«Молодым покинул отчий край, седым вернулся — речь всё та же».
Грэйт, впрочем, не мог сказать, что «молодым ушёл из дома»: когда он покидал Нивис и отправлялся на Новый Континент, ему было уже за двадцать — по меркам прежнего мира, аспирантуру бы как раз окончил.
И «седым вернулся» — тоже не про него: возраст, с которым он теперь возвращался в Нивис, в прежней жизни позволил бы ему претендовать на звание «выдающегося молодого учёного».
А если вспомнить, что он — архимаг восемнадцатого уровня, то, пожалуй, и этого звания было бы мало: даже «учёный Янцзы» показался бы ему скромным титулом. Сравни будь этот мир с прежним, то, пожалуй, стоило бы говорить о лауреате Нобелевской премии.
Но больше всего зависти и досады вызывало то, что у Грэйта не было и намёка на седину.
Когда дирижабль пришвартовался, встречать его вышли Орол Уоттон, Линн, маг Норвуд и другие давние сподвижники. Они увидели, как по трапу спускается человек — и застыли.
— Ты совсем не изменился?! — Орол распахнул глаза, в голосе звучала смесь изумления и зависти.
Прошло больше десяти лет. Сам он, некогда юноша чуть за двадцать, теперь был крепким мужчиной за сорок. Если бы не то, что высокоуровневые маги стареют медленнее, его уже можно было бы считать средних лет. Даже так талия заметно округлилась, а волосы на макушке поредели — лысина подступала неумолимо. Золотистые пряди и ясные глаза юного мага сменились обликом солидного дяди.
А Грэйт?
Он выглядел всё тем же молодым человеком, каким уходил. На лице с лёгкими округлостями щёк всё ещё теплился юношеский оттенок. Ни черты, ни фигуры, ни густоты волос время не тронуло — словно годы прошли мимо него.
— Хе-хе… хе-хе-хе… — Грэйт отвёл взгляд, делая вид, что не замечает упрёка в глазах Орола.
Он оглядел остальных. Линн, к счастью, не располнел и, будучи магом высокого уровня, выглядел лишь немного старше — лет на пять-шесть. А вот господин Норвуд, маг превращений, уже при их первой встрече был за сорок, теперь же стал настоящим старичком.
Зато старичок этот был довольный и упитанный: жизнь шла ладно, исследования приносили радость, и лицо его светилось добродушием и покоем.
Что до старого Моргана, которого когда-то прислали из храма Владыки Битв лечить искривление позвоночника и который в итоге стал учеником Грэйта, — тот, напротив, помолодел. Если раньше он выглядел на шестьдесят пять, то теперь — самое большее на шестьдесят.
Вывод напрашивался сам собой: всё дело в скорости продвижения!
Кто растёт в силе быстро, того и мир любит, и тело очищается дарами мира быстрее, чем течёт время. Так и сохраняется юность.
Разумеется, вслух такое говорить нельзя — Орол бы обиделся, и дружбе пришёл бы конец. Поэтому Грэйт лишь улыбнулся и нашёл безобидное оправдание:
— Наверное… потому что у меня наполовину эльфийская кровь?
— … — Орол дёрнул щекой, моргнул, сжал кулак, потом разжал, снова сжал.
Грэйт не выдержал, рассмеялся и шагнул вперёд, крепко обняв его:
— Сколько лет прошло! Рад тебя видеть, друг.
За эти годы на груди Орола серебряная звезда мага сменилась тремя золотыми — он стал магом тринадцатого уровня, продвигаясь в среднем на ступень каждые два года.
Условия у него были исключительные: он управлял башней Грэйта, имел неограниченные ресурсы для экспериментов, советы архимага Карлейла и других мастеров из Громового Рога, а также доступ к самым передовым направлениям исследований.
Даже при всём этом его темп был впечатляющим — неудивительно, что когда-то архимаг Карлейл взял его в ученики. Ведь Карлейл, прежде чем Грэйт стал его преемником, был самым молодым учеником Владыки Грома, и учеников он принимал лишь по одному мерилу: «пусть не достигнет легенды, но хотя бы станет полушагом от неё».
Так что если при такой скорости он всё же располнел и начал лысеть — тут уж дело не в магии, а в привычках и наследственности.
Орол глубоко вдохнул и крепко обнял Грэйта в ответ. После этого Грэйт повернулся к Линну, распахнул руки:
— Линн, брат мой!
Линн продвинулся ещё дальше — уже пятнадцатый уровень!
Грэйт за эти годы поручал школе некромантии множество задач, и Линн, вернувшись с Нового Континента, работал с отчаянным усердием, словно подгоняемый невидимой угрозой. Он преодолел пропасть между восьмым и девятым кругами, и теперь, стоило лишь овладеть заклинанием девятого круга, мог начать штурм легендарного уровня.
Грэйт сиял, как солнце, обнял друга, не обращая внимания на резкий запах формалина, и только посетовал:
— Линн, да ты же совсем исхудал! У тебя хоть сто двадцать фунтов осталось? Или сто десять? Неужели и того нет? Брат, даже если ты некромант, питаться всё равно нужно!
— Лучше следи за собой! — Линн взъерошил ему волосы и, миновав его, протянул руку Сайриле и остальным.
Он невольно подумал: Маленький Грэйт вернулся с целой свитой — легендарной эльфийкой, древом-легендой, несколькими полулегендарными спутниками… А я всё ещё отстаю. Даже громила Бернард уже достиг полушага до легенды. Надо прибавить темп!
Кстати, того вампира-полулегенду, пожалуй, стоит поселить в башне. Усилить защиту…
Грэйт, которого Линн мягко оттолкнул, сделал шаг вперёд и остановился перед господином Норвудом. Этот невысокий маг когда-то застрял на третьем уровне на два десятилетия, но теперь добился поразительных успехов.
Благодаря обильным ресурсам и помощникам, особенно в области каучука, он достиг выдающихся результатов и получил мощный отклик от мира. Перед Грэйтом стоял уже архимаг четырнадцатого уровня — на ступень выше Орола. И исходящая от него энергия ясно говорила: ещё немного усилий — и он перейдёт порог пятнадцатого уровня.
— Господин Норвуд! — Грэйт расплылся в улыбке и раскрыл объятия. — Рад видеть вас! А ещё рад видеть ваши успехи! Все эти годы вы несли на себе заботы о башне магов — благодарю вас. Если есть какие-то нужды, говорите прямо! Хотите стать учеником легендарного Лангера — устрою! Всё решим!
