— Вау… — восхищённо выдохнула Сайрила у Грэйта за спиной.
Грэйт, хоть и умел держать себя в руках, не смог скрыть изумления — глаза сами собой распахнулись.
Перед ними раскинулось ослепительное море света.
Золото — повсюду.
Слитки и слиточки, пластины и кубки, стены, обшитые золотыми панелями, потолок, сияющий позолоченным куполом, на длинных столах — золотые блюда, чаши, кувшины, статуэтки всех мыслимых форм и размеров…
Грэйт уже видел подобное однажды — в стране Орлиного знамени. Но тогда ему показали лишь малую часть сокровищ, объёмом не больше его собственного роста. Здесь же всё хранилище было завалено золотом до потолка.
Такое зрелище невозможно сравнить с кучкой драгоценностей — оно захватывало дыхание.
— Хочу всё это… — Сайрила дышала неровно. Её серебристые волосы шевелились без ветра, кончики ушей дрожали. Она ткнула Грэйта в спину:
— Вот бы мой дом выглядел так же…
Нет, Сайрила, только не это! — мысленно простонал он. — Ты даже не представляешь, насколько это безумная просьба! Здесь всего-то кладовая при храме, ну, может, тридцать–сорок квадратов, не больше пятидесяти. А твоя драконья пещера? Две тысячи квадратных метров, да ещё и высотой с башню! Если всё это покрыть золотом — я разорюсь!
Он вспомнил, как с трудом выложил ей постель серебряными монетами — на большее пока не хватало сил.
Если уж тебе так хочется блеска, может, ограничимся золотой фольгой?
К счастью, Сайрила лишь мечтательно вздохнула. Она никогда не просила у Грэйта того, что выходило за пределы его возможностей — да и вообще не требовала платы за помощь.
Милая сереброволосая драконица любила блестящие безделушки, но всегда добывала их сама. Она прекрасно понимала: для драконов золото — не то же самое, что для людей.
Помечтав, Сайрила пошла следом за Грэйтом. Шаг её становился всё медленнее, пока она вдруг не остановилась, схватив его за рукав:
— Грэйт, смотри!
Он повернул голову — и ослеп от нового сияния.
Перед ними раскинулся сад, целиком выкованный из золота.
Золотые ветви, листья, цветы — каждый лепесток тонок и прозрачен, будто настоящий, и, когда по залу прошёл лёгкий сквозняк, цветы дрогнули, словно живые.
На некоторых лепестках застыло крошечное чудо — пчёлы, бабочки, жуки. Спинки пчёл были инкрустированы обсидианом, крылья бабочек — изумрудами и нефритом, а глаза насекомых сверкали разноцветными камнями.
— Можно я сорву один цветок? — Сайрила протянула руку, но тут же отдёрнула. Ещё раз — и снова остановилась, едва не коснувшись лепестка.
— Всего один! Один-единственный!
— Ладно, — вздохнул Грэйт, бережно взял её пальцы и согрел в ладонях. — Я поговорю с ними. Немного взять ведь можно…
Он не мог отвести взгляда от этого великолепия.
Такое искусство, такая культура — их нельзя было разрушать.
Каждая золотая тарель с тончайшими лучами, выведенными с идеальной точностью; каждая статуэтка с живыми лицами и движением в застывшем металле; даже крошечные зверушки — лисички, кролики, ламы, морские раковины — всё дышало теплом и мастерством.
Эти творения не должны погибнуть.
Их нельзя было растаптывать, срывать с храмовых стен, сбивать с идолов и колонн, превращая в безликие слитки.
Нельзя было переплавлять их в тонкие пластины ради удобства переноски.
И сам этот древний храм не должен был быть разобран, чтобы из его камней, где ещё виднелись лики местных богов, возводили святилища Светоносного владыки или дворцы новых властителей.
Сохранить всё это можно было лишь одним способом — если Солнечный бог устоит перед натиском Церкви Света.
В мире, где боги реальны, а сила героев сравнима с их мощью, достаточно выстоять — и тогда народ успеет развиться, догнать остальной мир.
— Госпожа может выбрать один куст… ну, максимум два, — с улыбкой предложил верховный жрец, поспешив навстречу. — Больше нельзя: эти дары предназначены для нашего божества. Во время великих праздников он черпает из них силу.
Сайрила улыбнулась так, что глаза заискрились. Грэйт, сжимая её пальцы, ответил жрецу поклоном:
— Благодарим за понимание. Пойдём дальше, посмотрим, что ещё хранит ваш храм.
Они переходили из зала в зал.
За золотым хранилищем следовало серебряное — в несколько раз большее.
Дальше — кладовая с мягчайшей шерстью лам, пушистой, как облако.
Потом — комната с тканями из этой шерсти, гладкими, словно шёлк. Грэйт едва удержался, чтобы не проверить, пройдёт ли через них кольцо, но, заметив взгляд Сайрилы, благоразумно отказался от эксперимента.
В следующем помещении висели уже готовые одежды для богослужений — плащи, усыпанные золотыми и серебряными бусинами так густо, что под ними не было видно ткани, будто это кольчуга из света.
— Пошли, Сайрила! — Грэйт потянул её за руку. — Это всё для Солнечного бога. Если тебе нравится фасон, потом закажем такой же — своими средствами. Чужие дары брать нельзя!
— Но… — она прикусила губу. Вытащить золото и камни из драконьей сокровищницы? Немыслимо.
— Ладно, — усмехнулся он, — золото, серебро и камни я заплачу сам.
Сайрила послушно пошла за ним. Верховный жрец, опираясь на посох, смотрел им вслед и с грустной улыбкой качал головой:
Ах, юность…
Жаль, что жрецы Солнечного храма редко видят подобное — ведь служители и девы Солнца строго разделены. Потерявшая невинность дева должна быть сожжена, а мужчина, осмелившийся коснуться её, — казнён.
Следующее хранилище ослепило их россыпью камней: «Сердце земли», «Огонь заката», «Море лазури», «Камень ночного света», «Роза гор» — и ещё десятки самоцветов, жемчуг, раковины, перламутр.
На этот раз Грэйт не стал торговаться. Он лишь позволил Сайриле осмотреть всё и отметить, каких камней ей не хватает. Потом, несмотря на её сожаление, решительно вывел её наружу.
— Пошли! — сказал он. — Драгоценные металлы и камни — любимая плата для духов земли. Мы только посмотрели, чтобы знать, что оставить им в награду. Большую часть всё равно придётся отдать.
— Но почему нельзя взять чуть больше? —
— Потому что тогда расплачиваться придётся людям, — строго ответил Грэйт. — Шахтёрам прикажут в короткий срок добыть недостающее, их согонят с домов, многие погибнут. Хочешь ли ты такой цены?
Сайрила опустила глаза.
— Хорошо… — прошептала она и, хоть всё ещё оглядывалась, позволила увлечь себя прочь. — Грэйт, а как мне всё же получить немного больше?
Он усмехнулся:
— Просто помоги в призыве духов земли. Будем работать вместе — и делить награду поровну. Мою долю тоже возьмёшь себе.
