О «том месте», что парит над облаками, Грэйт размышлял не раз.
Он воображал себе, к примеру, огромную парящую гору — будто вершину срезали, перевернули и, положив плоской стороной вверх, заставили висеть в небе. На этой площадке, думал он, могли возводить дворцы и башни, а в выдолбленном чреве горы — скрытые залы и тайные мастерские.
Или, быть может, это был остров из облаков — ведь сереброволосые драконицы умели сгущать туман и облака, превращая их в плотные, почти вещественные острова, где строили гнёзда, жили и выводили потомство. Такие острова, ведомые ветром, странствовали по всему миру.
А может, то были останки исполинского зверя — кита, черепахи, а то и дракона, столь великого, что, по преданиям, он мог нести на спине целый мир. Иногда драконы ловили таких существ, а иногда те, умирая, сами отдавали своё тело, чтобы из него воздвигли жилища или небесные крепости.
Грэйт даже подумал, что не удивился бы, увидев летающий паровой замок, орбитальную станцию или небесный лифт. Он ведь уже бывал в парящем городе — правда, в прежней жизни, когда играл в ту самую игру, где был Даларан.
Если загадочная область над Драконьим островом оказалась бы чем‑то подобным, это не превзошло бы его воображения.
Но то, что он увидел, не походило ни на одно из этих предположений.
Свет. Безмерный, ослепительный свет — бесконечные переливы семи красок. Чем выше они поднимались, тем плотнее и ярче становилось сияние. Вдали оно собиралось в гигантскую сферу, где струились и переплетались потоки цвета — как лепестки, как водовороты, непрестанно движущиеся и сливающиеся.
А вокруг этой сферы раскидывался ещё больший купол света, уходящий в бесконечность. Казалось, он обнимает весь мир, а может быть, перевёрнут кверху дном, запечатывая небесную трещину.
…Это и есть Драконья столица?
Город, сотканный из света?
Какая же сила способна превратить энергию в вещество? И какие существа могут жить спокойно в средоточии чистой энергии?
Впервые Грэйт почувствовал, что, возможно, ему не следовало сюда приходить — по крайней мере, не сейчас. Он ещё не достиг легендарного уровня, даже не приблизился к нему, а уже оказался здесь… Слишком рано.
Сможет ли он выжить без защиты старейшины? Или хотя бы без специально созданного для него защитного кокона?
Но сожалеть было поздно. Он следовал за старейшиной Батистой всё выше и выше. Воздух вокруг сначала бушевал, потом стал мягче, но они так и не покинули тропосферу, не говоря уж о более высоких слоях.
Неожиданно они влетели в реку света.
Она была невесомой, прозрачной, переливчатой. Грэйт поднял голову: впереди летел старый серебряный дракон, и его чистые чешуи отражали все цвета радуги, непрестанно меняясь.
Грэйт осторожно вытянул руку — на коже и ногтях заиграли те же зыбкие отблески: то голубоватые, то сиреневые, то тонко‑алые, мгновенно вспыхивающие и исчезающие.
Что это? Северное сияние? Или солнечные лучи, преломлённые в облаках? А может, проявление какой‑то магической силы?
Он попробовал зачерпнуть свет ладонью — пальцы прошли сквозь него, не ощутив ни веса, ни тепла. Даже когда он сосредоточил духовное восприятие, не почувствовал ничего.
Пока он размышлял, тело вдруг резко дёрнулось вверх, будто его подхватили невидимые руки. Заклинание полёта пошло наперекосяк: его мотало из стороны в сторону.
— Грэйт! — донёсся встревоженный голос.
Он обернулся и увидел Сайрилу: она отчаянно била крыльями, но движения её были неровны, траектория — сбивчива.
— Сайрила! Ты в порядке?
— Два маленьких непоседы, не отвлекайтесь, — обернулся старейшина Батиста. — Впервые здесь — прислушайтесь к ощущениям. Это пойдёт вам на пользу.
Раз старейшина рядом, значит, опасности нет — по крайней мере, смертельной. Грэйт немного успокоился и поднял взгляд.
Он понял, что они плывут в реке света, несомой к безбрежному морю сияния.
У самого края этого моря колыхались тысячи тонких потоков, словно щупальца медузы. В одних поднимались другие драконы, в других мелькали птицы, втянутые течением; а где‑то потоки касались метеоров, и те беззвучно рассыпались в пыль.
— Что это?.. — вырвалось у него.
Может, направляющие лучи с небесного корабля? Или сеть лазерной защиты? А может, оружие, принцип которого ему неведом?
Он огляделся, но не понял сути. Попробовал сотворить огненный шар — световая река не дрогнула. Ледяной луч — тоже без эффекта. Электрический разряд будто чуть‑чуть возмутил потоки… или показалось?
Может, попробовать магнитное поле? Пустить молнию по заданной траектории, чтобы линии силы рассекли свет?
Грэйт осторожно вызвал крошечный шарик электричества. Тонкая искра обвила палец — и вдруг свет вокруг вскипел, подняв ослепительный вал, который едва не сбросил его с курса.
Поток подхватил его и швырнул прямо на спину старого серебряного дракона.
— Наблюдай — и не спеши экспериментировать! — рявкнул Батиста. — Хочешь ставить опыты — дождись, пока доберёмся наверх!
Грэйт послушно замолк. Не успел он толком осмотреться, как их уже вынесло в само море света.
Навстречу всплыла лёгкая серебристая дымка и мягко окутала их, неся вперёд.
Через мгновение перед ними выросло здание, сотканное из сияния и тумана.
Грэйт последовал за старейшиной внутрь. Пол под ногами казался прочным, не проваливался, хотя и был соткан из света. Он попробовал коснуться его рукой — пальцы прошли сквозь, словно зачерпнули пригоршню радужного сияния, не имеющего ни веса, ни тепла.
Вокруг струились переливы, образуя стены, что надёжно скрывали всё за пределами зала. Где‑то в глубине, казалось, двигались драконы, но пространство было столь обширным и извилистым, что разглядеть их было невозможно.
Старейшина Батиста поднял голову и протянул долгий зов.
Из глубины храма вылетели две серебряные драконицы. Увидев их, они удивлённо воскликнули:
— Сайрила, Грэйт! И вы здесь? — потом обратились к старейшине: — Старейшина, эти малыши не успели ли натворить бед, что вы их привели?
