Владыка Грома стоял в растерянности.
Он оставил жену в доме на Небесном Драконьем городе — пусть живёт, как пожелает: лечит ли раненых драконов, уединяется ли в собственных владениях или навещает башню Грэйта, где жрецы Природы ведут свои бесконечные исследования.
Мир был необъятен, жизнь — многолика и щедра. Хотелось — странствуй, открывай новые края; хотелось — трудись; а если душа просит покоя — оставайся дома, и всё равно условия были поистине роскошные.
Даже если эльфийская принцесса ворчала, что природа на Драконьем острове бедновата, и мечтала вырастить собственный лес, — владения, пожалованные Владыке Грома, простирались более чем на тысячу квадратных километров.
Когда он устроил жену, у него наконец появилось время для собственных затей. Он проводил дни в исследованиях — то в доме на Небесном Драконьем городе, то в своих землях, то в башне Грэйта, где наставлял учеников, то в башне, где стоял ускоритель, — и жизнь его текла насыщенно и полно.
Но среди всех занятий несомненно самым поглощающим и радостным было одно — сражения за пределами мирового барьера.
Грохот!
Грохот!
Грохот-грохот-грохот!
Он обрушивал заклинания на ревущие ветры, на чёрные линии разломов, на неведомых тварей, вырывающихся из малых миров.
Каждый залп — новая тонкая настройка формулы, каждый — иной результат, иное разрушение.
Вот она, чистая суть школы пластики энергий! Вот её подлинная романтика!
А ещё — возможность на две недели покинуть всё, стоять в безмолвии тьмы, глядя на звёзды и на далёкую землю под ногами.
После таких вылазок возвращаться было даже немного жаль: если бы не жена и ученики, он бы с радостью остался за барьером ещё на несколько дней, а то и месяцев.
И потому, когда он вернулся в Небесный Драконий город, ему потребовалось время, чтобы вновь привыкнуть к обыденности.
— Что? — удивился он. — Материалы для ускорителя уже готовы?
— Готовы! — золотой дракон Даймонд с грохотом ударил себя в грудь. — На последнем совете решили: всё выделить вне очереди! Сейчас по всем владениям идёт сбор, через полмесяца — а уже семь дней прошло — всё будет доставлено!
Полмесяца… Владыка Грома прикинул в уме: при размерах Драконьего острова это означало, что даже самые дальние драконы, едва услышав весть, должны будут сорваться с места, мчаться в свои гнёзда и обратно — на пределе скорости.
Что же случилось, что совет вдруг так поспешил, будто их подгоняет сама смерть?
Неужели за барьером дела настолько плохи?
— Э‑э… ну… — Даймонд замялся, глаза его забегали во все стороны.
Владыка Грома усмехнулся, глядя, как друг мучительно ищет слова, и не стал торопить.
Ах, драконы… опять что-то задумали и теперь ищут, кого бы подослать. Старые хитрецы сами не решаются, не посылают равного по рангу легендарного собеседника — всё сваливают на беднягу Даймонда.
Зачем? К чему такие игры?
Если бы дело и впрямь было серьёзное, он бы всё равно поговорил с ними напрямую.
— Ну… в общем, — промямлил наконец Даймонд, — маг Нордмарк добился новых результатов и запросил ещё ресурсы… Вот и решили объединить поставки.
Хруст.
Улыбка Владыки Грома застыла.
Так значит, он просто оказался в тени славы собственного ученика?
А Даймонд так мучился лишь затем, чтобы не задеть его гордость?
Смешно. Смеялся, смеялся — и в итоге смеялся над собой.
— Понятно… — вздохнул он. — Поговорю с ним лично.
Он стремительно покинул дом, спустился на Драконий остров, перенёсся в башню Грэйта — и уже там, не теряя ни мгновения, собрал учеников.
Новый ускоритель следовало возвести как можно скорее, с высочайшей точностью, оставив запас для будущих перестроек и замены частиц.
Проект требовал расчётов, чертежей, переработки материалов — работы — необъятное море.
Мгновение — и он исчез в сиянии Телепортации, возник на своих землях, а оттуда вновь шагнул в башню Грэйта.
Башня гудела, как улей.
— Что? Новый ускоритель?! — воскликнули пластики.
Новый, больший, мощнейший!
Это значило — больше экспериментов, больше проектов, которые прежний ускоритель не мог вместить.
И главное — личное руководство Владыки Грома!
Заклинатели и защитники тоже ликовали: новый гигант требовал новых чар, новых щитовых структур, новых расчётов — а значит, работы хватит всем.
Работа!
Работа!
Безмерная работа!
Огромные исследования, огромные возможности, огромный вклад в башню!
И, конечно, — огромный скачок вперёд: прошлый ускоритель дал двоим магам возможность перейти на новую ступень, а этот — сколько поднимет? Троих? Пятерых? А может, и больше?
— Да ну… опять пахать… — стонали трансмутации.
Во дворе громоздились горы материалов — руды, кристаллы, редчайшие субстанции, — столько, что склады не вмещали.
Сам ускоритель должен был превзойти башню размерами!
Многие материалы ещё не очищены, не переплавлены, и их общий объём превышал саму башню.
К счастью, магов было много, и «Превращение камня в грязь», и «Превращение грязи в камень», и прочие заклинания стабилизации среды исполнялись без труда.
Совместными усилиями они воздвигли в соседней долине целый ряд складов и рассортировали груды по видам.
Но мысль о том, что всё это предстоит переплавить, очистить, шлифовать, плавить снова — и шаг за шагом собрать гигантский ускоритель, а потом возвести на нём башню — заставляла трансмутаций стонать в унисон.
Ведь защитники и заклинатели подключатся лишь на финальной стадии, а вся подготовка — их доля.
— Спасите! Мы не успеем!
— Опять сверхурочные! Опять до изнеможения!
— Мы едва закончили измерительные устройства для драконьих яиц, и вот — новая каторга!
И ведь работать нужно быстро и без малейшей ошибки: ускоритель Владыки Грома, легендарного третьего ранга, — ошибись хоть на волосок, и взрыв сметёт всё.
Он-то, может, и уцелеет, а вот они — вряд ли.
— Эй… вам помочь? — в лабораторию просунулась чистая черепушка, без тела, — блестящая, как полированная кость.
— Похоже, у вас завал… Хотите, мы подключим рабочую силу? У нас ведь много нежити, можем помочь…
— Вон!!! — в один голос рявкнули трансмутации.
Работа — их работа!
Они пользовались редчайшими материалами башни, пили зелья восстановления сил, отдыхали в медитационных комнатах — и снова за дело.
Такое напряжение — лучший путь к прорыву.
В Нивисе им и мечтать не приходилось о подобном: там в день с огнём не отыщешь высоких материалов, всё приходится экономить до тошноты.
А здесь, на Драконьем острове, — горы драгоценных веществ, кости и кожа высших чудовищ, магические кристаллы, руды, насыщенные энергией, — бери и твори!
Даже камни из драконьих могил достали.
После той экспедиции двое архимагов продвинулись вперёд, изучая новые минералы.
Они вышвырнули череп в коридор и захлопнули дверь.
Из-за двери послышались стонущие голоса некромантов:
— Работы не дают…
— Материалы не делят…
— Трансмутации жадные, всё забрали себе…
— Хватит! — Грэйт устало прикрыл глаза. — Раз так много сил, добавляю ещё одну задачу: удвойте работу по клонированию! Попробуйте внести точечные изменения в хромосомы, посмотрите, что выйдет.
— Что?! Опять сверхурочные?!
Шесть тёмно-золотых черепов в один момент подняли таблички:
«Зачем долго спать при жизни; после смерти выспимся сполна.»
— Маг Нордмарк, — простонали они, — мы некроманты, а не личи! Только личам сон не нужен…
— Тише! — оборвал их руководитель трансмутаций, полулегендарный архимаг Тенаси Лонгель, прогуливаясь по лаборатории с руками за спиной. — Хочешь, я попрошу Нивис прислать ещё десяток архимагов семнадцатого-восемнадцатого уровня? Всё равно они там строят дирижабли, что тут, что там — разницы нет…
— Нет! — взвизгнули алхимики. — Ещё люди — значит, меньше материалов и работы для нас! Ни за что!
— Тогда увеличьте поставку кофе вдвое! Сегодня я отсюда не уйду!
— Мне вместо чаепития — бутерброд!
— Я сегодня даже мыться не пойду!
— Э‑э… можешь только держаться от меня подальше?…
