопоставила пальцы с кольцами и, сияя, рассматривала их то с одной, то с другой стороны.
Серебристо‑серая поверхность кольца была покрыта тончайшими узорами — словно свернувшаяся и сложенная чешуйка.
Две оправы с алмазами сверкали одинаково, и при малейшем движении света из центра камней вспыхивали две огненные искры, отражаясь в её глазах.
— Ах, как же это прекрасно! — засмеялась она. — Грэйт, потом мы нарежем ещё камней, сделаем целый гарнитур! Я слетаю на Драконий остров — пусть все обзавидуются!
— Эх, если бы можно было огранить так, чтобы не терять ни крошки…
Грэйт лишь мысленно вздохнул: увы, без отходов не обойтись, разве что использовать обломки для мелких вставок.
Можно было бы, конечно, применить ограниченное заклинание желания и превратить один октаэдрический алмаз в идеальный камень нужной формы, но тратить один камень ради другого — глупость несусветная.
Хотя… можно поручить старшему брату‑магу исследование: как создать искусственный алмаз с идеальной пятидесятисемигранной огранкой?
Если удастся хотя бы приблизиться к этому, маги‑пластики смогут отточить контроль над заклинаниями до невероятной точности.
Особенно в таких разрушительных чарах, как «Метеоритный взрыв» — кто знает, может, это и станет шагом к легендарному уровню.
Сайрила всё ещё держала его ладонь, разглядывая кольцо.
Грэйт мягко потянул руку.
— Сайрила, можно попросить тебя ещё об одном?
— Конечно! Что нужно?
— Сделай, пожалуйста, цепочку. Я повешу кольцо на шею — ты же знаешь, мне приходится работать руками, а на пальцах ничего носить нельзя.
— Ах… значит, не сможешь носить его всё время? — её улыбка чуть померкла, но тут же вновь засияла. — Ничего, ведь на шее оно будет ближе к сердцу!
— Без проблем! — оживилась она. — Для цепочки нужна чешуйка побольше…
Её ладонь скользнула по пространственному мешку, пальцы перебирали невидимые предметы.
Наконец она подняла руку, держа между пальцами пластину, похожую на маленькое блюдце — толще прежней и ярче, почти серебряную.
— Это я сбросила совсем недавно! — радостно объявила она. — Грэйт, снимай кольцо! И шею подставь!
Грэйт послушно наклонился.
Сайрила зажала чешуйку в ладонях, и те засветились мягким светом.
Через мгновение чешуя растаяла, вытянулась в тонкую нить и превратилась в серебристую цепочку.
Она продела через кольцо, сомкнула концы за его шеей — звенья сомкнулись без малейшего зазора.
— Грэйт, будь послушным! — сказала она, отступив на шаг и с удовлетворением оглядев результат. — Эта цепочка из моей чешуи, я чувствую её! Если ты вдруг решишь изменить мне… — она сложила пальцы, будто сжимая петлю, — щёлк!
— Я и не подумаю! — поспешно ответил он. — Сайрила, кроме тебя мне никто не нужен!
Драконица довольно прищурилась и, смеясь, бросилась ему на шею.
Они закружились — один, другой, третий оборот, пока Грэйт не взмолился:
— Отпусти! Сайрила, мне ещё работать надо, исследования ждут!
Исследования — путь к прогрессу, а прогресс — к новым возможностям и бесконечным сокровищам.
Сайрила взвесила всё и отпустила его, устроившись рядом, подперев щёку ладонью.
Она наблюдала, как Грэйт настраивает магический круг, ловит плодовых мушек, исследует их хромосомы, вплетает в них дыхание природы…
Но вскоре отвернулась, зажмурилась, уши дрогнули.
Выдержав несколько мгновений, она вскочила и вылетела наружу.
Нет, смотреть, как он сжигает алмазы, она не могла.
Алмазы! Прозрачные, сияющие, живые!
Грэйт обещал: если он успеет добиться результата до того, как камни сгорят, оставшиеся достанутся ей.
Ей!
Ладно, не видеть — не страдать.
В конце концов, у неё уже столько драгоценностей…
Грэйт, оставшись без её поддержки, лишь улыбнулся ей вслед и вновь погрузился в работу.
«Изменённые демонической энергией хромосомы… как стабилизировать их, чтобы объект выжил?»
Он вспоминал: даже полное разрушение хромосом не всегда означает мгновенную смерть.
В истории Токаймурской аварии в Японии один из пострадавших прожил восемьдесят три дня, несмотря на смертельную дозу радиации.
Но то отчаяние, та медленная агония — он не позволит своим пациентам пройти через подобное.
Прежде чем лечить, нужно найти безупречный метод на подопытных.
Грэйт отбросил лишние мысли и шаг за шагом выполнял план: менял скорость и качество вливания природной силы, одновременно активировал ограниченное заклинание желания и исцеляющее заклинание, чтобы поддерживать жизненные функции объекта; корректировал точки воздействия, регулировал темп…
Неудача. Ещё одна. И снова.
Он устало выдохнул:
«Сегодняшний план выполнен. Надо заглянуть в Академию магии, посмотреть чужие отчёты, потом — в Башню магов, узнать, как продвигается работа у Нивиса…
Столько легендарных магов, столько мастеров — не может быть, чтобы никто не добился успеха.
Эх, быть научным руководителем — тяжкий труд…»
За пределами Острова Вечного Союза гремели взрывы — гулкие, непрерывные.
Очевидно, старейшины‑легенды всё ещё испытывали заклинание ограниченного желания, расходуя горы алмазов.
Но в Башне магов Грэйта ожидала неожиданная весть: сотрудничество между Некромантами Чёрного Болотa и жрецами Природы наконец дало первые результаты.
Да, только некроманты могли так глубоко понять суть смерти — они не боялись её, не осуждали, а обращались с ней, как с давним знакомцем.
После нескольких месяцев совместных опытов им удалось насытить неживые тела природной силой и изменить их хромосомы; теперь они совершенствовали эффективность заклинания.
И, по их наблюдениям, энергия смерти во многом схожа с демонической — значит, методы, действующие на первую, могут помочь и против второй.
В письме, полном восторга и нетерпения, они спрашивали:
— Есть ли у вас команда, что продвинулась дальше нас?
— Можно ли приехать на Остров Вечного Союза?
— Если мы будем рядом с источником демонической силы, сможем сделать гораздо больше!
Грэйт задумчиво посмотрел на письмо.
— Показать ли это старейшинам?.. — пробормотал он.
