Она указала на какой‑то участок на чертеже и начала рассуждать,
— Думаю, освещение в обеденной зоне неудачное. Если перенести её туда, где больше света, атмосфера за столом станет приятнее, и ещё…
— Стоп, — не выдержала Цзи Миншу. Не будучи профессиональной актрисой, она всё же не смогла скрыть взгляда, в котором ясно читалось: «Ты что, с ума сошла?» — Это не обеденная зона, а музыкальная гостиная.
Выяснилось, что эта «сестрица» полдня уверенно размахивала руками и давала советы, даже не заметив, что держит чертежи вверх ногами. Поразительно.
После второго замечания лицо Янь Юэсин мгновенно потемнело. Она жестом велела оператору прекратить съёмку. Как только камера погасла, она бросила чертежи, и её сладкая улыбка в одно мгновение сменилась кислым выражением. Малозначительная актриса третьего эшелона внезапно приняла вид звезды первой величины:
— Дизайнер Цзи, прошу вас, перестаньте меня перебивать.
Затем она обернулась к помощнику режиссёра:
— Что это за невоспитанные, неотёсанные люди у вас в программе? Как вообще можно продолжать запись?
Цзи Миншу скрестила руки на груди, откинулась на спинку кресла и лениво посмотрела на неё. Прежде чем Фэн Янь и помощник режиссёра успели вмешаться, она холодно усмехнулась:
— Хорошо, не буду перебивать. Продолжай изображать знатока, неся вздор и демонстрируя свой деревенский вкус.
— Ты!..
— Советую помолчать, если не разбираешься, — спокойно продолжила Цзи Миншу. — Не хочешь сниматься, не снимайся. Только не воображай, будто без тебя мир рухнет. Понимаешь ли ты вообще, где находишься и с кем разговариваешь, когда так размахиваешь своим самомнением?
Главный режиссёр быстро узнал о ссоре. Молодые ассистенты, не привыкшие к подобным ситуациям, растерялись и спросили, не стоит ли развести этих двоих по разным группам. Но режиссёр лишь усмехнулся:
— Зачем? Я как раз переживал, что у этой команды нет изюминки. Идите, уладьте всё, только не дайте делу дойти до скандала.
Янь Юэсин ещё никогда не сталкивалась с такой дерзостью от какой‑то безвестной женщины! Она считалась главной фигурой своей группы, пусть и небольшой, но с преданными поклонниками. Привыкшая быть в центре внимания, за кулисами она обращалась с менее известными участницами как с прислугой, то насмешка, то колкость. Компания не вмешивалась, ведь именно она приносила прибыль. У кого больше фанатов, тот и «предок», которому все кланяются.
Янь Юэсин кипела от злости, но рядом находился Ли Чэ, и ей не хотелось слишком явно терять лицо. Под уговорами помощников режиссёра она с трудом довела интервью до конца.
Цзи Миншу тоже была раздражена. Она старалась держаться сдержанно, помня, что участвует в телешоу, и не желала выглядеть агрессивной. Даже её первые замечания звучали мягко, а во время перепалки она всё ещё сдерживала себя.
Когда съёмка закончилась, Ли Чэ подошёл побеседовать, но Цзи Миншу, так и не остудившая раздражение, отвечала холодно и отстранённо. Как и в прошлый раз, она первой вышла из лифта и села в машину, оставив за собой впечатление независимой и дерзкой женщины, не привыкшей угождать.
День съёмок оказался далеко не радостным.
Поздно вечером, когда они уже готовились ко сну, Цэн Сэнь, опершись на изголовье кровати, просматривал документы и между делом спросил о съёмках. Цзи Миншу, лежавшая рядом с маской на лице и телефоном в руках, приглушённо ответила:
— Плохо.
Цэн Сэнь хотел что‑то сказать, но в этот момент Цзи Миншу получила сообщение от режиссёра с извинениями и неожиданной новостью: их «таинственным гостем» станет невероятно популярный, почти звезда первого уровня, наследник звёздной семьи — Пэй Сиянь.
Цзи Миншу уставилась на три иероглифа «Пэй Сиянь» две секунды, а потом вдруг вскрикнула:
— А‑а‑а! Пэй Сиянь! Мой партнёр — Пэй Сиянь! У‑у‑у, Янь‑малыш, мама тебя обожает! Что за небесный подарок судьбы!
Цэн Сэнь молча посмотрел на неё. Он, разумеется, знал, что Пэй Сиянь — сын режиссёра Пэя и Су Чэна. Но не подозревал, что его жена, помимо сумок и бриллиантов, увлекается фанатством, да ещё по мальчику на семь‑восемь лет младше себя, который к тому же всё ещё несовершеннолетний.
Цзи Миншу, словно канарейка, выскочила из‑под одеяла, сорвала с лица маску за тысячу юаней и, дрожа от восторга, начала названивать Цзянь Чунь, своей «мамочке‑фанатке». Потом, стоя на коленях на кровати, двадцать минут без умолку тараторила:
— А‑а‑а, какая же божественная съёмочная группа! Вся моя злость за день испарилась! У‑у‑у, я ведь даже не посмотрела, кто спонсоры! Какой же щедрый покровитель пригласил моего самого милого, самого прекрасного малыша!
— Нет, та безвкусная дивочка обязательно прицепится к нему, чтобы пропиариться! Я не позволю, я должна защитить своего ребёнка!
Размахивая руками, Цзи Миншу в запале хлопнула ладонью по документам, которые держал Цзэн Сэнь, и те с тихим «пах» шлёпнулись ему прямо в лицо.
Покровитель: …
Моя королева, мои правила — Список глав
