Цзи Миншу до сих пор помнила, как когда‑то Цэнь Сэнь насмешливо отозвался о её желании участвовать в проекте дизайнерского отеля «Цзюньи», предложив, что, быть может, если она трижды по девять раз преклонит колени и ударится лбом о землю в Потала‑дворце, то и небо, и земля сжалятся над ней. Теперь, когда великая месть свершилась, настроение у неё было, разумеется, превосходное. Поздней ночью, когда облака рассеялись и дождь утих, она лениво устроилась в объятиях Цэнь Сэня, играя его ресницами и сонно размышляя: мужчины остаются мужчинами, на словах он уверяет, будто допустил её к проекту из‑за возросшего мастерства, а на деле тело его говорит честнее, ведь завтра ему к восьми утра на совещание, а он всё ещё не щадит себя до трёх ночи… Не успела она додумать, как сон мягко унёс её в свои владения.
После Нового года Цэнь Сэнь, как и положено, явился на первое исполнительное собрание «Цзюньи», безупречно одетый в костюм. Когда заседание завершилось, он во главе группы руководителей спустился вниз, чтобы осмотреть рабочие зоны отделов. Лицо его, как всегда, оставалось приветливым, но отстранённым. Куда бы он ни направился, вокруг него будто образовывалась невидимая десятиметровая граница, никто не смел вести себя непринуждённо. Все стояли чинно, слушая речи начальства, хотя, по правде сказать, лишь треть действительно внимала словам. Другая часть думала о делах и личных заботах, а оставшиеся, завидев Цэнь Сэня, невольно вспоминали последние сплетни о генеральном директоре и его супруге.
В сети судачили, будто их глава подкаблучник, но, глядя на его выражение — словно восемнадцать поколений предков каждого из присутствующих задолжали ему по сто восемьдесят миллиардов, трудно было представить, как этот человек может робеть под властью жены. Однако сотрудникам проектного отдела довелось мельком увидеть и другую его сторону.
Когда обход закончился, Чжоу Цзяхэн задержался на минуту и велел руководителю группы А проекта «Коллекция Цзюньи» пока не утверждать список дизайнеров: нужно добавить ещё одно имя. На вопрос о подробностях он ответил, что материалы пока не готовы, но имя назвал.
— Цзи Миншу.
После его ухода начальник спросил у команды:
— Кто такая Цзи Миншу? Слышали о ней?
Все переглянулись с видом, в котором ясно читалось: «Начальник, вы что, ни в сеть не заходите, ни корпоративные чаты не читаете?»
Наконец кто‑то ответил:
— Конечно, слышали…
— Это же жена генерального директора.
Пока Цэнь Сэнь был на работе, Цзи Миншу усердно составляла свой новогодний план. В нём речь шла не только о делах, она включила туда приёмы, путешествия, Неделю высокой моды и даже пункт, начать с Цэнь Сэнем «период свиданий», чтобы войти в режим влюблённой пары.
Прочитав список, Цзян Чунь дала ей искренний совет:
— По‑моему, в твоём плане не хватает одного очень важного пункта.
— Какого?
— Подготовки к беременности и рождению ребёнка, конечно.
Цзян Чунь произнесла это так естественно, словно речь шла о чём‑то само собой разумеющемся, и тут же пустилась в рассуждения, удивительно похожие на речи второго дяди Цзи Миншу. Та с недоумением посмотрела на подругу:
— С чего это ты вдруг об этом заговорила?
Обычно эта «гусыня» не могла сказать трёх фраз, не упомянув, как вкусно она поела, а теперь, после праздников, будто перескочила через стадию добродетельной жены и сразу вступила в роль заботливой матери. Цзян Чунь загадочно и чуть смущённо улыбнулась, но в глазах её мелькнула гордость; она вытянула руку и замахала ею перед лицом подруги.
У Цзи Миншу было столько бриллиантовых колец, что она надевала их наугад, не придавая значения. Если бы Цзян Чунь не намекнула столь явно, она бы и не заметила. Через три секунды замешательства Цзи Миншу спросила:
— Вы с Тан Чжичжоу… не перепутали порядок, сначала телега, потом лошадь?
— Что за чушь! — возмутилась Цзян Чунь. — Мы с Тан Чжичжоу совершенно чисты, ясно? Это обручальное кольцо! — и легонько хлопнула подругу по руке.
Цзи Миншу едва удержалась, чтобы не закатить глаза.
— Всего лишь помолвка, а ты уже о детях думаешь? Может, хоть немного амбиций?
Цзян Чунь криво усмехнулась:
— Если честно, я о детях думала ещё до помолвки.
Цзи Миншу не понимала, чем заслужила такую участь, даже за чашкой чая с лучшей подругой её настигали разговоры о «скорейшем рождении плодов любви». Если бы Цзян Чунь не ограничилась одним ребёнком, она бы заподозрила, что второй дядя распространил свою идеологическую кампанию и на её подруг, решив окружить её «дружеским кольцом убеждения».
Она вовсе не была против детей, просто считала, что они с Цэнь Сэнем лишь недавно открыли друг другу чувства и ещё не успели насладиться временем вдвоём. Сразу заводить ребёнка казалось поспешным. Ей хотелось восполнить то, чего не было в студенческие годы, лёгкость и радость свиданий. Но, вспомнив, как занят Цэнь Сэнь, она снова приуныла, он до сих пор не ответил на её сообщение в WeChat. Какое уж тут «свидание»! В студенческие времена парень, который так себя ведёт, был бы брошен три тысячи девятьсот восемьдесят шесть раз подряд!
Будь то совпадение или нет, но вскоре пришёл ответ от Цэнь Сэня:
«Завтра мне нужно в командировку в Синчэн.»
Такой ответ был хуже, чем полное молчание, TvT!
«Хочешь поехать со мной?» , пришло следом.
Он уже набрал ещё одно сообщение: «Если поедешь, покажу тебе дизайнерский отель, который «Вистер» открыл в Синчэне.» Но отправить не успел, Цзи Миншу уже ответила коротким «Да!» и добавила восторженный восклицательный знак.
Цэнь Сэнь прикрыл губы ладонью и вдруг тихо улыбнулся.
Моя королева, мои правила — Список глав
