Чжао Чжилань пару дней назад заявила в полицию, но полицейские в ходе поисков так и не нашли ту собаку, что напугала её дочь и сына.
Хотя сейчас был не сезон цветения рапса, Чжао Чжилань как мать всё равно тревожилась. Последние пару дней она каждый день лично забирала и отводила сына, и, не видя пса долгое время, наконец успокоилась.
Четырёхлетний Бэй Цзюнь целыми днями размахивал маленьким мечом, желая подняться на небеса и спуститься под землю1.
Пока Чжао Чжилань готовила еду, а Бэй Яо делала уроки, он вместе с приятелями лазил по нескольким старым тутовым деревьям за пределами жилого комплекса.
Тутовые деревья были уже очень старыми, как и сам жилой комплекс; они были намного старше этих детей.
Бэй Цзюнь был самым младшим, и пока мальчишки семи-восьми лет уже взобрались наверх, он всё ещё карабкался своими короткими ручками и ножками.
Один мальчик рассмеялся:
— Ха-ха-ха, Бэй Цзюнь, не лезь, просто стой внизу и смотри.
Бэй Цзюнь ужасно обиделся:
— Я хочу играть с вами!
— Вот и играй со своим драгоценным мечом.
Смех резко оборвался.
Один из мальчиков на дереве в ужасе уставился на примчавшуюся издалека чёрную собаку:
— Эта собака!
Бэй Цзюнь, сжимая свой мечик, вмиг разрыдался от страха. Это была та самая собака, которую он тогда видел с цзецзе. Она с громким лаем неслась прямо на него, и Бэй Цзюнь даже не мог удержать свой игрушечный меч.
Бродячий пёс набросился, и дети один за другим заплакали от испуга.
Однако никто из тех, кто был на дереве, не посмел спуститься и спасти младшего диди.
Все были до смерти напуганы. Ходили слухи, что бродячие собаки могут загрызть ребёнка до смерти.
Сквозь затуманенные слезами глаза Бэй Цзюнь почувствовал, как его подхватили чьи-то сильные холодные руки.
Подросток прикрикнул:
— Твою мать, заткнись.
Бэй Цзюнь испуганно смолк. Из-за того, что ему пришлось его держать, Пэй Чуань крепко нахмурился.
Он одной рукой подхватил Бэй Цзюня и забросил его на дерево. Собака уже вцепилась ему в ногу.
Бэй Цзюнь обхватил ствол дерева и посмотрел вниз.
Подросток с обнажённым торсом, с холодным взглядом, наносил удар за ударом по голове бродячего пса. Затем он прижал его и начал бить о камни.
Пёс был безумен, он не боялся смерти и отчаянно сопротивлялся. Под плач детей взгляд подростка стал ледяным и свирепым, и постепенно бродячая собака затихла. В судорогах она повалилась под дерево.
Место было недалеко от жилого комплекса, поэтому лай и громкий плач детей привлекли взрослых.
Бэй Яо сбежала вниз и увидела, что там уже собралось несколько взрослых.
Пэй Чуань сидел на земле, подогнув колени. Его руки были в крови, а рядом лежало тело мёртвой собаки.
Её младший брат на дереве рыдал навзрыд.
У Чжао Чжилань руки ещё были в масле. Увидев это, она сразу поняла, что произошло. Её печень и желчный пузырь едва не разорвались от ужаса2.
Она поспешила снять маленького Бэй Цзюня с дерева.
Родители других детей тоже поочерёдно снимали своих чад.
С большой вероятностью собака была бешеной.
Взрослые в панике осматривали тела своих детей.
Бай Юйтун спустилась посмотреть на переполох и увидела сводного гэгэ, сидящего на земле. Выражение его лица было холодным, словно лёд, застывший в декабре.
Труп собаки выглядел жутко. Глаза не закрыты, оскалённые острые зубы.
На мгновение Бай Юйтун испугалась. Разве это человек? Разве человек может забить бродячую собаку так, что у той мозги разлетятся?
Его руки были полностью в крови, он сидел там неподвижно.
На штанине виднелось несколько следов от собачьих зубов. Однако все осматривали детей, и никто не подошёл, чтобы помочь ему подняться.
Сердце Бэй Яо словно окатили ведром ледяной воды. Она растолкала толпу и подбежала к нему.
В её миндалевидных глазах стояли слёзы. Она попыталась помочь ему встать:
— Пэй Чуань.
Он молча взглянул на неё. Спустя столько лет она снова плакала из-за него.
Его руки были в грязной крови.
В памяти снова всплыла сцена из детства, когда во время весенней экскурсии он убил змею. Те невинные взгляды тогда избегали его, как змей и скорпионов.
Он мягко отстранил Бэй Яо локтем, чувствуя пустоту в душе.
Оказалось, что даже когда он вырос, разбогател и стал расчётливее, он всё равно не может стать героем, оставаясь лишь изгоем.
Окружающий плач на мгновение затих. Пэй Чуань отверг помощь Бэй Яо и сам попытался подняться с земли.
Однако он снова повалился назад.
Только тогда все осознали, что голень этого подростка была сильно повреждена.
Тишина.
Он не был обычным человеком, поэтому терял равновесие. Он дважды предпринял неловкие попытки встать, ни разу не взглянув на Бэй Яо. Наконец, с третьей попытки, он, стиснув зубы, поднялся.
Окружающие смотрели на него, но он не смотрел ни на кого. Сохраняя остатки гордости, он потащил свою искалеченную, пришедшую в негодность конечность к дверям дома.
Он прошёл мимо Бай Юйтун, неся на себе прохладу конца сентября и запах крови. Бай Юйтун отступила на шаг, в ужасе глядя на него.
Он ушёл.
Бэй Яо присела на корточки, уткнувшись лицом в колени. Её тело дрожало, слёзы лились не переставая.
Бэй Яо впервые так глубоко осознала, что в некоторых вещах не было вины Пэй Чуаня.
Ей было горько от того, что за те десять с лишним лет, что она была рядом, Пэй Чуань так и не смог стать хорошим человеком. Но она забыла, что за эти десять с лишним лет человеческие сердца совсем не изменились. У него давно не было отца и матери, которые с болью в сердце закричали бы: «Сынок, ты в порядке?».
Соседи, видевшие, как он рос, знали, что он нелюдимый изгой. Он спас их детей, но никто не осмелился подойти и поддержать его.
Приехала полиция. Позже экспертиза подтвердила, что собака действительно была переносчиком вируса.
Чжао Чжилань была страшно напугана и суетилась, собираясь отвести Бэй Цзюня на обследование. В конце концов, в момент происшествия только Бэй Цзюнь стоял под деревом.
Она была сильной, но в то же время уязвимой матерью, обычно доброй, но когда случалось подобное, подсознательно боялась потерять сына, которого вынашивала десять месяцев. Настолько, что ей было не до кого-то другого.
Бэй Цзюнь был сильно напуган и всхлипывал на диване.
Только Бэй Яо со следами слёз на лице в этот раз не подошла обнять его.
Чжао Чжилань поспешно ушла искать младшего дядю детей. Их младший дядя был врачом.
Бэй Цзюнь, плача, сказал:
— Цзецзе, обними.
Бэй Яо не шелохнулась.
— Цзецзе, обними, — не унимался он и снова протянул руку. Бэй Яо с силой ударила по этой руке.
Бэй Цзюнь опешил.
За всю его жизнь Чжао Чжилань могла прикрикнуть на него, Бэй Лицай мог прикрикнуть на него, но Бэй Яо никогда не говорила ему ни единого грубого слова. Это был первый раз, когда цзецзе ударила его. А затем он увидел, что Бэй Яо плачет ещё горше, чем он сам.
Шестнадцатилетняя девушка рыдала так, что не могла вымолвить ни слова.
Бэй Цзюнь растерялся. Он подошёл обнять цзецзе и заплакал вместе с ней, хотя и не понимал, за что она его ударила.
Бэй Яо оттолкнула его и, захлёбываясь слезами, произнесла:
— Я оберегала его столько лет, но именно из-за тебя он впервые пострадал так сильно.
Бэй Цзюнь ничего не понимал и зарыдал в голос.
Бэй Яо сказала:
— Он ведь не должен был приходить.
Она знала, что он плохой, что он хладнокровен. Если бы этим ребёнком был не Бэй Цзюнь, то он не пришёл бы на помощь.
Протез под рваными штанами выставили на всеобщее обозрение. С него сорвали покров, скрывавший его позор, растоптав последние крупицы достоинства. Она даже думала: «Неужели он умрёт?» Все знали, насколько опасна бешеная собака, но только до Пэй Чуаня, пострадавшего сильнее всех, никому не было дела.
Бэй Яо вытерла слёзы и, превозмогая себя, позвонила отцу, чтобы тот возвращался.
Она спустилась вниз, её ноги были ватными.
Окно напротив не было похоже на окно её комнаты, где круглый год зеленели цветы и веяло нежным ароматом. Его окно закрывали серые шторы, отгораживая его от солнечного света этого мира.
Пэй Чуань снял протезы и, прикрыв глаза, лёг на кровать.
Он не пошёл мыть руки, а под испуганным взглядом Цао Ли вернулся в комнату и закрыл за собой дверь.
Вскоре вернулась Бай Юйтун.
— Мама, где он? — дрожащим голосом спросила она.
Цао Ли развязывала фартук:
— В комнате. Что там внизу произошло?
— Я и сама толком не поняла. Его, кажется, укусила бродячая собака, такая огромная, а он забил её насмерть. Представляешь? Он ей все мозги вышиб. Он просто псих! Как думаешь, не случится ли в один прекрасный день…
— Замолчи! — Цао Ли и сама заметила, что её голос дрожит. Она изо всех сил пыталась сохранять спокойствие, но в голове всплыл образ брюк пасынка, прокушенных в нескольких местах.
Неужели… неужели он чем-то заразился?
Хотя Цао Ли и была интриганкой, обожавшей домашние интриги, перед лицом угрозы чьей-то жизни у неё всё равно подкашивались ноги.
Ни мать, ни дочь не осмеливались постучать в плотно закрытую дверь, поэтому Цао Ли оставалось только позвонить Пэй Хаобиню, который ещё был на работе.
У Бай Юйтун застучали зубы:
— Это слишком ужасно, я не хочу оставаться с ним под одной крышей. Я ухожу.
Цао Ли больно ущипнула её и прошипела:
— Если твой дядя Пэй вернётся и увидит тебя в таком состоянии, ты всё ещё рассчитываешь на хорошую жизнь в семье Пэй? Будешь питаться северо-западным ветром3! Если хочешь быть дурой — будь ей, но меня за собой не тяни!
Бай Юйтун замолчала, не смея проронить ни звука.
Раздался дверной звонок.
Бай Юйтун отправили открывать.
Она увидела полные слёз глаза. Стоявшая за дверью девушка принесла с собой зябкость ранней осени. Её личико было настолько пленительно красивым, что Бай Юйтун не раз до скрежета зубовного снедала ненависть.
Но обладательница этого прекрасного лица была всего лишь девочкой, которой ещё не исполнилось и шестнадцати, и её глаза покраснели от слёз.
Бай Юйтун опешила, почти забыв о своём страхе.
Бэй Яо никогда не приходила к ним домой. Это был первый раз с тех пор, как Бай Юйтун с матерью сюда переехали.
Бай Юйтун с недоверием подумала: «Неужели эта самая красивая девушка, которую я когда-либо видела в жизни, пришла… пришла ради её искалечённого, полуживого и никому не нужного сводного брата?»
- Подниматься на небеса и спускаться под землю (上天入地, shàng tiān rù dì) — обладать исключительной силой, быть всемогущим. ↩︎
- Печень и желчный пузырь разрывались от ужаса (肝胆俱烈, gān dǎn jù liè) — испытывать крайнюю степень страха или сильное душевное потрясение. ↩︎
- Питаться северо-западным ветром (喝西北风, hē xīběifēng) — образное выражение, означающее «голодать» или «остаться без средств к существованию». ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
