Ли Чэ улыбнулся и протянул руку Цзи Миншу.
— Здравствуйте, я Ли Чэ.
— Очень приятно, Цзи Миншу.
Он держался вежливо и сдержанно, лишь слегка пожал её ладонь и почти сразу отпустил. После этого Ли Чэ не забыл поприветствовать Гу Кайяна и Цзян Чунь. У этих двоих знаменитостей были назначены встречи, поэтому разговор не затянулся. Перед уходом Цзи Миншу всё же ответила Мэн Сяовэй:
— Я подумаю насчёт передачи и свяжусь с вами, когда решу.
Мэн Сяовэй с радостью кивнула.
К вечеру небо окрасилось мягким сиянием заката; по горизонту медленно растекались переливы света, тёплые и чуть туманные, будто дышащие неясной нежностью. Машина Цзэн Сэня уже ждала у здания журнала «Нулевая степень». Цзи Миншу весь день проходила на каблуках и порядком устала. Едва сев в автомобиль, она спросила:
— Что у нас на ужин?
— Поедем домой, я приготовлю, — ответил Цэнь Сэнь.
— Ты сам будешь готовить?
Он бросил на неё короткий взгляд, не произнеся ни слова, но в его глазах ясно читалось: «А ты хочешь готовить сама?»
Цзи Миншу на миг растерялась, потом потёрла икру ноги.
— И что ты собираешься делать?
— Обжаренную спаржу, бланшированный салат и тушёные свиные рёбрышки.
Тушёные рёбрышки? У Цзи Миншу тут же заурчало в животе.
В этот день у Цзэн Сэня было немного дел. Перед тем как заехать за ней, он заехал в супермаркет и отправил Чжоу Цзяхэна купить продукты, особо велев взять нежные рёбрышки.
Вернувшись в особняк Миншуй, Цзи Миншу растянулась на диване с телефоном, время от времени приподнимаясь, чтобы взглянуть, как продвигается готовка. Она вынуждена была признать: этот мужчина, Цзэн Сэнь, и впрямь умен. С детства он учился быстрее других, а когда вошёл в компанию, сразу проявил выдающиеся способности. Даже дома, за плитой, он сохранял ту же чистоту и точность движений.
Издали его высокая, стройная фигура у кухонного острова напоминала картину. Вблизи же рукава рубашки были аккуратно закатаны, образуя мягкие складки; длинные тонкие пальцы с чёткими суставами ловко обращались с продуктами. каждое движение было точным и красивым, доставляя удовольствие одному лишь наблюдению.
Жизнь Цзи Миншу была проста, еда, питьё и немного денег на удовольствия и она довольна. Когда рёбрышки подали на стол, она с воодушевлением сфотографировала блюдо, наложила фильтр и выложила снимок в WeChat с подписью: «Рёбрышки от мужа, прямо в сердце». Можно сказать, после двух лет безумных фотошопов от миллионных редакторов она впервые показала настоящие чувства.
Ела она с тем же энтузиазмом. Хоть и брала кусочки аккуратно, но скорость её ничуть не уступала мужу. Не заметив, как, Цзи Миншу съела всю тарелку одна.
За весь вечер она так и не задумалась, почему Цэн Сэнь вдруг повёл себя не по‑прежнему, сам заехал за ней и приготовил её любимые рёбрышки. Лишь позднее, когда они смотрели фильм в домашнем кинотеатре и Цэн Сэнь внезапно прижал её к себе, она смутно поняла его настоящий замысел. Впрочем, если подумать, близости у них давно не было.
Когда его губы коснулись её, Цзи Миншу ощутила в нём странную, сдержанную чувственность. Поцелуи ложились густо, дыхание было горячим, и кожа за ухом вспыхнула румянцем. Это ощущение показалось ей непривычным.
Раньше она не возражала против его ласк: Цэн Сэнь был чистоплотен, движения его, мягки, и всё происходило без неловкости. Но и особого влечения она не испытывала, скорее исполняла супружеский долг, как ежемесячную отметку. Сегодня же в сердце её зародилось лёгкое смущение, даже радость. Особенно когда она увидела, как в его зрачках вспыхивает желание, а в глубине глаз проступает красноватый оттенок, это чувство стало ещё сильнее.
Поздно ночью, в ванной, среди клубов пара, Цзи Миншу сидела в объятиях Цэн Сэня. Всё тело ныло от усталости, но сна не было; прижавшись к нему, она всё равно зевала раз за разом, пока на глазах не выступили слёзы.
— Устала?
— Нет, — ответила она.
Возможно, близость действительно усиливает привязанность. Мысль, которую она несколько дней не решалась высказать, вдруг всплыла сама собой, и Цзи Миншу произнесла её с полной уверенностью. Уткнувшись пальцем в кадык Цэн Сэня, она спросила:
— На днях Шу Ян сказал, что твоя бывшая возвращается. А сегодня Гу Кайян упомянул, что их журнал хочет взять у неё интервью. Что ты об этом думаешь?
— Ли Вэньинь?
— Имя ты помнишь довольно чётко.
Цэн Сэнь чуть замедлил дыхание.
— Никак не думаю.
Такой ответ Цзи Миншу не удовлетворил, но требовать клятв, значит показать, что она слишком переживает, а это унизительно. Она немного помолчала и добавила:
— Вот и хорошо. Но если ты вздумаешь изменить, и я узнаю, я подам на развод. Запомни.
Цэн Сэнь понял, что ему неприятно само слово «развод», и лишь неопределённо промычал, не желая продолжать разговор.
Когда они немного посидели в воде, он спустил её, поднялся и, взяв мягкий тёплый халат, укутал Цзи Миншу, потом вынес её из ванной. По дороге к спальне он заметил, что она опустила ресницы и теребит пояс халата, явно чем‑то расстроенная. Неизвестно почему, но, уложив её на постель, он всё ещё держал ладонь на её талии, а другой рукой опёрся рядом с её лицом.
— Ты ведь сама сказала — «бывшая девушка», — тихо произнёс он. — Значит, знаешь, я не из тех, кто любит оглядываться назад.
Моя королева, мои правила — Список глав
