Великий герцог Реймер был вне себя от восторга.
Кровь — её состав, процесс свёртывания, функции — всё это он когда‑то мельком видел в трактатах из Чёрного леса, но тогда лишь поверхностно сравнил с собственными особенностями и не придал значения. Теперь же, оказавшись на Острове Драконов, он получил доступ к самым свежим знаниям и, главное, возможность ставить опыты собственными руками — даже использовать для этого собственную кровь.
Он извлекал из тела обычную кровь, что течёт в жилах, и истинную, хранящуюся в глубинах рода, делал мазки, рассматривал их под микроскопом, проводил всевозможные опыты, чтобы понять, как устроена его сила. И вдруг осознал: многое, что прежде оставалось тайной даже для кровных, теперь стало ему ясно. С этим знанием он почувствовал, что овладел своей мощью глубже, а поглощать энергию стал легче и полнее.
Особенно поразило его открытие о свёртывании и растворении тромбов: разрушая белковый «каркас», можно заставить застывшие клетки вновь течь вместе с кровью. Поняв это, он сумел изменить заклинание растворения тромбов — оно требовало меньше силы и действовало точнее. А когда Реймер наконец выстроил полный магический контур, осознав то, чего прежде не понимал, — ощутил, как издалека к нему устремилась мощь, теплее живой крови, ближе, чем сила прародителя, и влилась в тело.
Сила, которую он годами не мог продвинуть ни на шаг, вдруг выросла!
Учёба, исследование, творчество — всё то, над чем кровные веками насмехались, считая уделом людей‑магов, оказалось действенным. Если это работает, значит, стоит идти дальше.
Реймер передал в башню магов новый магический контур и получил за него три тысячи исследовательских очков — и тут же потерял три с половиной. Электронный микроскоп, хоть и не был полностью выведен из строя, требовал ремонта на две с половиной тысячи очков. А стеклянный купол, изготовленный алхимиком восемнадцатого ранга, стоил ещё тысячу: материалы, расчёт кривизны линз, подбор сплавов — всё это требовало высочайшего мастерства.
Если герцог хотел «загорать при луне» — а иной раз и под солнцем, принимая его за луну, — без такого купола было не обойтись. И то лишь потому, что он сотрудничал с магом Нордмарком и участвовал в лечебных опытах; закажи он купол отдельно, неизвестно, взялся бы кто‑нибудь вообще.
Но Реймер не жаловался на цену и не сокрушался о потерях. Получив новое задание — «изучить строение сосудов и попытаться решить проблему кальцификации» — он с воодушевлением отправился работать.
Его «лунный дом» перенесли за город, на пустошь, не ближе километра от любого жилья и лабораторий с животными. После того, как из‑за одного его прорыва вся башня магов едва не эвакуировалась, Грэйт больше не желал повторения подобного. Сайрила всё ещё спала на вершине башни — и не каждый раз можно рассчитывать, что сестра Филби спасёт всех.
Теперь правило было жёстким: хочешь продвинуться — впитывай энергию, но делай это в лунном доме, не ближе километра!
Реймер не возражал против переезда. А Грэйт тем временем собрал помощников, чтобы испытать новое заклинание.
— Какова область действия? — уточнял он. — Можно ли сузить её до минимума — скажем, полмиллиметра в диаметре и три миллиметра в длину?
— А максимум? Сможет ли охватить сердце кролика? Всего кролика? А целую свинью? Уничтожит ли все микротромбы разом?
— Как производится наведение? Есть ли способы, кроме ментального? Можно ли записать заклинание на свиток, сделать из него лечебный прибор — чтобы при инфаркте или инсульте просто нажать кнопку?
— Не нарушит ли растворение тромбов свёртываемость крови?
— Сопротивляются ли этому заклинанию магические звери?
— При одинаковой силе воздействия и одинаковом размере тромба результат у существ разных уровней будет тем же?
Верхние этажи только отдавали распоряжения, а внизу все сбивались с ног. К тому же Грэйт проверял не одно направление, а сразу десяток. Жрецы Природы, некроманты и целители‑конъюраторы метались между клетками и лабораториями: выращивали животных, брали кровь, делали инъекции, успокаивали подопытных, а порой и вскрывали их.
— Живее, друзья, живее! — подбадривал Грэйт, сам работая на передовой. — Если мы доведём это лечебное заклинание до совершенства, больных с инфарктом или инсультом можно будет исцелять одним взмахом! Разве это не благо? За добро мир всегда воздаёт добром!
Инфаркт больше не потребует долгого растворения тромбов, ожидания в катетеризационной, десяти‑, пятнадцати‑, двадцатиминутных задержек — спасительное заклинание можно будет наложить за минуту. С инсультом — ещё лучше: мгновенно восстановить кровоток, вернуть питание клеткам мозга, выиграть драгоценное время.
Больше не придётся смотреть, как человек умирает, не дождавшись помощи, или остаётся парализованным, немым, прикованным к постели. Говорили, что некоторые маги после инсульта теряли контроль над силой и просто взрывались… Сколько жизней можно будет спасти, скольких трагедий избежать!
Воодушевлённые мечтой Грэйта, маги и жрецы Природы трудились без устали, совершенствуя созданный кровным герцогом контур. Если подтвердится, что заклинание не нарушает свёртываемость, тогда при любом тромбозе — сердечном, мозговом, лёгочном, венозном — достаточно будет одного импульса, чтобы очистить сосуды.
Тогда центры лечения инфарктов и инсультов опустеют, больных станет в разы меньше. Не нужно будет везти их в госпиталь — достаточно, чтобы целитель подошёл и применил заклинание, а то и просто использовал домашний свиток.
Маги не знали, какие далекие планы вынашивает Грэйт, и лишь усердно трудились. Неожиданно эта суета принесла башне неожиданный бонус — все заметили, что питание улучшилось.
— В последнее время в башне кормят лучше, — заметил кто‑то.
— Ага, мяса магических зверей стало больше, — отозвался другой, довольно рыгнув. — Хоть мы и не воины, но от такого мяса телу только польза.
— Главное, чтобы звери были вкусные, — вмешался третий. — Водяные зайцы, снежные овцы, синепятнистые золотые угри — вот это да! А вот мясо ледяного тигра… брр, есть невозможно!
— Так отдайте невкусных бойцам, — рассмеялся кто‑то. — Тем, что ловят нам зверей, хоть тем же ледяным великанам. Они‑то не привередничают!
