Он покраснел, не находя слов. В тот миг, когда ткань поднялась, он почти опьянел от её близости, но, взглянув на своё чёрное одеяние, понял, что его роль — лишь тень в этой пьесе.
В седьмой год правления Тяньли принцесса Дуаньи должна была выйти замуж. Всё было готово, оставалось дождаться утра.
Закат того дня пылал особенно ярко, окрашивая небо в пурпур. А ночью, едва стихли удары сторожевых барабанов, во дворце Цюи вспыхнул пожар. Пламя взметнулось, словно продолжая закат.
— Пожар! — закричали евнухи. Люди вскакивали с постелей, бросались к огню.
— Это же покои принцессы Дуаньи!
— Завтра свадьба! Что теперь делать?
— Не болтай, беги, зови стражу и предупреди Императора!
Синьюй, глядя на пламя, рыдала навзрыд, хватая за рукав воина:
— Господин, прошу, найдите мою госпожу! Принцесса пропала!
Огонь начался именно в её спальне. Служанки ночевали снаружи, принцесса велела не дежурить у дверей. Синьюй тогда обиделась, решив, что та хочет остаться наедине с тем тайным стражем. Но вскоре, в самую глухую пору ночи, её разбудил жар и треск пламени.
Покои принцессы были в самом центре пожара. Балки уже обуглились, крыша грозила рухнуть. Никто не решался войти. К счастью, вскоре небо потемнело, и хлынул ливень.
Лу Нянь, стоя вдали, смотрела на пылающий дворец и коснулась лица, перепачканного сажей:
— Надеюсь, не слишком обожглась? — пробормотала она. — Сыграла убедительно, чуть сама не сгорела.
Она усмехнулась.
— Если и вправду останется шрам, кто же возьмёт меня замуж? — не дождавшись ответа, она добавила: — Да и пусть. Лишь бы выбраться. Больше никогда не выйду замуж, проживу, как захочу.
— Я буду рядом всю жизнь, — тихо сказал он.
— Обещаешь?
— Да.
То была самая опасная ночь в жизни Лу Нянь. Луна висела над ними круглая, но с кровавым отблеском.
Дождь усиливался. К счастью, Цинь Сы знал дворец, и им удалось выбраться в суматохе. Когда за стенами показались первые огни города, Лу Нянь, дрожа, обняла его крепче.
— Пойдём, — хрипло сказал он.
Они не могли останавливаться. Император Хэ Дэ быстро поймёт, что случилось, и тогда начнутся поиски. Нужно было уйти как можно дальше.
Лу Нянь послушно следовала за ним. Она переоделась в мужское платье, нанесла тёмную маскировку на лицо, и теперь походила на юного спутника. Без отдыха они добрались до речной пристани и сели на судно, шедшее на юг, в земли Цзяннани.
Через два месяца люди Чанъи нашли их. Она передала Лу Нянь узелок с украшениями и деньгами, а также маленький листок с надписью изящным почерком:
«Пусть отныне мы никогда не встретимся».
Вскоре император объявил: принцесса Дуаньи погибла в пожаре, несмотря на долгие попытки врачей спасти её. Её место в брачном договоре заняла младшая принцесса Аньнин.
Когда Лу Нянь узнала о собственной «смерти», они уже достигли южных пределов страны. Она смеялась, одетая в лёгкое белое платье, с двумя крошечными цветами инчуня1 в волосах. Лицо её сияло, как у цветка, напитанного солнцем и дождём.
— Сы‑Сы, — позвала она мягко, — наигрались здесь, куда теперь?
Юноша в чёрном, с мечом за спиной, ответил:
— На северо‑запад.
Там у него был старый друг. Он хотел показать ей степи и горы после влажных южных равнин.
— Хорошо, — радостно согласилась она.
Пройдя немного, она притворно застонала:
— Устала. Неси меня.
Он привычно присел, подставив спину. Когда она обняла его за шею, Цинь Сы почувствовал лёгкое прикосновение к уху. Щёки его мгновенно покраснели.
Так, как и обещал, он всегда был рядом.
Прошло два года. После случайной беды и долгих испытаний они всё же поженились. Цинь Сы долго не мог привыкнуть к новой роли, считал, что недостоин её, и потому любил ещё бережнее, чем прежде.
Лу Нянь была счастлива. Она понимала теперь, что с самого начала её слова и поступки были лишь признанием в том, чего она тогда не осознавала. Но Цинь Сы об этом так и не узнал.
Детей у них не было, но до самой смерти он не покидал её, так же, как в тот первый день, когда мальчик и девочка встретились во дворцовом саду, и он пообещал:
«Я всегда буду рядом».
- Инчунь (迎春, yíngchūn) — жасмин раннего цветения. ↩︎
