Чьи-то пальцы нежно повернули ее лицо. Пэй Чжэнь обхватил ее щеки ладонями. Его губы коснулись уголка ее рта, а затем переместились к самому центру.
В зале началось волнение, раздался свист, кто-то кричал:
— Будьте вместе! Будьте вместе! Будьте вместе…
Брачный контракт все еще был зажат в руке. Краем глаза она заметила, что Цинь Сяои не шелохнулся. Она делала глубокие вдохи, один за другим. На душе было наполовину сладко, наполовину горько. Двое мужчин боролись за первенство: Цинь Сяои оказался в ловушке сценария, а Пэй Чжэню победа далась нелегко.
Такой умный мужчина, имеющий дело с пораженной кожей, некротическими клетками и коварными раковыми мутациями, не мог не чувствовать эмоциональные колебания в воздухе. Все, что он мог сделать, — это ухватиться за малейшую брешь, чтобы начать действовать.
Из троих не выиграл никто, и она в том числе.
Далее должны были объявить нового кандидата от Жунчэна. Ху Сю заметила, как Пэй Чжэнь достал из сумки триста тысяч.
Как он умудрился молча раздобыть столько денег?! Это просто интеллектуальный разгром.
Значит ли это, что…
— Объявляем, что министр финансов Жунчэна Цинь Сяои избран следующим ответственным по Жунчэну!
Цинь Сяои встал. На его лице читались привычные ей одиночество и холод. Он бросил Нин Цзэчэня в тюрьму, застрелил Фэн Юцзиня и Линь Цюмэй, и огни «Байлэмень» погасли.
Луч прожектора следовал за ним, осыпая розами. Он одиноко улыбался. Его длинные пальцы достали из-за пазухи лепестки роз, разорвали их и подбросили в небо. Без спадающих волос, скрывающих лицо, открылись его безупречные, холодные черты. Обрывки лепестков упали ему на щеку, словно алая слеза.
Ху Сю подумала, что независимо от того, будет ли Цинь Сяои принадлежать ей, он останется ролью, которую она не забудет всю жизнь.
Для игроков, проходящих сценарий повторно, этап «Королевской битвы» был совсем не страшным. Раньше она боялась темноты в основном ради того, чтобы найти Цинь Сяои, но теперь знала местность как свои пять пальцев. Снова пугаться до смерти в «доме с привидениями»? Ей было так скучно, что клонило в сон.
Пэй Чжэнь, похоже, все время искал ее — все еще думал защитить? А вот Цинь Сяои видно не было, да и Ху Сю не собиралась его искать.
Но ей казалось странным, что на этой игровой площадке в пятьсот квадратных метров, которая постепенно сужалась в темноте, она так и не встретила его.
— Ты действительно хотела выйти за меня замуж по сценарию или использовала меня, чтобы позлить Дяо Чжиюя?
Пэй Чжэнь внезапно появился у нее за спиной и содрал ее защитный слой, а следом она услышала:
— Убей меня.
Казалось, он хотел что-то сказать. В кромешной тьме светились два слоя краски, оранжевый и зеленый. Этот зеленый отсвет на лице Пэй Чжэня заставил Ху Сю почувствовать себя особенно… неловко.
— Я не хотел об этом говорить, но я все понимаю. Я всегда относился к тебе с уважением, осторожно прощупывал почву при любой возможности и никогда еще не был таким жалким.
Я не хочу принижать Дяо Чжиюя, но и себя никогда не считал хуже. В порядке очереди я просто опоздал на шаг, позволив ему занять первое место в твоем сердце. Но если ты используешь меня, чтобы проверить его, то я… не согласен.
— Это несправедливо. Если в твоем сердце все еще есть Дяо Чжиюй, то за те три месяца, что я буду за границей, я гарантированно проиграю.
— Поэтому…
— Ты согласишься стать моей девушкой?
— А?
— Нормальное мужское соперничество. Дай мне право первой подачи, считай это восстановлением справедливости по отношению ко мне.
Пока меня не будет в стране сто дней, если он и пальцем не пошевелит, у тебя будет достаточно времени, чтобы разочароваться в нем и начать серьезные отношения со мной. Если же он окажется достаточно искренним, что ж, будем считать, что он успешно подкопал угол стены1. Если мое обаяние не выдержит испытания расстоянием, это все же лучше, чем быть использованным в качестве замены.
Ху Сю молчала. Темнота позволила ей отвести взгляд; на дне ее души было спокойно, как в озере.
— Молчание я расцениваю как согласие. Я сосредоточен на науке, медицина интересует меня больше, чем люди. Я не хочу тратить время на глупости и не желаю, чтобы меня постоянно взвешивали на чаше весов. Не стоит так унижать мое достоинство, Ху Сю. Это мое последнее унижение.
— Согласиться сейчас — вот что было бы настоящим унижением для тебя. Доктор Пэй, «Сквозь снег» — это всего лишь игра. Если я тебя обидела, прошу прощения.
В следующие три месяца мне тоже предстоит потрудиться. На своей административной должности в больнице я ни то ни се, вечно иду на поводу у правил. Тот свет, который ты видишь во мне, исходит от Дяо Чжиюя, и когда ты так говоришь, мне тоже кажется это несправедливым.
Поэтому, если через три месяца, вернувшись, ты признаешь мои достоинства и увидишь свет, исходящий от самой Ху Сю, тогда будет не поздно повторить это признание.
Я не хочу превращать чьи-либо чувства в игрушку. Если ты действительно хочешь меня завоевать, то знай: у тебя тоже полно недостатков…
Опыта много, времени мало, эмоции слишком стабильные, довольно ощутимая аура прожженного, бывалого человека. Если правда собираешься ухаживать, то с того дня, как вернешься из Америки, покажи всё, на что способен.
Пэй Чжэнь рассмеялся: — Хорошо. Ты должна сдержать слово.
Мимо кто-то прошел, это была Чжао Сяожоу:
— Мамочки, вы что, оба умерли и теперь шепчетесь тут?
— Просто перебили друг друга.
— Ли Ай дал мне брачный контракт и хочет на мне жениться, но черта с два я дам ему такой шанс! Думает, я так легко сдамся? Никого нельзя дурачить бесконечно.
- «Подкопать угол стены» (挖墙脚, wā qiáng jiǎo) — китайская идиома: «переманить», «увести чужую девушку/парня», «отбить». ↩︎
