— Можно ли хотя бы пройти предварительное обследование? — спрашивали они. — А то вдруг у нас вовсе нет этой болезни, и выйдет, что зря проделали путь в тысячу ли. Какая жалость была бы!
На Старом Континенте, за тысячи миль отсюда, бесчисленные вельможи обращались к Магическому совету с просьбами. Статьи, опубликованные в журнале «Жизнь», оказались поистине бесценными: те, кто ещё надеялся на повышение уровня, мечтали о прорыве; те же, кому путь вверх был уже закрыт, надеялись хотя бы исцелиться.
Ведь кто из этих почтенных господ, проживших долгие годы, не страдал от недугов? У кого не появилось несколько лишних складок на животе, кому не стало тяжелее дышать и ходить, чем в молодости?
Магические свитки для измерения давления уже давно вошли в обиход: любой, кто не слишком стеснён в средствах, мог позволить себе такую покупку и раз в полгода проверять здоровье. А если жалко было тратить одноразовый свиток, можно было приобрести ртутный измеритель давления — устройство, требующее небольшой подготовки, зато пригодное к повторному использованию. Каждый день оно выдавало один и тот же приговор:
«Дорогой, у тебя снова высокое давление… снова высокое давление… снова‑снова‑снова…»
Говорили, что гипертония — следствие потери эластичности сосудов; стоит вернуть им упругость — и беда минует. Сама по себе она не смертельна, но вот сужение коронарных артерий — это уже буквально вопрос жизни и смерти.
Однако, кем бы ни был проситель — богатым или бедным, близким к Совету или нет — ответ всюду звучал одинаково: предварительного обследования не предусмотрено. Совсем.
— Разве что на вашей земле стоит башня мага, — объясняли чиновники. — И не какая‑нибудь низкоуровневая, а высокая, рассчитанная на магов пятнадцатого, восемнадцатого уровня и выше, вплоть до легендарных.
— Нет башни? Может, воспользоваться мощным магическим артефактом?
— Увы, нет, — отвечали с сочувствием. — Без достаточно сильного духа башни результаты сканирования попросту не будут рассчитаны.
Что важнее — вера или жизнь? Конечно, жизнь. Но увы, Светлая Церковь держала свои земли в железных тисках.
Если где‑то маг прошёл транзитом — могли закрыть глаза. Если знатный род тайком приютил мага низшего ранга — тоже могли сделать вид, что не заметили. Но построить на своей территории башню мага? Светлая Церковь непременно узнает. А тогда — кара неминуема: башня, владение, сам владелец — всё будет сметено гневом, подобным удару грома.
Когда же, наконец, Магический совет и Светлая Церковь вступят в открытую войну? — думали многие. — Если это случится, мы не вмешаемся, но уж точно не станем на сторону Церкви!
Тем более что теперь у Совета имелось всё то же, что и у Церкви, а порой и больше. Победит Совет — налоги хотя бы снизят.
— Кстати, если вы настаиваете на раннем обследовании… можете ли свободно передвигаться по Королевству Карпе?
Некоторым вельможам всё‑таки давали особые советы:
— На побережье Карпе, за проливом Холл, стоит башня мага достаточной силы. Магический источник там мощный, дух башни — тоже. Для обследования вполне подойдёт. От Карпе до города Хэйтингс быстроходное судно идёт всего три дня.
Договорившись заранее, можно было отправиться туда и обратно за трое суток: день в дороге туда, день — обратно, полдня — на проверку, а оставшееся время — на прогулку по Хэйтингсу.
Когда же этот бывший королевский рыбацкий порт успел обзавестись башней легендарного уровня — а по сути, Источником Вечности — и на какие средства? Те, кто не понимал, не интересовались; те, кто понимал, лишь многозначительно произносили:
— О‑о…
— На сегодня, — докладывала на еженедельном заседании госпожа Танна, член Совета по информации и мастер школы ментального влияния, — уже более трёхсот дворян из Королевств Карпе, Бролина и Рейна выразили желание пройти лечение или хотя бы обследование.
Она говорила с удовлетворением, глаза её сияли.
— Из них трое уже подтвердили намерение пересечь пролив Холл и прибытие в Хэйтингс. Кроме того, пятнадцать крупных торговцев ранга «Тайна» и выше уже направляются в Нивис.
— Придётся им подождать, — вздохнул член Совета по заклинаниям, в чьём голосе звучала и гордость, и бессилие. — Даже среди наших, кентских дворян, очередь растянулась на два месяца вперёд. А иностранным купцам, даже если Совет позволит пройти вне очереди, а архимаг Нордмарк проявит редкое милосердие, придётся ждать не меньше месяца.
Все знали: архимаг Нордмарк работал стремительно лишь тогда, когда пациент умирал у него на глазах. В остальных случаях он неизменно повторял:
— Мне нужно заниматься исследованиями! Если я их брошу, кто излечит болезни, для которых пока нет средств?
— Мы, конечно, не можем принуждать архимага Нордмарка, — мягко ответила госпожа Танна, заранее приготовившаяся к такому возражению. — Но у нас есть одна, возможно, наивная идея. Что, если разработать свитки или магические устройства, способные передавать это исцеляющее заклинание на расстояние? Тогда наши союзники, не имеющие возможности прибыть в Нивис, тоже смогли бы получить лечение, продлить жизнь или укрепить силы.
Мысль была разумной. Превратить заклинание в свиток — дело привычное, особенно для школы заклинаний. Единственное препятствие — согласие автора.
— Понимаю, — ответил Грэйт, не сказав ни «да», ни «нет». Он лишь резко повернулся и отдал распоряжение целителям в больнице:
— Ускорить испытания «Заклинания устранения кальцификации сосудов» и «Заклинания растворения жировых бляшек» при полном воздействии на организм! В течение месяца провести по двести серий опытов на каждое заклинание и представить результаты!
Целители, особенно смотрители лабораторных животных, пришли в ужас. Двести серий на одно заклинание — значит, четыреста на два, да ещё с контрольными группами! А животных в больнице — кот наплакал, и другим отделам они тоже нужны.
Спасите!
Но приказ уже отдан. Исполнителям оставалось лишь работать до изнеможения.
Через месяц Грэйт положил перед представителем Совета толстую рукопись.
— Публиковать или нет — решайте сами.
Советник торопливо развернул бумаги. Первые строки заставили его внутренне застонать:
«Заклинания устранения кальцификации сосудов и растворения жировых бляшек не рекомендуется применять на всё тело одновременно…»
Что это значит? Свитки отменяются?
