— Реймер, слышал, ты в больнице крыс ешь?
— Реймер, говорят, ты докатился до того, что питаешься крысами?
— Позор! Благородный кровосос, а жрёт крыс… Так делают только самые низшие — изгнанные, лишённые хозяина кровавые рабы.
— А может, не всё так однозначно? Вспомни семью Нофиллеров — тех мерзких тварей, что живут в склепах и сточных каналах, уродливых, искривлённых, вонючих…
— Ты опозорил славу дома Реймеров! Тебя следует лишить титула великого герцога, выкачать истинную кровь и изгнать из рода!
— Реймер, Реймер, крысожор Реймер…
— А-а-а! — Великий герцог Реймер вскрикнул и резко сел.
Проклятье, опять этот кошмар. Опять тот же самый.
Надо скорее добиться результата! Иначе, когда слух о моих крысах дойдёт до Чёрного леса, князь рода… даже страшно представить, как он взбесится!
Он глубоко вдохнул, привёл мысли в порядок и вновь принялся за дело.
Хруст, хруст, хруст…
Один крысинный сосуд, второй, десятый…
Сначала он нервничал, казалось, будто каждый взгляд насмешлив, будто за спиной перешёптываются. Но к десятому дню Реймер махнул рукой:
Я ем крыс — и что с того?
Да, ем крыс!
Я не нищий, не загнанный врагами, не обречённый на голод. Я делаю это ради науки! Ради продвижения! Чем глубже я понимаю неизведанное, чем больше создаю сам, тем ближе становлюсь к следующей ступени — своей собственной силой!
Победителей не осуждают. Легенд не высмеивают. Когда я стану легендой, кому будет дело, достиг я этого, поедая крыс, или тараканов?
К тому же я ем не уличных тварей, а лабораторных — специально выведенных с сосудистыми кальцификациями, чистейших, выращенных в клетках, чище любого человека!
Одна такая крыса, если не считать труда, стоит не меньше десяти золотых.
Другие бы и рады попробовать, да не по карману!
Реймер гордо вскинул голову.
Он вновь протянул руку к аккуратному клубку сосудов, похожему на тонкие лозы. На этот раз из кончиков пальцев хлынул густой кровавый свет, окутал сеть и проник внутрь.
Сосуды зашевелились, и один из них стал расслаиваться — наружная стенка, мышечный слой, внутренняя оболочка — всё расходилось, словно рвущаяся бумага.
Между слоями показался твёрдый, будто каменный налёт. Кровавое сияние пропитало его, и тот беззвучно растаял.
Когда свет угас, сосуд вновь сомкнулся, стал мягче, без прежней зернистости.
— Наконец-то первый шаг… — Реймер выдохнул с облегчением. — Эти кальцификаты в сосудах теперь можно растворить. Но до того, чтобы делать это, не вскрывая сосуд, ещё далеко. Слишком тонкая работа, слишком тонкий контроль заклинания…
Пока великий герцог корпел над опытом, его подчинённые тоже не сидели без дела. Некроманты, целители и жрецы Природы день за днём выращивали крыс, препарировали их до головокружения, до отчаяния, и каждый искал способ облегчить себе муку.
— Я больше не могу! — некромант Янис Зеллер со злостью вонзил скальпель. Резал, резал, снова резал, вырезая по результатам спирального «Обнаружения магии» все кальцинированные участки сосудов.
Маленькая крыса, а таких за день нужно десяток-другой. Глаза рябят, руки дрожат, а магию применять нельзя!
Точнее, можно — только чтобы «рукой мага» держать инструмент и крючки под ослепительным светом лампы, вычищая сосудики толщиной в миллиметр, длиной в пару сантиметров.
Работы — больше, чем в шутке архимага Нордмарка: «Сначала нарежь десять фунтов постного мяса, потом десять фунтов жирного, потом десять фунтов хрящей». Только вот шутки он в ней так и не находил.
Если бы он был мясником, три десятка фунтов мяса в день — не беда. Но десятки крыс ежедневно… когда же это кончится?
— Да сколько можно! Если он год не справится, я что, год буду крыс резать? А если всю жизнь не справится — мне всю жизнь их потрошить?!
— Вряд ли, — мимо прошла жрица Природы мисс Джонис, направляясь к грядке с табаком. Она нахмурилась, но, видя страдания коллеги, не удержалась от колкости:
— Он — кровосос, ты — человек. Он — великий герцог, почти легенда, ты — всего лишь пятый уровень. Он проживёт тысячу лет, а ты, если не продвинешься, — от силы сто. Так что если он будет исследовать всю жизнь, тебе придётся резать крыс не одну, а десять жизней подряд.
— Джонис… я ведь вроде тебя ничем не обидел, да? — простонал Янис.
Жрица улыбнулась и, легко ступая, удалилась:
— Есть ведь и другой путь. Попробуй сам. Архимаг Нордмарк требует не имени изобретателя, а самого метода — как устранить кальцификацию и вернуть сосудам эластичность. Если ты найдёшь решение, больше не придётся резать крыс.
Янис замер.
А ведь верно!
— Джонис, ты — мой сладкий ангел! — Он вскочил. — Жди, я сейчас начну исследования!
— Погоди! Остынь, Янис! — два некроманта и чародей‑целитель кинулись к нему, выпустив с десяток «рук мага», чтобы удержать. — Великий герцог — это великий герцог! А ты — ты! Если полулегенда не справился, с чего ты решил, что сможешь? У нас и так дел невпроворот, не гробь себя!
— Не мешайте! — Янис вырвался, рассеяв заклинания «Развеяние магии». — Всё равно сдохну — так хоть выберу, от чего! От крыс или от науки — какая разница! Но крыс я резать не брошу, обещаю!
Он с головой ушёл в работу. Отрезал часть сосудов от своей дневной нормы и начал эксперименты.
— Посмотрим, что это за кальцификаты такие…
Он изучал их под микроскопом и под магическим микроскопом, взвешивал, измерял плотность, вымачивал в реагентах, проверял физические и химические свойства. Исследовательские очки таяли на глазах. Некоторую часть опытов, в которых не был силён, он вынужден был поручать другим.
— Брат, помоги определить химический состав этой штуки. Переведу тебе сто очков исследований, ладно? Ну двести! Больше не могу, совсем пусто…
— Двести — мало, — нахмурился алхимик‑трансмутационист. — На одни реагенты не хватит. Анализ состава — дело дорогое: можно влить тысячи очков, а толку ноль. Пятьсот — и по рукам, ради коллеги.
— Пятьсот?! У меня нет! Разве что добавлю двести очков вклада…
Очки вклада ценились меньше исследовательских: за них на Драконьем острове ничего стоящего не купишь. Алхимик покачал головой:
— Так сделаем: беру двести сейчас, триста в долг. Если ничего не выйдет — считай, простил. Если получится — вернёшь восемьсот, округлим.
Грабёж, но деваться некуда. Янис согласился, стиснув зубы.
Алхимик возился два дня, трижды просил новые образцы и наконец радостно принёс результат:
— Я всё думал, что за знакомая структура… Да это же кость! Самая обычная кость, один в один!
Янис остолбенел.
Как же он сам не заметил?!
Он, некромант, с костями возится с первого дня учёбы! Должен был почувствовать сразу!
Он бросился обратно, препарировал ещё пару крыс, вынул кальцификаты и растёр их пальцами. И на ощупь, и под микроскопом, и по отклику заклинания «Каменная кость» — всё подтверждало: это кость. Точнее, вещество, полностью идентичное костной ткани.
А значит, заклинания, действующие на кости, подойдут и здесь!
Вот оно!
Янис Зеллер задрожал от восторга, а стоящие рядом скелеты‑помощники заскрипели в унисон.
Работа с костями — стихия некромантов! Укрепить, изменить, разрушить — всё им по плечу.
Да, эти «кости» спрятаны глубоко в сосудах, но суть та же.
А сосуды… что ж, и с ними некроманты знакомы не хуже.
Пошло дело!
Вот теперь — по‑настоящему пошло!
Стоит лишь сделать так, потом вот так, и ещё вот так… и заклинание готово! То, чего не смог великий герцог‑кровосос, сделаю я!
Сердце Яниса сияло радостью.
А вот настроение великого герцога Реймера стремительно темнело.
— Что?! Кто‑то уже сделал это раньше?! — Он впился взглядом в Грэйта, будто хотел прожечь дыру и увидеть виновника. — Обогнал меня? Значит, всё, что я делал до сих пор… впустую?!
Так я зря съел столько крыс?!
