Поначалу дубовый посох яростно возмущался, когда Грэйт предложил проверить его «хромосомы» — шумел, спорил, ни в какую не соглашался. Но стоило попробовать один раз, как сопротивление куда‑то исчезло. И правда, как говорил Грэйт, — соскоблить полоску внутренней коры совсем не больно.
Более того, после каждого опыта, когда посох по его указанию выпускал одно заклинание за другим, Грэйт щедро вознаграждал его порцией природной силы. Выгода очевидна: не только не в убытке, но и с прибытком — чего же не согласиться?
Странным оставалось лишь одно: посоху приходилось самому накладывать чары, самому же проверять собственные хромосомы и даже проводить расчёты. Грэйт при этом что‑то бормотал себе под нос, вроде «сам‑сам» или «сам на себя», — дубовый посох, насторожив ветви, так и не разобрал слов. Но уж точно ничего лестного там не было, и потому он, не раздумывая, хлестнул Грэйта веткой.
Когда даже дубовый посох смирился, остальные древние деревья тем более не стали возражать. Грэйт, взвалив на плечо переносного духа башни и микроскоп, вместе с посохом обошёл от Северного острова до Южного, навещая каждое древо по очереди.
Он выпускал природное дыхание, устанавливал связь, объяснял цель визита и обещал вознаграждение природной силой. Эти три приёма действовали безотказно. Ведь если даже Мировое древо не отказало ему, кто осмелился бы?
Исследование хромосом и их связи с силами сверхъестественного — дело не одного дня. Как и восполнение магической базы, и тренировки. Грэйт чувствовал себя на Острове Вечного Союза вполне уютно, не спешил: одно дерево в день, иногда одно в два‑три дня — медленно, но неуклонно продвигаясь в своих изысканиях.
Некроманты, получив средства от Магического совета, вместе со старейшинами жрецов Природы и легендарными эльфами тоже не торопились: проводили опыты, ставили эксперименты, а заодно подрабатывали на стороне.
Лишь королева проявляла нетерпение, но, решив временно не приглашать некромантов на остров, не могла бесконечно подгонять их. Всё равно ведь старший принц запечатан уже двести лет — что изменят ещё год или два?
Пока все сохраняли спокойствие, Светлая Церковь, напротив, начала терять терпение. С тех пор как их Золотой флот был захвачен, влияние Церкви за морем стремительно слабело, а дела шли всё хуже.
Попытки расширить власть на Новом Континенте закончились поражением: не только отброшены назад, но и почти потеряли Страну Орла, а вместе с ней — значительные силы. Пришлось даже отправить туда легендарного паладина, чтобы удержать позиции.
Посылали караваны с золотом и серебром — их грабили; теряли не только груз, но и рыцарей высшего ранга, исчезавших без следа. Пытались поглотить остатки Солнечного королевства — и вновь потерпели поражение, лишившись двух легендарных воинов.
Четыре губернаторства в спешке перебрасывали войска, посылали легендарных героев на помощь, но и это не спасло: повсюду вспыхивали мятежи, один за другим всплывали сторонники лжесолнечного бога.
В итоге Церкви пришлось стянуть все силы к столицам губернаторств и к Серебряным горам — двум ключевым опорам. Остальные земли отдали на откуп авантюристам и переселенцам из Старого Континента: пусть зарабатывают, сколько смогут, и держатся, сколько хватит сил.
Даже при таком отступлении Светлая Церковь ощущала боль утрат. Особенно тяжело ударили недавние убытки от торговых пошлин.
— Что?! Шерсть высшего сорта — пятнадцать золотых за тюк?! — капитан корабля «Морская роза» в изумлении округлил глаза. — Когда я отплывал из Фейлу, цена была двадцать пять!
— Двадцать пять — это было на прошлой неделе, — лениво поднял взгляд торговец за прилавком. — На рынок сразу прибыло три судна, двенадцать тысяч тюков шерсти. При таком наплыве цена обязана упасть.
— …
— Так продаёшь или нет?
— Что?
— Продаёшь? Нет? Тогда не мешай, следующий!
— Ладно, не продаю! — капитан резко развернулся, пополнил запасы и ушёл в море, направляясь к порту Мейтила, в двух днях пути.
— Что?! Всего шестнадцать золотых! Разница в один, а я уже теряю весь доход за рейс! — в отчаянии вскрикнул он.
А ведь если бы продал шерсть в предыдущем порту, можно было бы закупить другой товар и с выгодой сбыть его дальше. Теперь же убытки исчислялись сотнями золотых.
— Да что за дьявол! Кто так быстро узнаёт новости и опережает нас?! —
От Бролинского королевства до Рейна, от Рейна до Святого города Света — не один капитан и не один купец с досадой бил кулаком по столу.
Те, кто ходил вдоль побережья, теряли немного — шерсть, железо, вино, стекло; неприятно, но терпимо. А вот дальние рейсы, между Старым и Новым Континентом, длились по полгода, и ошибка в выборе порта могла стоить половины прибыли.
Когда купцы не зарабатывают, знать получает меньше налогов; а если знать беднеет, то и в казне короля, и в сундуках архиепископов звенит куда меньше монет.
К концу года, когда в Святом городе подвели итоги, выяснилось: доходы сократились на треть.
— Как так?! — возмутился один из кардиналов. — Проверить немедленно, что произошло!
А происходило многое. Королевство Бролин проиграло войну и уступило две области; нидерландские мятежники объявили независимость и перестали платить десятину. Королевство Капе тоже провозгласило самостоятельность: формально чтит Церковь, но налоги и пожертвования сократились наполовину.
В Рейне же пограничные владетели — герцог Саксон по прозвищу Золотой Лев и граф Аскан, Белый Волк, — начали хитро урезать подати. Поводы всегда находились: недавний голод, набеги нидерландцев, вторжения варваров с севера…
В таких условиях потеря трети доходов со Старого Континента ещё считалась удачей — короли Бролина и Рейна оставались, по меркам Церкви, весьма преданными.
Но и поступления с Нового Континента выглядели не лучше. В губернаторстве Штормовых островов вспыхивали эпидемии, в Пелу силы резко ослабли, а торговые суда всё чаще подвергались нападениям.
— Они напали пятью кораблями на один наш! — рыдал капитан вооружённого судна, выбравшийся на берег с окровавленным лицом. — Солдаты сражались храбро, рыцари не жалели сил, но против пятерых не устоишь! Тем более — после шторма, из засады!
— Нас подкараулили! Пять судов, разбросанных на сотню миль, внезапно сомкнулись в проливе — и всё, ловушка захлопнулась!
Такие случаи повторялись раз за разом. Церковь казнила десятки подозреваемых шпионов, но положение не улучшалось.
Хуже того, Магический совет разработал новое, куда более мощное оружие.
— Бум! Бум! Бум! — гремели взрывы на дальних рубежах.
На очередном заседании Великий инквизитор с мрачным лицом произнёс:
— Нам нужно вернуть больше легендарных воинов, чтобы удерживать давление на королевство Кент. Если мы не сохраним преимущество на родной земле, никакие успехи за морем или в иных мирах не помогут. Чтобы вера не иссякла, чтобы знать продолжала нас бояться, мы обязаны быть сильнейшими.
— Но сила требует золота, — возразил кардинал, державший на коленях тяжёлую священную книгу. — Обучение епископов стоит дорого, воспитание святого рыцаря требует редких снадобий и мяса высшего качества. Чтобы пасти стадо Господне, нужны постоянные доходы. Если мы сократим присутствие за морем и в иных пространствах, казна Церкви скоро опустеет.
— В конце концов, — глухо сказал глава ордена святых рыцарей, — всё упирается в то, что у нас слишком мало легендарных. Новое оружие слишком мощно: рыцарь, едва достигший легендарного уровня, не выдерживает удара и не успевает отступить. Суд, или, может быть, братство кающихся, способны ли вы разобрать этот феномен и найти защиту?
После его слов зал погрузился в тишину. Папа невольно сжал посох, и голубоватый свет крупного сапфира на навершии осветил лицо Великого инквизитора.
Монахи‑аскеты тут не помогут — с точки зрения божественной магии объяснить новое заклинание невозможно. Оставалась надежда лишь на инквизицию, где служили перебежчики и пленённые чёрные маги: возможно, они сумеют что‑то понять.
— Кхм… — инквизитор кашлянул, чувствуя на себе взгляд Папы. — Это заклинание уровня легенды, а то и выше. Пока нам не удалось его расшифровать.
Он помедлил и добавил:
— Однако появилась зацепка. По опубликованным еретиками трактатам и нашим сведениям, для сотворения этого заклинания требуется особый минерал…
— Какой именно? — разом спросили несколько голосов.
Инквизитор собрался с мыслями:
— Его свойства крайне необычны, трудноописуемы. Мы сравнили все известные образцы и нашли лишь один, отдалённо похожий, но месторождение пока не установлено.
— Тогда ищите дальше! — резко сказал Папа. — Нужны деньги? индульгенции? титулы? Всё это у вас есть. Что ещё требуется от Церкви? Мне нужен результат!
Инквизитор опустил голову, задумался и тихо произнёс:
— Есть лишь одна трудность. Что, если месторождение окажется вне наших владений?
— Свет Господа озаряет всё сущее, — без колебаний ответил Папа, а затем, смягчив голос, добавил: — Начните с тех земель, что под нашим контролем. А если потребуется больше — если это прославит величие Господа, — мы не пожалеем никаких средств.
