Минут через пять Кан Мэйли вдруг подняла голову:
— Босс!
— Что?! — рыкнула Лин Хаохао, даже не поднимая глаз. Вот ещё одна… С этой тоже потом будет разговор: смей ставить на неё, иначе получишь по полной программе.
— Вчера, между прочим, опубликовали свежий рейтинг десяти самых популярных парней кампуса. Ты видела? — спросила Мэйли, лениво щёлкая семечки.
Так называемый «Топ-10 звёзд кампуса» составлялся каждые два месяца самими девушками университета. Туда попадали самые завидные женихи, красавцы, умники, богачи. Имена счастливчиков торжественно вывешивали на стенде у входа, чтобы все девушки знали, где водятся золотые черепашки, и могли начать охоту.
— Что там смотреть? — пожала плечами Лин Хаохао. — Всё те же лица.
Сейчас найти парня, у которого и мозги есть, и кошелёк, и морда приятная, всё равно что золото в пустыне искать.
— А вот и нет! — встряла Сюаньсюань, подав признаки жизни. — В этот раз в списке новенький!
— Новенький? — Лин Хаохао усмехнулась. — Тоже мне, сенсация. Не первый и не последний. В любом случае, первое место по-прежнему занимает Си Сюаньи.
Он удерживает первую позицию целых три года с момента поступления в университет, установив новый рекорд по самой длинной победной серии с момента основания Университета G.
Кто-то выпускается, кто-то приходит и что тут такого?
Честно говоря, каждый раз, глядя на эту статистику, Хао-хао только диву давалась: что вообще в нём находят? Холодный, переменчивый, как апрельская погода, а девушки толпами за ним бегают.
— Не-а, — спокойно ответила Кан Мэйли, и её слова прозвучали как гроза среди ясного неба. — В этом году первое место занял Симидзу Мицуми.
Хаохао как раз поднесла молоко ко рту… И как в плохой комедии, — замерла на полпути, глаза расширились,
а через три секунды белая струя молока фонтаном вырвалась наружу.
— Что?! Первое место не у Сы Сюаньи?! — она вскрикнула. — Не может быть!
— Эй, женщина, ты мне всю рубашку залила! — взвыл Цзян Найчан, глядя на белые пятна, расползшиеся по его дорогущему, за тридцать тысяч купленному, костюму.
— Да чего ты, — равнодушно отмахнулась Хаохао, даже не извинившись, — тряпка и тряпка.
Её куда больше интересовало другое.
— Мэйли, ты серьёзно? На первом месте не Сы Сюаньи?
— Серьёзно, — подтвердила та, продолжая щёлкать семечки. — Лидер — Симидзу Мицуми.
— Он что, первокурсник?
— Нет, третий курс. Обменник из Японии, приехал из Токийского университета.
— Чёрт побери… — пробормотал Цзян Найчан, всё ещё вытирая пятна с рубашки. Эта любительница молока совсем его игнорировала, увлёкшись беседой.
— Японе-е-ец?! — Хао-хао округлила глаза. — Хочешь сказать, что Сы Сюаньи проиграл японцу?!
Да как же так — потомок Желтого императора и вдруг уступил… маленькому япончику!
— Ты вообще слушала, что я сказала? — закатила глаза Кан Мэйли. — У него фамилия Симидзу! Ты видела хоть одного китайца с фамилией Симадзу?
— Ну ладно, не расслышала я, — небрежно сказала Хао-хао, ковыряя в ухе. — И что, как он выглядит, этот мистер Симидзу?
Если смог обойти Сы Сюаньи, значит, вид у него, должно быть, ничего.
— Ну, с Сы Сюаньи он потягаться может. — после паузы сказала Кан Мэйли.
— О? — Лин Хао-хао заинтересовалась. — И кто из них красивее?
— Э… — Кан Мэйли помяла губы и попыталась подобрать слова. — Один производит священное, непостижимое впечатление, другой — ярко-роскошный, с какой-то тёмной притягательностью. Как бы сравнить ангела с сатаной — разные типажи, нельзя однозначно сказать, кто красивее.
— А фамилия Симидзу, он откуда и кто по духу? — продолжила допытываться Лин Хаохао. Чтобы попасть в топ-10 красавцев кампуса, нужны не только внешность, но и «положение в жизни» и мозги; а занять первое место, вовсе значит превосходить всех во всём.
— Он — сын самого хозяина концерна “Shimizu Group”, одного из трёх крупнейших в Японии, — выдала Кан Мэйли. — Единственный наследник семейства Симидзу, поступил в Токийский университет с лучшими результатами и приехал сюда по обмену.
— Ну мало ли… — Хаохао вскинула брови. — Разве Сы Сюаньи хуже? Как он мог проиграть?
— Да брось, — фыркнула Мэйли. — У Сы Сюаньи уже есть жена, он вроде как занят, а у Симидзу нет подружки. Понимаешь, девушки нынче прагматичны, если тут не клюёт идём туда, главное сеть побольше забросить, вдруг наловится трофей.
Хаохао смолчала: в этом была логика. Она опустила чашку с молоком и вдруг переменилась в лице, неловко уставившись на Мэйли:
— Эй, ты как будто всё это очень хорошо знаешь, — сказала она.
Кан Мэйли вздрогнула, по коже побежали мурашки — и её улыбка в тот же миг стала слишком уж натянутой.
— Я совсем не в курсе, — поспешно отвергла она.
Улыбка у «старшей» — это всегда опасный знак, когда Лин Хаохао улыбается, это значит, что где-то в тени она уже что-то прикидывает.
— Да как же? — продолжала Мэйли, делая жалостливое лицо. — Слушай, наш новостной клуб сейчас тихо умирает, несколько месяцев уже не выходил номер. Если дальше так пойдёт, нас разгонят. А ты же наша, не хочешь же, чтобы клуб умер? Пойдёшь ты и возьмёшь интервью у Симидзу — и вот нам шанс снова заявить о себе.
Она говорила так жалостливо, что это почти звучало убедительно. Пускай он и японец, но ради будущего клуба можно временно потерпеть.
— Интервью у Симидзу? — Хаохао поморщилась. — Нет уж, спасибо, я с сатаной общаться не собираюсь, даже если он и прекрасен до беспредела.
— Ладно-ладно, — махнула рукой Кан Мэйли. — Кажется, у меня сегодня ещё дела, я пойду. Интервью пусть кто-нибудь другой берет.
Она схватила пакет с перекусом и, не оглядываясь, выскользнула из новостного клуба, дальше оставаться означало рисковать стать главной жертвой в этой истории.
— Хмф! Чёртова Мэйли! — фыркнула Лин Хао-хао. — Стоит только поручить ей взять интервью или написать статью — исчезает быстрее ветра!
Она резко обернулась — и, как ожидала, за круглым столом не осталось ни одной души.
Братья Цзинь устроились у единственного в клубе компьютера и азартно рубились в игру.
Сы Сюань стоял у окна, жуя жвачку и любовно глядя на вид за стеклом, будто впервые в жизни видел деревья и небо. У Чжань удобно свернулся на двух стульях и уже сладко спал.
Цзян Найчан расчёсывал перед зеркалом свои волосы — и заодно, с педантичностью маньяка, усы. А Цзи Сюаньсюань, прижимая к себе веник, делала вид, что подметает пол… хотя за целую минуту ни разу им не шевельнула.
Прекрасно, — подумала Хао-хао. — Как всегда, надеяться не на кого.
Решительно сжав кулак, она прошлась вдоль ряда и каждому отвесила по лёгкому удару.
— Фух! Вот теперь хорошо! — удовлетворённо выдохнула она. — Размялась. Придётся снова самой всё делать — идти и брать интервью у этого вашего Симидзу Мицуми, чтобы спасти наш новостной клуб от неминуемой гибели!
— Хмф! Чёртова Мэйли! — фыркнула Лин Хаохао. — Стоит только поручить ей взять интервью или написать статью, исчезает быстрее ветра!
Она резко обернулась, и, как ожидала, за круглым столом не осталось ни одной души.
Братья Цзинь устроились у единственного в клубе компьютера и азартно рубились в игру. Сы Сюань стоял у окна, жуя жвачку и любовно глядя на вид за стеклом, будто впервые в жизни видел деревья и небо. У Чжань удобно свернулся на двух стульях и уже сладко спал. Цзян Найчан расчёсывал перед зеркалом свои волосы — и заодно, с педантичностью маньяка, усы. А Цзи Сюаньсюань, прижимая к себе веник, делала вид, что подметает пол… хотя за целую минуту ни разу им не шевельнула.
***
Симидзу Мицуми — имя, которое теперь звучало в кампусе G университета буквально на каждом углу. «Ветер Симидзу» уже пронёсся по всей округе. Стоило пройтись по аллеям и тут же можно было услышать восторженные сплетни о нём.
Рост метр восемьдесят девять, плечи — широкие, крепкие, от одного взгляда на них у девушек начинало разыгрываться воображение; а лицо совершенное, как у античного изваяния. К этому прибавьте безупречное происхождение и удержаться от интереса просто невозможно.
Но вот беда: восхищаться можно, подойти — никто не решается. Красив — да, но слишком опасен. В нём было что-то… демоническое. Слишком притягательная, злая красота. Как лотос: можно смотреть, любоваться, но тронешь — утонешь.
Лин Хао-хао впервые с такой серьёзностью перебирала собранные за последние дни материалы о нём. Увы, их оказалось катастрофически мало, даже ни одной фотографии! До сих пор она не знала, как выглядит этот «сатанинский принц», о котором судачили все, только то, что у него длинные волосы до пояса, будто это его фирменный знак.
Несколько страниц досье выглядели жалко: имя, возраст, рост, вес… а дальше — одни восторженные описания. Говорили, что он красив до нереальности, почти как древние легендарные красавицы.
В его честь существовал не только женский фан-клуб, но и мужской. Ходили слухи, что некоторые парни в шутку (а может, и не совсем) заявляли: «Если это Симидзу — я готов стать геем!» — вот уж насколько силён был его обаяние.
Но, как ни странно, весь этот ослепительный «принц» источал зловещую ауру: холодную, слишком женственную, почти мистическую.
Что же до подробностей вроде группы крови, адреса (жил он не в общежитии), телефона или прочих контактов, везде зияла пустота. Эти данные хранились как секретные материалы под замком у администрации.
И всё же Лин Хаохао была довольна, чем меньше сведений, тем больше простора для настоящего репортёра! Если она первой докопается до правды и опубликует эксклюзив в выпуске новостного клуба, тираж взлетит, а клуб наконец-то вновь поднимет голову.
— Ха-ха-ха! — Хао-хао театрально вскинула руки к небу. — Симидзу Мицуми! Я доберусь до тебя и возьму интервью века!
Она ткнула пальцем в голубое небо и с пафосом произнесла:
— Клянусь, я раскрою тебя до последней клеточки, ради славы нашего новостного клуба!
