Тренировочная комната номер один была заставлена бильярдными столами для снукера. И не только ими, повсюду мелькали знакомые лица.
Шестикрасный снукер — новая разновидность игры, где вместо пятнадцати красных шаров остаётся лишь шесть, и партия идёт быстрее. Именно поэтому этот формат включили в женскую программу Азиатских игр. Сильных соперниц в этом виде было немного, и Инь Го без труда получила место в сборной, рассчитывая на медаль. А Линь Линь, уже завершившая карьеру, решительно вернулась, заняв вторую позицию, она тоже мечтала принести стране награду. С детства играя в снукер, она владела им лучше большинства женщин‑спортсменок.
В мужской категории всё было предсказуемо: Линь Иян и Мэн Сяодун представляли команду Китая. К ним временно присоединили Цзян Яна как третьего участника, но после недавней операции его участие зависело от восстановления. Ли Цинъянь оставался запасным.
Так что с первого же дня в этой комнате царило необычное оживление — собрались все свои, и у каждого с каждым была своя история.
Когда Инь Го вошла, Линь Линь и Цзян Ян разговаривали в зоне отдыха, а Мэн Сяодун сидел у двери, делая паузу между партиями.
— Инь Го пришла, начинаем, — сказал Цзян Ян, заметив её, и повернулся к Ли Цинъяню: — Сегодня я с тобой.
Он ещё не мог держать кий, но тренировать Ли Цинъяня ему ничто не мешало. Одной из его задач было помочь тому сделать качественный рывок за семьдесят дней сборов.
Инь Го взяла кий, бросила взгляд на кузена, потом на Линь Линь, которая пила воду. Атмосфера была напряжённой: с кем ей играть?
Сзади кто‑то мягко подтолкнул её к дальнему столу.
— Ты со мной.
Она даже не обернулась, и так знала, кто это. Линь Иян.
— Ты и вправду позволишь моему брату играть против Линь Линь? — шепнула она.
Линь Иян скользнул по ней взглядом и, чтобы никто не заметил, легко щёлкнул её по лбу.
— О себе думай.
Он снял со стойки свой кий — чёрный, сделанный на заказ, — наклонился, собрал шары и выстроил позицию для шестикрасного снукера.
— В отборе ты выступила неплохо. Считай, это твоё вступление.
Она ведь заняла первое место в национальном отборе… и это лишь вступление? Что ж, снукер был его стихией, а она осваивала его наспех, ради соревнований.
— Тренируясь со мной, ты не потеряешь время для собственной подготовки? — спросила она, натирая наконечник кия мелом и украдкой поглядывая на стол кузена.
— У нас с твоим кузеном и Цзян Яном будут отдельные спарринги. Не переживай, — ответил он с лёгкой улыбкой.
Он заметил, как Инь Го продолжает украдкой следить за партией Мэн Сяодуна и Линь Линь. Игра уже шла, и её кузен вовсе не щадил соперницу.
Перед лицом Инь Го замаячила рука с белым шаром.
— Эй, сюда смотри.
Она смутилась и указала на стол:
— Ты начинай.
— Если я начну, тебе хода не достанется, — сказал он и протянул ей шар.
Справедливо. Если бы он разбил, партия закончилась бы сразу.
Она уже выстраивала удар, когда Линь Иян снова заговорил:
— Снукер — это умение ставить сопернику ловушки. Даже если не в лучшей форме, ты должна уметь заставить его ошибиться.
Как и ожидалось, хитрый лис…
Он чуть приподнял подбородок, давая знак начинать. Раздался звонкий щелчок — шары разлетелись.
…
Четыре часа спустя все отдыхали.
Мэн Сяодун поставил чёрный шар в сложную позицию и вдруг обратился к Линь Ияну:
— Давай, покажи, на что способен.
Линь Иян улыбнулся, наклонился, будто целясь в нижний угол, но после мощного удара шар не пошёл в намеченное лузу, он изогнулся по дуге и закатился в среднюю, прямо у его руки. Безупречно.
— Продолжай, — подбодрил Мэн Сяодун. — Посмотрим, сколько у тебя таких трюков.
Он снова поставил шар в то же место. Линь Иян без колебаний показал дюжину разных траекторий: одни шары огибали стол наполовину, другие делали полный круг, а некоторые — полтора. Он мог загнать шар в любую из шести луз по желанию. Один‑единственный шар превратился в ослепительное представление из десятков приёмов.
Те, кто не знал, насколько прочна его школа, смотрели с изумлением.
Инь Го мысленно повторяла движения. Максимум, что она могла бы сделать, — шесть разных траекторий, и то не факт, что все бы сработали. Требовалась невероятная точность.
В последнем ударе чёрный шар подпрыгнул, коснулся сукна, резко сменил направление, ударился о борт и отскочил прямо в нижнюю лузу.
— Вот и всё, — сказал он, откладывая кий.
— Всё? — Цзян Ян явно не насытился. — Ставь снова, покажи ещё.
— Хочу тоже посмотреть, — засмеялась Линь Линь. — Интересно, как ты коротал одиночество все эти годы.
— И я, — добавил Мэн Сяодун.
Линь Иян только развёл руками:
— За представление платят.
— Брось, не тяни, — отмахнулся Цзян Ян.
Он вздохнул, выбрал девять шаров и выстроил их равносторонним треугольником. Так профессионалы развлекаются на тренировках: придумывают трюковые удары, чтобы разбавить однообразие. Расставляют шары в красивые фигуры и стараются очистить стол одним ударом — зрелище эффектное и азартное.
Раздался резкий щелчок, треугольник распался, и все девять шаров исчезли в лузах. Идеальный разбой.
Инь Го тоже любила так играть наедине, выкладывая фигуры из шаров. Её пределом были девять.
Когда Линь Иян поставил десять, она невольно задержала дыхание.
Те, кто знал его с детства в Восточном Новом городе, помнили, что мальчишкой он мог очистить стол из двенадцати шаров, выстроенных в четырёхугольник.
Когда дошло до тринадцати, даже Цзян Ян и Линь Линь смотрели уже с особым вниманием.
Инь Го вдруг подумала: сколько же одиноких часов он провёл за этим столом, чтобы придумать столько вариантов?
Тринадцать шаров легли в овал. Четырнадцать — в две симметричные дуги.
Когда он расставил пятнадцать, все невольно придвинулись ближе.
Линь Иян выстроил их в идеальную двойную волну. В тишине прицелился и ударил. Волна мгновенно рассыпалась, шары полетели в разные стороны. Один, два, три, четыре, пять… и наконец пятнадцатый шар медленно покатился к лузе и с тихим звоном исчез в ней.
Кровь Инь Го закипела.
Инь Го, не в силах сдержать восторг, вместе со всеми захлопала в ладоши. Но Линь Иян ещё не закончил. Он вынул шестнадцать шаров и выстроил их в форме четырёхконечной звезды.
— Пробовал так всего раз, — произнёс он, выравнивая фигуру, чтобы линии сходились идеально. — Тогда не вышло. Попробуем снова.
Линь Иян взял кусочек мела, тщательно натёр наконечник кия, затем поставил белый шар и, наклонившись, прицелился. Внезапно он отдёрнул руку и нанёс мощный удар.
Комната погрузилась в тишину. Инь Го затаила дыхание, слушая, как один за другим шары падают в лузы. Стол стремительно пустел… Он выбил все до единого! Безупречная серия из шестнадцати шаров — зрелище, от которого перехватило дух.
Аплодисменты вспыхнули вновь, на этот раз громче прежнего, и смех, лёгкий и искренний, наполнил зал.
