Ху Сю взяла деньги, но в душе у нее расцвели цветы:
— Министр Цинь, хотя сейчас вам и больно расставаться с финансами, это спасло вашу репутацию. В конце концов, я просто внесу свою лепту в ваш успех. Свои люди — сочтемся, не так ли?
— За всё в этой жизни приходится платить самому, — Цинь Сяои внезапно придвинулся ближе. — Дай-ка посмотрю, нет ли у тебя в сумке карты предателя.
Договорив, Цинь Сяои запустил руку в ее сумку. Его длинные пальцы перебирали содержимое; тепло его тела и дыхание были совсем рядом — такая близость обычно свойственна только влюбленным.
Этот контакт напугал Ху Сю. Первой реакцией было: «Черт, это слишком близко! Как можно так внезапно атаковать? Грудь слишком плоская, надо срочно увернуться!»
Из-за того, что она резко отпрянула, Цинь Сяои тоже стало немного неловко, он слегка покраснел и поправил воротник:
— Раз карты предателя нет, я спокоен. Помни, на чьей ты стороне, и не вздумай ударить мне в спину.
Настала очередь Ху Сю жалеть: такая возможность сблизиться была упущена! Что там советовала Чжао Сяожоу? Разве не нужно ловить моменты для прикосновений? Почему всё закончилось, даже не начавшись? Ей ведь так хотелось почувствовать его запах!
— О чем задумалась?.. — Цинь Сяои легонько постучал пальцем по ее лбу. — Идем со мной…
Ху Сю механически последовала за ним, незаметно проверив тыльной стороной ладони кожу на лбу. Всё хорошо, матовая, никакого жирного блеска.
Когда они пришли в импровизированный универмаг, Цинь Сяои неспешно сказал:
— Выбери украшение. Твой вкус и правда оставляет желать лучшего. К счастью, мы не отправили то ожерелье Линь Цюмэй, иначе она бы разонравилась мне еще больше.
— Серьезно? — Ху Сю, полная сомнений, замерла у прилавка. — Мне кажется, у меня нормальный вкус… Разве зеленый не подчеркивает белизну кожи?
— Ты же не смуглая… — Цинь Сяои достал пару жемчужных сережек с бархатной подложки и коснулся пальцем мочки ее уха, имитируя примерку. — Вот эти очень хороши.
В зале стояла полная тишина. Ху Сю лишилась дара речи, она словно растворилась в моменте. Она смотрела на его плечо, не осмеливаясь поднять взгляд выше:
— Не… не поможешь мне надеть?
Цинь Сяои просто положил серьги на ее ладонь:
— Размечталась…
С тех пор как у нее появились настоящие амбиции в отношении Цинь Сяои, Ху Сю чувствовала, что становится всё смелее. Если он не отказывает сразу, можно надавить чуть сильнее. Граница терпимости у него явно была шире, чем она думала. Ведь стоило ей встретиться с ним взглядом, как разум отказывал, а при телесном контакте сердце просто замирало. Цинь Сяои каждый раз великодушно принимал это, сохраняя профессионализм. Ху Сю теряла голову от этой двусмысленности, но старательно запоминала детали, чтобы дома отделить игру от искренности.
В этот раз смена закончилась почти в два часа ночи. Чтобы увидеть настоящего Цинь Сяои, Ху Сю, как обычно, ждала у запасного выхода, борясь с зевотой. Улочка была узкой и тихой, поэтому актеры часто задерживались на крыльце поболтать.
Раздался смех. Вышел Цинь Сяои. Он был в хорошем настроении и придержал дверь для Линь Цюмэй. Та загородила проход, звонко хохоча, пока изнутри не постучали. Ворча, дверь толкнул Фэн Юцзинь.
Цинь Сяои едва заметно улыбался, в уголках его рта появились характерные черточки. Его взгляд скользнул по Ху Сю, стоявшей неподалеку, но выражение лица не изменилось. Эта улыбка означала: «Мы просто друзья».
— Ты почему еще здесь?
— Я… ловлю такси.
— Да она ради тебя пришла, неужели непонятно? — Нин Цзэчэнь присвистнул. — Кто станет пересматривать спектакль столько раз только ради сюжета? Тут дело сердечное.
— Не неси ерунды… — усмехнулся Цинь Сяои, указывая на друга. — В этот раз она пришла посмотреть на твою концовку.
— Мою концовку она видела уже дважды. И вообще, откуда ты знаешь, зачем она пришла? Общаетесь за рамками игры, да? — Нин Цзэчэнь многозначительно постучал указательными пальцами друг о друга. — Где болтали? В машине? Дома? В постели?
Цинь Сяои толкнул его в плечо:
— Не перегибай палку. Я, по-твоему, не хочу зарплату в этом месяце получить? Чтобы я с ней связывался лично… Да ни за что.
