Когда маленький Цэнь Янь был ещё совсем крошкой, у Цзи Миншу и Цэнь Сэня не было особого ощущения, что они — родители. Даже когда ребёнок плакал, он лишь лепетал что-то невнятное, и почти всегда няня умела его успокоить. Но когда Янь Бао исполнилось полтора года, он уже мог говорить простыми, сбивчивыми фразами и привык к своим неопытным отцу и матери. Тогда, заплакав, он звал их, «Баба, Мама», и в этих словах звучала такая искренность, что сердце сжималось. Простые уговоры няни больше не помогали — приходилось, чтобы кто-то из них сам подошёл и утешил малыша.
Хотя забота о ребенке порой доставляла хлопоты, по мере того как Янь Бао рос, Цзи Миншу и Цэнь Сэнь постепенно осознали: он не просто забавная игрушка, которую можно взять на руки, когда есть настроение, и отложить, когда нет. Он — часть их жизни, неотъемлемая и долгая, и многое нельзя перекладывать на чужие руки. Оба они выросли в неполных семьях и знали, как важно для ребёнка тепло и целостность домашнего очага. Поэтому с каждым днём они становились всё внимательнее к сыну.
Теперь Цэнь Сэнь официально занял должность в компании «Цзинь Констракшн» , совмещая пост генерального директора «Цзюньи» и вице‑председателя совета директоров «Цзинь Констракшн». Ответственности прибавилось, дел стало больше, но он неизменно выделял два дня в месяц для семейных поездок втроём. Когда не требовались командировки, он возвращался домой пораньше, чтобы провести вечер с Цзи Миншу и маленьким Цэнь Янем.
Дела студии интерьерного дизайна Цзи Миншу тоже шли успешно. В штате было пять дизайнеров, включая её саму, и десять помощников. Студия занималась исключительно творческими проектами, оформлением художественных галерей, кафе, частных вилл. Каждый год они брали несколько благотворительных заказов, выполняя дизайн без оплаты. Несмотря на высокие расценки, клиентов не убавлялось, очередь расписана на три месяца вперёд. Сама Миншу брала только те проекты, что вызывали у неё интерес, на прочие просто не оставалось сил, общественные встречи, заботы о сыне, да и сам Янь Бао был к ней очень привязан.
Когда мальчику исполнилось два с половиной года, настало время задуматься о детском саде. В Столице (Имперском городе) выбор был огромен, глаза разбегались. Цзи Миншу отобрала несколько достойных вариантов, но у каждого находились свои достоинства и недостатки, и она никак не могла решить. Тогда она позвонила Цэнь Сэню.
Он в тот момент играл в покер с Чи Ли и Цзян Чэ в клубе. Чи Ли и Цзян Чэ как раз обсуждали возможность совместного проекта по созданию новой интернет‑платформы; они были знакомы не близко, и Цэнь Сэнь выступал посредником. Получив звонок, он выслушал жену, затем отложил телефон, неторопливо разложил карты, лежавшие рубашкой вверх, и, вытащив даму бубен, легко постучал ею по краю стола.
— В каком детском саду учился Цзян Сычжоу? — спросил он спокойно, выкладывая карту.
Цзян Чэ без труда положил короля бубен:
— Твой Цэнь Янь уже идёт в сад?
Цэнь Сэнь коротко подтвердил.
— Сад, где был Сычжоу, неплохой, — продолжил Цзян Чэ, — но он в Синчэн. Ты ведь не собираешься туда возить?
Цэнь Сэнь чуть замедлил движение, только теперь вспомнив, что они в разных городах, и перевёл взгляд на Чи Ли. Тот даже не поднял головы, постучал костяшками пальцев по столу и, играя словами, бросил:
— Пас.
Чи Ли был на несколько лет моложе, не женат, и, разумеется, ничего не знал о детских садах. Цэнь Сэнь не стал уточнять. Когда партия закончилась, он поднялся, взял у Чжоу Цзяхэна пальто.
— Вы договаривайтесь дальше, — сказал он. — У меня дома дела, поеду.
Оба остались за столом, не удерживая его. Когда он ушёл, Чи Ли опустил глаза, перетасовал колоду и усмехнулся:
— Подкаблучник.
Цзян Чэ приподнял бровь, но промолчал.
— Ах да, — вспомнил Чи Ли, усмехнувшись, — господин Цзян ведь тоже из таких.
— В преданности жене нет ничего дурного, — спокойно ответил Цзян Чэ, пригубил виски и перевёл разговор на проект.
Пока они обсуждали детали сотрудничества, тот самый «подкаблучник» уже вернулся домой, помогать жене выбирать детский сад.
— Мне кажется, — говорила Цзи Миншу, — этот международный сад хорош и по обстановке, и по преподавателям. У них и начальная школа сильная, если он пойдёт туда с самого начала, то будет учиться с теми же детьми, не придётся привыкать заново.
— В целом вариант неплохой, — продолжила она, — хотя требуется грин‑карта или разрешение на жительство в Гонконге, но, думаю, это можно обсудить.
Она указала на другой вариант:
— Этот тоже хорош, с отличной репутацией, работает давно. Но там слишком много детей в группе, да и помещения староваты.
— А вот этот… — Миншу задумалась. — Вроде бы всё в порядке, но есть одно «но»: они принимают только на полный пансион. Маленький Лентяй ещё слишком мал, чтобы жить отдельно, — мне не по себе от этой мысли.
