Прогноз погоды обновлялся в реальном времени, завтра в столице ожидался дождь, а температура должна была резко упасть до восьми–десяти градусов. Горожанам советовали одеваться теплее и быть осторожнее в дороге. Но хотя похолодание предсказывали на завтра, первые его приметы проявились уже ночью. По поверхности озера Миншуй пробежали мелкие ряби, а снаружи позднеосенний ветер поднимал с земли опавшие листья. Под тёплым жёлтым светом фонарей, что горели всю ночь, улица казалась окутанной мягкой, чуть туманной печалью.
Цэнь Сэнь не вернулся в спальню и не пошёл отдыхать в гостевую комнату. После телефонного разговора он снова опустился на диван в гостиной и, прикрыв глаза, задремал. Южное окно с четырьмя створками было приоткрыто наполовину, и редкий ночной ветер осторожно проникал внутрь, шелестя листьями у его уха. Если прислушаться, можно было различить тихое стрекотание насекомых. На втором этаже всё оставалось безмолвным.
После того как он запер дверь, Цзи Миншу не кричала, не ругалась и не билась о створку в бессмысленной ярости. Сил у неё просто не осталось. Наплакавшись, она чувствовала, будто голова налита тяжёлой, вязкой массой, которая начинала болеть от малейшего движения. На губах, шее и щеках ещё жгло воспоминание о его поцелуях, словно тепло губ Цэнь Сэня не рассеялось. Она свернулась у изножья кровати, прижимая к лицу подушку. Сначала хотела лишь немного успокоиться, унять дрожь от пережитого, но, не заметив, как, уснула, обняв подушку.
Говорят, что дневные мысли приходят ночью во сне. Всю ночь ей снилась Ли Вэньинь.
Отец Ли Вэньинь был шофёром семьи Цзи и погиб вместе с родителями Миншу в автомобильной аварии, когда те ехали показывать всем своё счастье. После его смерти семья Цзи, движимая жалостью, предложила вдове и осиротевшей дочери щедрое возмещение. Но мать Ли Вэньинь отказалась, прямо сказав, что гибель мужа, несчастный случай на службе, семья Цзи не виновата, и потому она не имеет права брать такие деньги. Если же это проявление человеческого сочувствия, пусть лучше дадут ей работу, чтобы она могла зарабатывать собственным трудом.
Так и вышло. Женщина с твёрдым характером вскоре поселилась в доме Цзи, став няней бабушки Цзи, и благодаря этому нашла себе место куда лучше, чем у покойного мужа.
Миншу помнила, как мать и дочь впервые переступили порог их дома. Все относились к ним с участием, отец Ли долгие годы служил семье, и хотя заслуг особых не имел, трудился честно. Человека не стало, но память о нём осталась. Когда Ли Вэньинь подросла, бабушка Цзи распорядилась, чтобы девочку определили в ту же школу для детей сотрудников, где учились и другие ребята из их круга.
Была ли это искренняя забота или просто нежелание прослыть неблагодарными, жизнь Ли Вэньинь действительно изменилась к лучшему благодаря семье Цзи.
Когда Миншу в детстве ссорилась с ней и, не сдержавшись, выкрикнула:
— Ты всего лишь дочка няни, кто ты такая, чтобы меня поучать! —
бабушка Цзи услышала это, строго отчитала внучку и даже ударила по ладони.
Тогда Миншу не поняла, что наказали её не за обиду, нанесённую Ли Вэньинь, а за то, что девочке из семьи Цзи недопустимо говорить столь грубо и невоспитанно. Она лишь чувствовала ярость и обиду, ведь первой начала Ли Вэньинь, насмешливо заявив, что играть в куклы в её возрасте стыдно, а в итоге наказали почему‑то её!
Подобные случаи повторялись не раз, и дома, и в школе. Пережив немало таких мелких, но горьких несправедливостей, Миншу постепенно научилась не поддаваться на провокации. К тому же в средней и старшей школе дети уже иначе смотрели на мир: важными становились происхождение, связи, положение семьи. Здесь у Миншу было естественное преимущество. Порой ей даже не приходилось ничего объяснять, окружающие сами вставали на её сторону.
Но это не означало, что Ли Вэньинь оставила её в покое. Если Миншу с подругами укорачивали юбки школьной формы, на следующий день их непременно ловила и наказывала дежурная по коридору, случайно оказавшаяся Ли Вэньинь. Если Миншу бежала на физкультуре черепашьим шагом, Ли Вэньинь обгоняла её и язвительно бросала колкость. Стоило Миншу признаться подругам, что ей нравится какой‑то старшеклассник, как через несколько дней Ли Вэньинь уже сидела с ним в столовой, смеясь и обсуждая учебу.
Все эти сцены вновь и вновь повторялись в её сне. Потом образы начали меняться, и рядом с Ли Вэньинь появился Цэнь Сэнь. Миншу словно наблюдала всё со стороны, будто прозрачная тень, видела, как они идут по вечернему рынку возле школы, как Цэнь Сэнь мягко треплет Ли Вэньинь по волосам, как на его губах появляется улыбка. Даже оставаясь бесплотным свидетелем, она ощущала в сердце тонкую, едва терпимую боль.
Цэнь Сэнь не знал, что снится Миншу. Он лишь видел, как она лежит на боку, свернувшись, как маленькая креветка, с нахмуренными бровями и всё ещё крепко прижатой к себе подушкой. Он не включал свет и не издавал ни звука. При слабом, мутном лунном свете, льющемся из окна, он осторожно поднял Миншу, уложил её на подушку и аккуратно спрятал руки под одеяло. Потом тихо сел на край кровати и долго смотрел на её лицо. В груди шевельнулось желание коснуться её, но рука так и осталась лежать у края, не поднявшись.
Посидев немного, он снова встал, поправил края одеяла и бесшумно вышел.
К трём часам ночи ветер утих. У подоконника всё ещё не спала бегония.
А ранним утром, когда Миншу проснулась, глаза её по‑прежнему были тяжёлыми…
Глаза саднили и немного припухли. Когда Цзи Миншу коснулась век, она ощутила лёгкую отёчность и тонкое жжение под пальцами. Эмоции — странная вещь, вспыхивают мгновенно и так же быстро угасают. После ночных слёз, проснувшись, она почувствовала пустоту, будто всё выгорело внутри. Даже воспоминания о сне, ещё недавно тревожившем её, теперь казались бледными и далекими.
Посидев некоторое время на кровати, она наконец поднялась и пошла в ванную, умыться, привести себя в порядок. Телефон на тумбочке стоял в беззвучном режиме, но с вечера экран то и дело вспыхивал коротким светом, приходили новые сообщения. Когда Миншу вернулась и взяла аппарат в руки, на экране высветилась целая череда уведомлений в WeChat, от знакомых и посторонних, с утешениями, расспросами, сочувственными словами. Не ответить никому оказалось проще всего.
Моя королева, мои правила — Список глав
