Герцог Реймер был уверен: с его рангом и скоростью он непременно окажется первым, кто войдёт в зал реанимации — если только сам того пожелает.
Однако действительность нанесла ему неожиданный удар. Стоило ему сделать шаг, как за спиной пронеслась вихревая струя, и в дверь, не терпя ни секунды промедления, влетела фигура в белом. На бегу она выкрикнула:
— Я тоже целитель! Чем могу помочь?
— Назад! К стене! Осторожно, инфекция! — раздался изнутри резкий окрик.
Смущённая сестра Света прижалась к стене, настороженно прислушиваясь к голосам у операционного стола. Главный врач спрашивал:
— Заклинание «Исцеление смертельных ран» знаешь? Сколько можешь наложить?
— Знаю! Два! Ещё пять «Исцелений тяжёлых ран» смогу!
— Только «Исцеление смертельных ран»! Накладывай!
— Ещё раз!
— Ещё!
— Всё, выйди!
Вот так — использовали и сразу выставили за дверь? Два «Исцеления смертельных ран» — и больше не нужна?
Герцог Реймер невольно усмехнулся. Он видел, как сестра Света, побледнев от усталости, с трудом вышла из палаты, пот заливает лицо, шаги нетвёрдые. Её тут же сменил другой служитель:
— Я принимаю! Смогу пять раз!
— Хорошо! По моей команде! — «Исцеление!» — «Ещё!» — «Ещё!»
Благодаря неожиданной подмоге больная продержалась чуть дольше.
И вот по коридору загрохотали торопливые шаги — два мага катили странный, громыхающий предмет, похожий то ли на башню, то ли на шкаф на колёсах.
— Дорогу! Маг Нордмарк прибыл!
Что, уже прибыл?
Герцог Реймер отступил в сторону. Мимо него промчалось устройство, потрескивающее и искрящееся, и из него донёсся голос:
— Не суетитесь. Что происходит?
— Родильница истекает кровью! — девушка у стола торопливо докладывала: — Мы сделали экстренное кесарево, ребёнка извлекли, но матка не сокращается, пришлось вручную отделять плаценту. На середине процедуры сердце остановилось! Мы всё это время проводим массаж, но состояние ухудшается…
Так это — дальняя связь? Неужели Магический совет уже довёл дистанционную связь до такого уровня, что можно говорить через тысячи ли?
Нет, не просто голос — на верхней панели вспыхнуло изображение человека.
— Продолжайте компрессию, не останавливайтесь. Поверните пациентку к световому экрану, я должен видеть её состояние.
Герцог Реймер обратился в струю чёрного дыма и скользнул в реанимацию, устроившись у стены. Но едва коснулся пола — взмыл обратно, зависнув в дюйме над плиткой.
Вот это да…
Кровь уже добралась до его ног!
С операционного стола, из‑под тела роженицы, хлынул поток, похожий на алый водопад. Целители, окружившие её, стояли прямо в кровавой луже — каждый шаг отзывался влажным плеском.
У женщины раскинуты руки, и у локтей тянулись вверх две тонкие, зеленоватые, почти прозрачные трубки. По ним густо струилась кровь, окрашивая стенки почти в чёрный.
На тележке рядом громоздились пустые мешки — целая гора. У тележки дежурил отдельный целитель: он ловко снимал из корзины, прилетавшей по проволоке, новые пакеты, присоединял их к трубкам, а использованные аккуратно складывал в стопку.
Сколько же крови уже ушло?
И всё равно мало. Может, дело не только в потере крови — но всё равно недостаточно. Герцог Реймер даже не стал втягивать запах — и так чувствовал: дыхание женщины слабеет, медленно, но неотвратимо угасает. Без непрерывных заклинаний она бы уже умерла.
Стоит ли продолжать? Какой ценой?
Он наблюдал с живым интересом. Простая, измождённая беднячка, тело иссушено годами труда, ни намёка на выдающиеся способности — это чувствовалось даже по запаху крови.
А между тем на неё обрушивают чары, стоимость которых по обычным расценкам она не отработает и за десять жизней.
И всё же — они пытаются спасти. Маг Нордмарк и его «команда» — так, кажется, называлось в их трактатах — делали всё возможное.
— Давление слишком низкое, — голос Нордмарка звучал из светового экрана. — Как с оксигенацией тканей? Посмотрите губы, ногти, кожу — есть цианоз? Есть? Проклятье!
Он выругался, и речь его стала стремительней. Герцог Реймер не понимал всех слов, но смысл уловил: положение критическое, почти безнадёжное.
— Свертывание? Проверить коагуляцию!
Один из целителей нырнул под стол, почти лег под пациентку. Через мгновение оттуда донёсся сдавленный, дрожащий голос:
— Кровь не сворачивается! Она всё ещё течёт, без остановки!
Нордмарк снова пробормотал ругательство, затем резко повысил голос:
— Переливание! Ускорить! Открыть венозные линии — двух мало, подключить все четыре конечности и центральную вену! Быстро!
— Давление! Под давлением! Я же учил вас! Не выходит — прогоняйте вручную! Жрецы Природы, оставьте управление, держите прочность каналов!
— Проверить дыхательный аппарат! Держать дыхательные пути открытыми, подать максимум кислорода!
— «Воодушевление» — на всё тело, не только на сердце! И «Успокоение» — на лёгкие, у неё, вероятно, спазм сосудов и бронхов!
— Кровь! Ещё кровь! Подготовьте… — Герцог Реймер отчётливо увидел, как Нордмарк сжал зубы и произнёс ошеломляющее число: — Шестьдесят тысяч миллилитров!
— Шестьдесят тысяч?!
— У нас столько доноров нет!
— Зовите людей! Быстро!
В помещении поднялся гул.
Грэйт почувствовал, как сердце уходит в пятки: кесарево, внезапная остановка сердца, падение давления, одышка, гипоксия, цианоз, нарушение свёртываемости — всё вместе означало одно.
Самый страшный кошмар акушеров, встречающийся раз на десятки тысяч родов.
Амниотическая эмболия.
Как это лечить? Даже будь он на месте, шансов почти нет — а уж на расстоянии, через магический экран…
И вдруг перед световым полем мелькнула тень, и чей‑то голос прозвучал с лёгкой насмешкой:
— Эй, маг Нордмарк, ты собираешься перелить ей столько крови? Может, я помогу? Мы, кровавый род, лучше всех разбираемся в свежей крови!
