— Что? Чтобы я стал ветеринаром? — Грэйт даже не успел подумать — первое, что вырвалось: — Ни за что!
Шутите? С тех пор как я очутился в этом мире, кем только ни побывал: начинал как хирург‑травматолог, потом стал рентгенологом, санитарным инспектором, акушером, ортопедом, специалистом по интервенционной медицине, занимался разработкой вакцин и лекарств…
Пусть и метался между десятками направлений, но всё это было ради людей — облегчать боль, спасать жизни. А теперь — ветеринар?
Лечить буйволов от чумы или защищать их от какой‑то «девушки‑эпидемии»?
Никогда! Лучше уж умереть в лаборатории, возясь с бычьими эпителиальными клетками, чем заниматься подобным.
— Сайрила, попробуем ещё раз. Я накладываю заклинание «Эпидемия», ты — исцеляющее. Посмотрим, удастся ли заставить вирус коровьей оспы размножаться быстрее. Три, два, один!
Белый и чёрный лучи вспыхнули одновременно. На коже буйвола, где только‑только начали проступать редкие пузырьки, всё вдруг… зажило, разгладилось, исчезло.
— Э‑э… — Сайрила надула губы. Грэйт почесал затылок:
— Похоже, исцеляющее заклинание оказалось слишком сильным. Ещё раз!
Попытка повторилась. Пузырьки расползлись чуть шире, но всё равно не соответствовали силе эпидемии. Очевидно, заставить вирус распространяться естественным образом в эпителии пока не удавалось.
Грэйт тяжело вздохнул. Вспомнил, сколько хлопот стоило добраться до племени буйволов, и как опасно, если болезнь окажется зоонозом. Наконец решился:
раз не выходит на живом животном — будем растить вирус в чашке Петри!
— Сайрила, ещё раз! Три, два, один!
В чашке лежал крошечный кусочек мягкой кожи, срезанный с живота коровы, усеянный пузырьками. Он был измельчён, погружён в питательную среду и под действием ускоряющего заклинания… великолепно протух.
— У‑у… опять не вышло? Значит, только кожа, растущая на живом теле, способна поддерживать вирус? — Сайрила закрыла лицо ладонями.
Грэйт молча сотворил «Очистку», перелил зловонную массу в мусорный контейнер и приготовился позже сжечь. Сайрила, поколебавшись, взглянула на него:
— Может, написать Линну? Всё‑таки некроманты умеют выращивать заражённую плоть.
Они ведь способны оживлять даже мёртвое мясо — всякие сшитые твари, зомби, гнойные наросты… Сайрила, хоть и брезговала подобными исследованиями, слышала о них.
К счастью, Линн этим не увлекался: в его башне никогда не водились мерзкие создания, только чистенький золотой скелет — забавный и безобидный. Но, пожалуй, он всё же разбирается в теме.
— Хм… — Грэйт задумался. — Линн больше работает с костями и энергией, а не с плотью. Он сам говорил: «Кто копается в мясе, тот обычно одержим идеей воскресить кого‑то».
С вопросами эпидемий Грэйт уже перелопатил гору расчётов, прежде чем получил хоть какие‑то ответы. А вот лабораторных навыков по выращиванию тканей у него не было — одними догадками тут не обойтись.
Как с бактериями: инструкция одна, но у одного всё растёт пышно, у другого — всё дохнет, у третьего — сплошные посторонние колонии.
— Думаю, попробуем ещё…
— Может, всё‑таки съездим к буйволам? — неуверенно предложила Сайрила. — Лечить их на месте, может, проще? Если совсем плохо — сожжём очаг, прольём дезинфекцией… найдём способ.
Грэйт не горел желанием. Но в лаборатории дело зашло в тупик: ни на бактериях, ни на живых клетках вирус не размножался.
Создать ослабленную вакцину из человеческой оспы — путь долгий, не для полевых условий. Да и не сварганишь её в глуши, имея под рукой пару зверушек.
Тем временем племена одно за другим присылали просьбы. Сначала гонцы, потом ученик верховного жреца буйволов, а вскоре и сами великие шаманы буйволов и леопардов прибыли лично:
— Прошу вас, почтенный Владыка Чумы, взгляните! Стада гибнут, мы больше не можем ждать. Девушка‑эпидемия, даже не убивая людей, черпает силу из гибели других существ!
Грэйт устало провёл ладонью по лбу, вздохнул, снова повторил то же движение. Подумал о застрявших экспериментах и о возможных болезнях — ящур, сибирская язва, бруцеллёз, а то и губчатая энцефалопатия. Любая из них — беда.
— Были ли падежи? Сколько голов? Какие симптомы? Лихорадка? Кровотечения? Понос? Слюнотечение? И есть ли другие животные с теми же признаками?
От потока вопросов шаман леопардов смолк и опустил голову. Зато представитель буйволов, привыкший иметь дело со стадом, ответил подробно:
— Массовая гибель, особенно после нападения Девушки‑эпидемии. Те, кто встречает её лицом к лицу, умирают в течение полудня, редко доживают до следующего. Симптомы — жар, покраснение глаз, понос, отказ от корма.
Похоже, не губчатая энцефалопатия. Если бы она — оставалось бы только сжечь всё поголовье. Грэйт задумался:
— Можете привезти пару трупов для вскрытия?
Сайрила тихо дёрнула его за рукав. Грэйт покачал головой:
— Сначала нужно понять, с чем имеем дело. Если лечится — вылечим, если нет — мой приезд ничего не изменит.
К счастью, шаманы спешили. На третий день к лагерю примчались две магические бычьи твари, волоча на длинных шестах два трупа. Земля дрожала, клубилась пыль.
— Стойте! Не подходите! — крикнул Грэйт, заметив их издали. Он с Сайрилой поспешил навстречу и указал на носилки: — Сайрила, сними туши. Осторожно, не взорви, не подними пыль, не дай грязи попасть на себя… Отлично!
Сила драконов впечатляла. Простое «Левитация» в её руках превратилось в филигранное искусство: каждая туша, весом не меньше тонны, плавно поднялась и опустилась без единой пылинки.
Грэйт одобрительно кивнул, вызвал магическую хижину и накрыл ею трупы, затем достал две бочки дезинфекции:
— Стойте! Купание обязательно! Вы же тащили заражённые туши — мало ли что подцепили!
Бочка за бочкой — и обе магические бычьи твари были облиты раствором до последней шерстинки. Хорошо, что в Нивисе промышленность уже развита: Грэйт заранее запасся хлоркой.
Переодевшись в герметичный костюм и надев противогаз, он один вошёл в хижину.
— Сайрила, не входи!
— Эй! — возмутилась сереброволосая драконица. — Я не боюсь! Пусти!
В ответ Грэйт просто запечатал вход. Шутки плохи: иммунитет драконов силён, но не абсолютен, а Сайрила терпеть не могла защитные костюмы. Заразится — что тогда? Нет, всё сделает сам.
С «Защитой от холода и жары» ему хотя бы не грозило утонуть в собственном поту, как бывало в прошлой жизни.
Под светом безтеневой лампы он вскрывал тушу, бормоча:
— Внутренние органы кровоточат… серозные и слизистые оболочки, лёгкие, язык, подкожная клетчатка и мышцы усеяны кровоизлияниями… кал жидкий, с примесью слизи и крови… слизистая рта и копыта без особых изменений… не похоже на ящур…
Бруцеллёз? Сибирская язва? Он не знал. Грэйт был хирургом, не инфекционистом; даже у людей такие случаи требовали консилиума, а тут — буйволы.
Оставалось одно: испытанное средство.
— Попробуем вырастить бактерии.
Он взял пробы из органов, лёгких, мышц, кала. Расставил ряд чашек Петри — с кукурузным крахмалом, агаром, кровяным агаром, мясным экстрактом (грех, конечно, варить мясо ради мяса).
Сосредоточился, выровнял дыхание, опустил ладонь:
«Ускоренный рост бактерий»!
Поверхности чашек покрылись пёстрыми пятнами.
Грэйт помрачнел.
Готово — десяток видов минимум. Каждую колонию теперь нужно красить, смотреть под микроскопом…
Опять бессонная ночь.
Может, поручить работу маленькой змейке? Или молниеносному коту? Или Онекину?
Нет, глупости. Змейка спит, кот без рук, а Онекин к тонкой работе не приспособлен.
Он вздохнул и принялся за анализы сам. Хорошая новость — среди бактерий не было крупных капсулированных палочек, значит, не сибирская язва. Плохая — большинство штаммов он попросту не знал.
— Ладно, осталась последняя уловка.
Схватив чашки, он направился в стойло.
Один предполагаемый возбудитель — заразил быка заклинанием «Эпидемия» — не сработал. Второй — тоже мимо. Третий… заразил — и вот оно!
Жар, покраснение глаз, понос, шаткая походка — всё совпало.
Грэйт поспешно наложил «Излечение болезни». Эффект слабоват — может, из‑за массы животного? Тогда ещё одно!
Сработало.
Болезнь отступила, но возбудителя он так и не опознал.
Когда обернулся, шаманы племён — леопардов, буйволов, красных ястребов — стояли в ряд, заслоняя Сайрилу. Их глаза сияли, глядя на исцелённого быка:
— Почтенный Владыка Чумы, выходит, вы можете победить эту заразу?
Лечить поодиночке — да, но чтобы защитить целые стада, нужно время и опыты… Грэйт не успел ответить: две магические бычьи твари, облитые дезинфекцией, подошли ближе, мотая хвостами.
— Мууу…
В сознание хлынула волна боли, отчаяния и гнева. Из огромных глаз катились тяжёлые слёзы, падая на снег.
Грэйт сжал кулаки.
— Мы справимся! — сказал он твёрдо. — Я найду способ!
Профилактика, изоляция, лечение… а если не хватит сил — позову друзей. Помощников у него немало.
Девушка‑эпидемия!
Посмотрим, кто из нас настоящий Владыка Чумы!
