Чем дольше Ху Сю смотрела на иероглифы «дополнительная сцена», тем сильнее трепетало её сердце. Оплатив 88 юаней, она указала в примечании время сеанса и имя Цинь Сяои, с волнением предвкушая свидание с ним в игре.
Вскоре в WeChat пришел запрос на добавление в друзья: «Служба поддержки “Сквозь снег” — Joyce».
Приняв заявку, сотрудник службы поддержки очень вежливо начал разговор:
— Здравствуйте, сестричка! Я из поддержки «Сквозь снег». Вижу, вы приобрели услугу «дополнительная сцена». Вы хотите, чтобы именно Цинь Сяои поздравил вас с днем рождения?
— Да… — если округлить, можно считать, что она болтает с самим Цинь Сяои.
— Хорошо, сделаю пометку. Скажите, пожалуйста, а какого именно Цинь Сяои вы выбрали?
На присланных трех фотографиях её Цинь Сяои был всё так же одет в костюм Фэн Юцзиня: военная форма, волосы скрыты под фуражкой. В нем стало меньше дьявольщинки, но прибавилось… соблазна униформы.
Ху Сю покраснела, глядя на фото. Сохранив снимок, она отправила его обратно в чат:
— Вот этот Цинь Сяои. Скажите, а как его зовут вне игры?
— Мы не можем разглашать имена актеров, ха-ха. Но мы свяжемся с режиссерской группой. А как именно пройдет поздравление, узнаете уже на сеансе.
Не узнав имени, Ху Сю всё равно долго рассматривала сохраненное фото, то и дело возвращаясь к нему. Она пыталась представить Цинь Сяои в роли Фэн Юцзиня — в военной форме, полного праведности подпольщика-коммуниста. Этот образ никак не вязался с его дьявольски-обольстительными чертами лица.
Если он сможет не выпадать из образа, значит, Цинь Сяои обладает актерским мастерством, сравнимым с пластической операцией1.
Давно не видев Цинь Сяои, Ху Сю не удержалась и добавила еще одну просьбу:
— Скажите, а можно меня «по блату» определить в группу Цинь? На роль танцовщицы.
— Без проблем, сестричка, я всё устрою.
Ху Сю специально взяла с собой ципао, засунув его в сумку. Закончив просмотр всех материалов для перевода после работы, к девяти часам она на метро добралась до «Сквозь снег».
Переодевшись в ципао и внимательно изучив карточку персонажа, Ху Сю подумала, что роли танцовщицы необходимы более яркие губы, и сунула помаду в сумку для реквизита.
Помада была подарком на день рождения от Чжао Сяожоу. На футляре были выгравированы её имя, дата рождения и пожелание: «Пей самое крепкое вино, трахай самых диких псов, будь самой крутой Ху Сю».
Когда Ху Сю получила эту помаду, она еще жила в пригороде, влачила унылое существование и не знала Цинь Сяои. Она и представить не могла, что будет разбрасывать золото, словно землю2, ради NPC до такой степени.
Раздался гудок, лязгнули железные ворота. Ху Сю снова спряталась за платформой, так что виднелись лишь её дрожащие ноги. В голове крутились «три старые вещи»3 её внутреннего монолога: «Черт, черт, черт, какой же он красивый, я сейчас умру, умру».
Костюм на Цинь Сяои, кажется, был другим — немного темнее прежнего. Он оглядывал толпу, а заметив ноги за платформой и бегающий взгляд Ху Сю, улыбнулся, повернулся и направился в город:
— Господа, мы прибыли в Жунчэн, время уже позднее, следуйте за мной.
Ведь это был тот самый главный герой, для которого она держала зонт и вызывала такси под дождем. В полудреме входя в Жунчэн, она снова ощутила то знакомое и теплое чувство.
На дороге в Жунчэне их ждала Линь Цюмэй в длинном зеленом ципао и с серой накидкой на плечах. Она дружелюбно подмигнула — она помнила Ху Сю.
Фэн Юцзинь из первой сцены внезапно превратился во владельца казино. Он вел себя развязно, но тайком сунул Ху Сю тысячу юаней стартового капитала.
Все казались немного знакомыми, и при встрече с ней обменивались понимающими улыбками. Ху Сю вспомнила фильм «Полночь в Париже», где писатель Гил, заблудившись на улице, случайно попадает на вечеринку знаменитостей, встречает чету Фицджеральдов и Хемингуэя, и бесповоротно влюбляется в Париж.
И, как в фильме Вуди Аллена, окружающие не понимали, почему она с таким упорством, словно одержимая, наряжается и уходит из дома глубокой ночью. Никто не знал, что этот вымышленный город, в который она случайно забрела, уже стал частью её жизни.
Через пять минут после начала Ху Сю вместе с двумя другими игроками вошла в комнату Цинь Сяои.
Знакомая обстановка, знакомый Цинь Сяои. На шкафу появились очки, а на диване сидел дворецкий.
Ху Сю прикрыла лицо карточкой с заданием, слушая брифинг Цинь Сяои; от волнения ей было трудно дышать.
Когда двух других игроков отправили с поручениями, Цинь Сяои обратился к Ху Сю:
— Сходи в казино и забери у босса Цзяна мой выигрыш, который я оставил в прошлый раз. Всё, что получишь, забирай себе — считай это подарком при встрече.
Когда Ху Сю скованно поднялась с места, Цинь Сяои сказал ей в спину:
— Не нервничай так. Неужели визит в мою комнату вызывает такое напряжение?
Ху Сю подумала: «Какое там напряжение, я от одного твоего взгляда пропадаю». Забрав деньги и с азартом сыграв пару партий, она вернулась в номер 301 и услышала, как Цинь Сяои флиртует с участницей из другой группы. Смеясь, он говорил:
— Пришла ко мне в номер, танцуешь, пьешь вино… Прекрасно танцуешь! Я, Цинь Сяои, впервые встречаю такую страстную гостью.
- Актерское мастерство, сравнимое с пластической операцией (整容般的演技, zhěng róng bān de yǎn jì) — интернет-сленг, означающий великолепную актерскую игру, которая заставляет зрителей забыть о несоответствии внешности актера роли или игнорировать его недостатки, делая его невероятно привлекательным в образе. ↩︎
- Разбрасывать золото, словно землю (挥金如土, huī jīn rú tǔ) — идиома, означающая крайне расточительную трату денег; сорить деньгами. ↩︎
- «Три старые вещи» (кит. 老三件, lǎo sān jiàn) — изначально термин, обозначавший набор престижных бытовых предметов в Китае 70-х годов (часы, велосипед, швейная машинка). Здесь используется иронично для обозначения стандартного, неизменного набора мыслей героини. ↩︎
