В конце концов Цзи Миншу всё‑таки приняла подарок Цэнь Сэня, того самого, кто проделал тысячи ли, чтобы вручить себя лично. На лице её застыло притворное недовольство, но в сердце теплилась робкая радость. Чуть позже десяти вечера Цэнь Сэнь понёс её в ванную. Щёки у Миншу пылали, подбородок блестел от пота, несколько влажных прядей прилипли к тонким щекам. Цэнь Сэнь опустил её в тёплую воду и осторожно убрал с лица непослушные волосы. Его ясные глаза смотрели прямо, голос, как всегда, низкий, с едва заметной усмешкой:
— У тебя слабая выносливость, нужно больше тренироваться.
Цзи Миншу, не раздумывая, ущипнула его за щёку и оттолкнула:
— Надоел!
В её тоне смешались смущение и кокетство, но не было ни капли настоящего раздражения. Она знала, что сил у неё немного, но не представляла, что у Цэнь Сэня их хватит, чтобы раз за разом разрушать границы её воображения. Он прибыл в Париж лишь прошлой ночью, а уже сегодня вечером был дома, и между тем успел провести переговоры с инвесторами. Даже с учётом встречающих, перелётов и короткого сна в самолёте, такая гонка выматывала до предела. Миншу думала, что вручение подарка займёт минут двадцать, не больше, но явно недооценила его.
В ванне вода тихо колыхалась. Когда Миншу вымыла голову, Цэнь Сэнь расчёсал её волосы, отжал воду и надел сушащую шапочку. Он никогда прежде не делал подобных вещей и теперь, следуя её указаниям, двигался немного неуклюже. К счастью, Миншу это только забавляло. Она поправила выбившуюся прядь, взглянула на него краем глаза и, не удержавшись, чуть заметно улыбнулась.
Она не ужинала, а потом несколько часов «занималась спортом», так что теперь чувствовала усталость и голод. После купания Цэнь Сэнь достал из холодильника остатки продуктов, сварил две миски лапши с помидорами и яйцом и отдал Миншу последние ломтики ветчины. Насытившись, она на редкость смирно улеглась в постель и, не требуя ни внимания, ни услуг, стала рассказывать о неприятностях последних двух дней.
Цэнь Сэнь уже знал подробности из отчёта Чжоу Цзяхэна, но тот, разумеется, не передавал её чувств. Слушая, как Миншу то сердится, то смеётся, он вдруг повернулся и тихо сказал:
— Прости.
Шторы были распахнуты, и за панорамными окнами зимнее небо, тёмное, как тушь, сияло редкими звёздами. Цэнь Сэнь притянул её к себе, провёл длинными пальцами по мягким волосам. Его голос, пропитанный влажным теплом ещё не высохших прядей, звучал особенно мягко:
— На этот раз я заставил тебя страдать. Обещаю, больше такого не будет.
У Миншу защипало в носу. Ей бы, пожалуй, хотелось услышать не «прости», а «я люблю тебя», но эти слова всё равно всколыхнули обиду, спрятанную глубоко внутри. Вчерашний страх, будто падение в ледяную яму, не исчез после сна. Она ведь не звезда и не блогер, не живёт за счёт поклонников и сетевой славы. Она не совершила ничего непростительного — почему же должна иметь «крепкое сердце», чтобы выносить чужие оскорбления и проклятия?
Она не хотела говорить дежурное «всё хорошо» или «я не сержусь», ведь виноват был он! Подумав об этом, Миншу резко укусила его за шею и с возмущением воскликнула:
— Мне было так обидно!
— Эти третьесортные фанатки даже сделали мне фальшивые похоронные фото! Знаешь, какие они были уродливые? И ведь одна из них, видимо, решила, что я слишком молода, чтобы умереть, и пририсовала мне морщины и седину! Я чуть не взорвалась от злости!
— В общем, всё из‑за тебя! Ты из тех, кто легко признаёт ошибки, но никогда не меняется. Нет, сегодня ты обязан меня компенсировать!
— Хорошо, компенсация, — спокойно ответил он.
— И как ты собираешься это сделать? Я хочу предложение! Сейчас же! Быстро, быстро, не думай, что отделаешься!
Цэнь Сэнь задумался.
— Может, открыть для тебя студию интерьерного дизайна?
— Ты вообще человек? — Миншу уставилась на него. — По‑твоему, «компенсация» — это заставить меня работать, чтобы я зарабатывала и содержала семью?
Неужели она слишком убедительно изображала независимую женщину, раз он решил, будто она мечтает о карьере? Цэнь Сэнь помолчал, потом предложил:
— Тогда, может, купить тебе остров? Такой, где можно увидеть северное сияние.
Недавно он встречался с господином Чаном, одним из инвесторов проекта «Южная бухта». Тот, разговорившись о семье, упомянул, что приобрёл частный остров за границей, собирается построить там виллу и нанять людей для ухода за пляжем. Отдыхать там, говорил он, будет спокойно и приятно. Господин Чан добавил, что может познакомить с надёжными продавцами, на некоторых островах вода настолько чиста, что видны Млечный Путь и сияние. Тогда Цэнь Сэнь заинтересовался, но вскоре закрутился в делах и забыл. Теперь, вспомнив, не был уверен, понравится ли Миншу такая «компенсация».
Но Цзи Миншу как раз из тех женщин, которых способны ослепить деньги, драгоценности, яхты, самолёты и частные острова. Не раздумывая ни секунды, она радостно согласилась, и настроение её переменилось мгновенно. Ещё минуту назад она собиралась спорить, а теперь нежно прижалась к нему, массируя плечи и сияя глазами. С восторгом расспрашивала, где находится остров, велик ли он, можно ли дать ему имя, как долго сохраняются права собственности, удобно ли устраивать вечеринки и не слишком ли холодно там, где видно сияние.
Цэнь Сэнь, человек предельно деловой, увидев её живой интерес, сразу поручил Чжоу Цзяхэну заняться этим делом.
Моя королева, мои правила — Список глав
