Гу Кайян никогда не интересовалась чужими личными делами.
— Тогда позволь мне остаться у тебя на ночь. Ешь спокойно, я подожду внизу, в кофейне. Цзи Миншу ушла с мужем и прихватила мою карточку от двери!
— Не можешь попросить, чтобы она прислала её тебе? — удивилась Цзян Чунь.
— У тебя что, мозги залиты соусом от хотпота? Такой редкий шанс — проводить божество, а я должен подняться и помешать им? Даже если сегодня замёрзну под мостом, я не сделаю ни ползвонка Цзи Миншу!
— …
Вот так история.
В канун Рождества праздничное настроение в центре города было особенно ощутимо. Отовсюду звучали рождественские мелодии, на площадях и вдоль улиц сияли ёлки, большие и маленькие, каждая со своим убранством. На земле уже лежал тонкий слой снега, и, судя по небу, снегопад собирался продолжаться. Несмотря на праздник, к полуночи работали лишь японские и хотпот‑рестораны; лапшичные и шашлычные поблизости выглядели куда скромнее. Поскольку Цэнь Сэнь не любил японскую кухню, у супругов оставался единственный вариант – хотпот.
Ресторан оказался на редкость услужливым. Даже глубокой ночью официанты были бодры и приветливы, раздавали полотенца и рождественские колпаки, желая каждому «Счастливого Рождества».
Цзи Миншу ела мало, словно птичка. После обильного ужина она едва могла притронуться к еде, заказала наугад несколько овощей и передала планшет Цэнь Сэню. Тот тоже не стал заказывать много. Когда заказ был сделан, он вернул планшет официанту и бросил взгляд под стол, на её обнажённые ноги.
— Тебе не холодно?
— Всё в порядке.
Если бы она не могла вынести такую мелочь, как лёгкий холод, как бы могла называться светской красавицей? Вязаное платье и пальто, её обычный зимний наряд. Проблема была лишь в том, что, торопясь, она не успела сменить обувь: надела туфли на каблуках и выбежала. Теперь ноги действительно зябли.
Цэнь Сэнь уже собирался снять пальто, но вдруг рядом возник официант, будто из воздуха, с одеялом в руках и сияющей улыбкой:
— Госпожа, зимой нужно беречь тепло. Вот вам плед.
— О… спасибо.
Цзи Миншу была здесь впервые и приятно удивилась такой заботе. Она приняла плед с улыбкой. Цэнь Сэнь поднял глаза на официанта. Тот, не заметив его взгляда, безупречно осведомился:
— Господин, вам тоже принести?
— …Нет, благодарю.
Цэнь Сэнь подумал, что, должно быть, слишком давно не ел хотпот и не знал, что теперь даже в полу‑самообслуживании бывает такая внимательность.
Цзи Миншу за столом была требовательной, не мешала соусы, не наливала себе воду и никогда не чистила морепродукты сама. Но, несмотря на её прихотливость, Цэнь Сэню не довелось помочь ей ни разу, проворные официанты всё делали прежде, чем он успевал протянуть руку.
Уходя, Цзи Миншу похвалила обслуживание, заметив, что оно ничуть не уступает японским или французским ресторанам, где средний счёт достигает нескольких тысяч. Цэнь Сэнь промолчал, небрежно смял чек и безжалостно бросил его в урну. Официант, провожая их у двери, недоумевал: чем же остался недоволен этот мужчина? Ведь всё было безупречно, а на лице гостя ясно читалось — «никогда больше сюда не приду». Тяжела доля работников общепита.
Когда они закончили ужин, было уже очень поздно. Западные ворота торгового центра, через которые они вошли, закрылись; работал лишь лифт, ведущий вниз от кинотеатра. Подойдя к нему, Цэнь Сэнь вдруг спросил:
— Хочешь посмотреть фильм?
— А? Фильм? Ну… можно.
В душе Цзи Миншу вспыхнули розовые пузырьки радости, но снаружи она постаралась выглядеть равнодушной. В столь поздний час шёл только один фильм, романтическая драма, премьера которой состоялась сегодня. Сеансы шли с полуночи до шести утра. На первом, в полночь, зрителей было много, но к их показу в два часа зал опустел.
В кинозале царил полумрак, а сюжет развивался неторопливо. Убедившись, что вокруг никого нет, Цзи Миншу невольно комментировала происходящее. Когда герой заподозрил героиню в связи со вторым мужчиной, она не выдержала:
— Какая нелепость! Инвесторы, что, с ума посходили, во всё подряд деньги вкладывают? И этот ещё, у него мозги в мыльных пузырях? Девушка его любит, а он всё равно не верит. Дурак, редкий дурак.
Цэнь Сэнь промолчал, но внутренне согласился, действительно, редкий дурак.
Сегодня Цэнь Ян сказал ему много, и он слушал рассеянно, почти не вникая, но одну фразу запомнил отчётливо: «Сяо Шу любит тебя сейчас, но это не значит, что будет любить всегда».
Сейчас — любит.
Его взгляд на экран вдруг потеплел, уголки губ чуть дрогнули.
Цзи Миншу, возмущённая глупостью сюжета, повернулась и увидела, что Цэнь Сэнь улыбается. В голове у неё вспыхнули одни вопросительные знаки, этот человек что, ненормальный? Героиня страдает, а он смеётся. Есть ли у него вообще сердце?
Моя королева, мои правила — Список глав
