Вернувшись в квартиру около одиннадцати, Жуань Юй приняла душ и легла спать. Сюй Хуайсун, как обычно, остался в гостиной и, продолжая жить по американскому времени, работал за ноутбуком.
Посреди ночи она проснулась, чтобы сходить в туалет, приоткрыла дверь и увидела, что он все так же сидит за компьютером, стуча по клавиатуре, причем с необычайно серьезным выражением лица.
Сюй Хуайсун поднял голову, увидев, что она вышла, его напряженное лицо мгновенно смягчилось, и он спросил:
— Что случилось, не спится?
Она покачала головой, давая понять, что нет, и включила ему верхний свет в гостиной:
— У тебя в Америке еще много незаконченных дел?
Он угукнул, но тут же пояснил:
— Но сейчас я просматриваю дело Чжоу Цзюня.
— Ты ведь не специализируешься на уголовных делах, — Жуань Юй подошла к нему и села рядом. — Это можно поручить старшей сестре Чжан.
Сюй Хуайсун замолчал.
Жуань Юй потерла сонные глаза, в недоумении подперев щеку рукой, и лишь спустя некоторое время он повернул к ней голову:
— Это дело немного похоже на то, которое десять лет назад вел мой папа.
Ее сон как рукой сняло:
— В каком смысле?
Сюй Хуайсун поджал губы и, глядя в экран, сказал:
— Точно так же нет свидетелей, точно так же не хватает решающих улик, точно так же все зацепки на месте преступления указывают на единственного подозреваемого, и точно так же подозреваемый отказывается признавать вину, при этом имея версию, которая обычному человеку показалась бы весьма драматичной.
— И что потом стало с тем подозреваемым десятилетней давности?
— Из-за недостатка улик его оправдали и освободили, сейчас он, скорее всего, по-прежнему живет в Суши.
— А настоящий преступник?
Сюй Хуайсун опустил голову и усмехнулся:
— Кто знает? Возможно, им и был тот подозреваемый, а возможно, кто-то другой.
— За десять лет так и нет никаких результатов, тогда семья потерпевшего…
Жуань Юй не договорила.
Сюй Хуайсун помолчал и сказал:
— Семья потерпевшего твердо решила, что тот подозреваемый и был настоящим преступником, а мой отец соучастником, который помог ему избежать наказания. Они изводили нашу семью целых два года. Если бы мой папа не переехал затем в Штаты, они, возможно, не оставили бы нас в покое до сих пор.
Даже у Жуань Юй, писательницы, на мгновение не нашлось слов; не зная, как его утешить, она лишь протянула руку и погладила его по тыльной стороне ладони.
Сюй Хуайсун повернул голову и улыбнулся:
— Ничего страшного. Такая реакция семьи потерпевшего абсолютно нормальна. Ведь защита моего папы действительно оказала колоссальное влияние на ход дела. К тому же, для простых граждан Китая десятилетней давности презумпция невиновности была весьма туманным понятием. Если ты скажешь им, что вынесение приговора — это не принцип «одна редиска — одна лунка», и нельзя признать человека виновным только на том основании, что он является единственным подозреваемым, они могут этого не понять.
— Даже сейчас, в отвлеченных беседах, многие, возможно, согласятся с тем, что любые сомнения толкуются в пользу обвиняемого, признают права подозреваемого и важность процессуальной справедливости, но когда перед глазами предстает реальная кровавая трагедия, эмоциональные порывы большинства сторонних наблюдателей все равно берут верх над объективным суждением, что уж говорить о семье потерпевшего.
— А твой папа?
— Я раньше тоже постоянно думал об этом. Я думал: знал ли он на самом деле, виновен подозреваемый или нет. Но потом я понял, что на этот вопрос, возможно, вообще не существует ответа.
— Поскольку адвокаты не боги, их представления не обязательно являются истиной, и чаще всего их «знание» — это тоже «незнание». Не иметь божественных способностей, но при этом не иметь права на человеческие чувства — вот в таком положении находятся многие адвокаты по уголовным делам.
Сказав это, Сюй Хуайсун перевел взгляд на экран компьютера:
— Я хочу попытаться пройти тот же путь, который прошел мой папа, а затем передать этот ответ моей маме, хотя… с опозданием на десять лет.
Жуань Юй с улыбкой потерла сонные глаза, пододвинулась ближе и взяла его под руку:
— Тогда я составлю тебе компанию.
Сюй Хуайсун опустил голову и усмехнулся:
— Сначала иди спать.
Зевнув, она покачала головой и сказала:
— У меня завтра дома все равно нет дел. А ты не собираешься перестраиваться на местное время? Когда перестроишься, наши режимы совпадут.
Сюй Хуайсун помолчал и лишь затем ответил:
— Через пару дней.
Жуань Юй лишь протянула «о», в обнимку с диванной подушкой прижмурилась и прикорнула у его плеча, а когда снова открыла глаза, на улице уже вовсю светило солнце, день был в самом разгаре, а сама она лежала в кровати.
Нетрудно было догадаться, что вчера вечером она не продержалась долго, и Сюй Хуайсун отнес ее сюда на руках.
Она спрыгнула с кровати, открыла дверь и увидела, что он в той же позе, что и прошлой ночью, стучит по клавиатуре.
— Сюй Хуайсун, ты совсем себя не бережешь! — она подошла и обхватила руками его ноутбук. — Так и не ложился?
Он поднял голову:
— Я немного поспал ночью.
— Правда?
— Правда, в твоей кровати, ты вцепилась в меня и не отпускала.
Жуань Юй развернулась, вернулась в спальню, схватила одеяло, зарылась в него лицом и принялась неистово принюхиваться.
Сюй Хуайсун зашел следом и со смехом произнес:
— Ладно, я пошутил, сейчас иду спать.
Она оглянулась, стиснула зубы и бросила на него свирепый взгляд, после чего, подавляя возмущение, сказала:
— Раз так, то сначала позавтракай, а потом ложись.
Жуань Юй развернулась и пошла на кухню готовить завтрак, Сюй Хуайсун снова последовал за ней, сказав:
— Я сделаю один звонок.
О таком тоже нужно отчитываться? Доставая кухонную утварь, она ответила:
— Звони. — Сказав это, она словно что-то вспомнила: — Постой, а кому ты звонишь?
— Люй Шэнлань, попрошу ее помочь и переслать мне кое-какие материалы.
Неудивительно, что он решил отчитаться.
Жуань Юй взмахнула рукой:
— Звони.
Сюй Хуайсун прямо при ней набрал номер:
— Здравствуйте, позовите, пожалуйста, адвоката Люй[1].
Жуань Юй резко обернулась:
— Что ты сказал?
Даже проницательный Сюй Хуайсун опешил:
— Что «что»?
На том конце трубку взяла Люй Шэнлань, и Жуань Юй жестом велела ему сначала договорить, и лишь когда он завершил звонок, спросила:
— Как ты ее только что назвал? Люй-Люй?
— …
Сюй Хуайсун, поперхнувшись, рассмеялся:
— Я сказал «адвокат Люй».
Жуань Юй хмыкнула и протянула ему подогретое молоко и сэндвич:
— Мне просто показалось, что это обращение звучит донельзя мило, вот я и решила особо это отметить…
Он угукнул и с улыбкой на лице отправился обратно в гостиную.
Когда Сюй Хуайсун уснул, Жуань Юй села за работу в гостиной; закончив писать правки к нескольким прочитанным сценам сценария, она отправила их в компанию «Хуаньши». Ближе к вечеру ей пришел ответ с приглашением поучаствовать завтра во втором сценарном совещании, которое продлится весь день.
Она ответила согласием, а затем, решив, что Сюй Хуайсуну хватит восьми часов сна, пошла в спальню, чтобы его разбудить, и как раз в этот момент услышала, что его мобильный, лежавший на прикроватной тумбочке, зазвонил.
Проснувшись от шума, он начал шарить рукой по тумбочке.
Жуань Юй помогла ему взять телефон:
— Без имени, номер из Суши.
Он еще не до конца проснулся, поэтому соображал некоторое время, прежде чем сказать:
— Ответь за меня.
Жуань Юй приняла вызов и тут же услышала на том конце голос Сюй Хуайши:
— Брат!
— Хуайши? Твой брат еще спит, что-то случилось?
Сюй Хуайши на том конце удивленно и тихо ахнула:
— Это сестрица Жуань?
Жуань Юй рассмеялась:
— А какая еще сестрица могла бы взять телефон твоего брата?
— Никакая, никакая! Сестренка, можешь позвать брата? Я сейчас в полиции.
— В полиции?
Сюй Хуайсун окончательно проснулся, сел и забрал телефон из рук Жуань Юй:
— Ты ввязалась в неприятности?
— Брат, это не я, это мой одноклассник подрался и загремел в полицию.
— А ты зачем за ним увязалась?
— Ой, да он подрался из-за меня!
Сюй Хуайсун тотчас проницательно о чем-то догадался:
— Из-за тебя в каком смысле?
— Я и сама не знаю. Несколько парней из нашего класса невесть что болтали обо мне за спиной, и мой одноклассник отлупил их всю компанию. Ой, молотил их прямо на обочине, словно с цепи сорвался, я чуть до смерти не перепугалась. Дяденьки-полицейские прихватили и меня как свидетельницу, но мне-то вроде ничего не грозит.
— А к твоему однокласснику едут разбираться учителя или родители?
— Уже в пути, я просто звоню тебе заранее предупредить. Чуть позже учителя наверняка снова будут связываться с моими родителями, прикроешь меня в этот раз?
— Если тебе ничего не грозит, от чего тебя прикрывать?
— Ой, брат, ты просто не знаешь, одноклассник, который в этот раз устроил драку, это тот самый, с которым меня в прошлый раз застукали в музыкальном классе. Учителя опять будут ложно обвинять меня в том, что я завела романы в школе! В прошлый раз я битый час оправдывалась, а наша мама все равно осталась при своих подозрениях, и если это случится снова…
Сюй Хуайсун вздохнул:
— Тогда дай им позже мой номер.
— Супер, брат! И еще кое-что: у нас закончились итоговые экзамены за семестр, а послезавтра будет родительское собрание. Как думаешь, если на него придет наша мама, все ведь равно вскроется?
— Сюй Хуайши, — процедил сквозь зубы Сюй Хуайсун, — не наглей. Я, по-твоему, должен потратить четыре часа на дорогу туда и обратно, чтобы посидеть на твоем родительском собрании?
Сюй Хуайши принялась истошно орать в трубку:
— Сестренка, сестренка, ты рядом? Ты видишь это расчетливое лицо моего братца? С таким человеком можно разве что просто встречаться, но ни в коем случае не выходи за него замуж!
Сюй Хуайсун:
— …
Громкость на его телефоне была не слабой, так что Жуань Юй и без того слышала почти все. Сдерживая смех, она произнесла:
— Ну съезди разок.
Сказав это, она одними губами артикулировала: Ли Шицань.
Было совершенно очевидно, Жуань Юй тоже подумала о том, что причина столь сильной «вспышки гнева» одноклассника Сюй Хуайши вполне могла быть связана со слухами о Ли Шицане.
Если по школе поползли слухи, Сюй Хуайсуну действительно стоило бы съездить туда, чтобы во всем разобраться и уладить ситуацию.
Сюй Хуайсун угукнул и сказал Сюй Хуайши:
— Сообщи точное время. — Повесив трубку, он вздохнул: — Послезавтрашний день целиком пройдет в Суши. А чем ты планируешь заняться завтра?
Жуань Юй пару раз моргнула: судя по его тону, он что, официально приглашал ее на свидание?
Она шмыгнула носом и сказала:
— Завтра я иду на собрание в «Хуаньши».
Сюй Хуайсун помолчал и лишь спустя мгновение произнес:
— Тогда послезавтра поедешь в Суши вместе со мной.
—
[1] В оригинале игра слов, обращение «адвокат Люй» созвучно с ласковым прозвищем «Люй-Люй»
Жуань Юй не знала, почему он вдруг тоже стал таким прилипчивым, и, подумав, что послезавтра всё равно свободна, отправилась вместе с ним в Первую среднюю школу города Су.
Родительское собрание должно было состояться во второй половине дня, и поскольку классы были заняты, большинство будущих учеников выпускного класса отдыхали в общежитии.
Сюй Хуайсун сначала пошел в актовый зал слушать выступление, а Жуань Юй отправилась в студенческое общежитие искать Сюй Хуайши. Увидев, как та горько жалуется на то, что мама конфисковала её телефон, и совершенно не выглядит так, будто до неё дошли какие-то слухи, она немного успокоилась.
В самый разгар лета Жуань Юй принесла девочкам в общежитие арбуз. Сюй Хуайши позвала нескольких одноклассниц угоститься, а затем отвела её в сторону и тихо сказала:
— Сестрица, на этот раз ты просто спасла мне жизнь. Впредь вся надежда только на твою защиту. Твои слова на моего брата действуют лучше всего.
Жуань Юй улыбнулась и, зайдя издалека, спросила её:
— Что потом, в тот день, стало с тем твоим одноклассником?
— Отругали, провели воспитательную беседу, вот и всё.
— Он пострадал?
— Угу, — ответила Сюй Хуайши, грызя арбуз. — Поверхностные раны, ничего страшного. Но вот взгляд, которым смотрела на меня его мама, был прямо как в корейских сериалах: «Даю тебе пять миллионов, оставь моего сына в покое». Скажи, ну разве это справедливо? Я до сих пор не знаю, с чего он взбесился и полез в драку. Те избитые говорили, что это из-за меня, но почему-то мне в это не верится.
— А ты его не спрашивала?
Сюй Хуайши покачала головой:
— Спрашивала, но он отказывается говорить. Скорее всего, меня просто сделали крайней.
Жуань Юй опустила голову, про себя размышляя об этом, как вдруг почувствовала, что её ткнули в поясницу. Но, обернувшись, она увидела лишь, как несколько девочек позади неё сбились в кучку и преспокойно едят арбуз.
Она как раз удивилась этому, когда увидела, что одна из девочек подмигнула ей и указала подбородком на дверь.
Жуань Юй кое-что поняла, нашла предлог уйти и стала ждать в конце коридора общежития. Через некоторое время она и впрямь увидела, как та девочка направляется к ней:
— Здравствуйте, сестрица, я сплю на верхней полке над Хуайши. Семья Хуайши ведь в курсе тех новостей?
Жуань Юй нахмурила брови:
— Ты тоже знаешь?
Та кивнула:
— Мама забрала у Хуайши телефон, поэтому она не заходила в Вэйбо. Несколько ребят в классе это увидели, а поскольку она рассказывала нам, что на Праздник драконьих лодок видела в городе Хан большую звезду, мы догадались, что это она. В классе поползли кое-какие слухи, но, не успев разойтись, они были одним мальчиком из нашего класса…
— Были что?
— Жестоко подавлены…
А он хорош.
Жуань Юй улыбнулась:
— А ученики из других классов не обсуждали это?
— Наверное, нет. Те сплетники, получив взбучку от того парня из нашего класса, больше не смеют и пискнуть.
— Ты не могла бы сказать мне, как его зовут?
— Чжао И.
Услышав это имя, Жуань Юй показалось оно знакомым. Подумав немного, она вспомнила, что, кажется, это был тот самый мальчик, которого она встретила на зеленом поле в прошлый раз, когда приходила в Первую среднюю школу.
Перед уходом она сунула ему в карман школьной формы записку: во время выпускного путешествия признайся ей, обязательно признайся ей.
— Чэ Шии?
— Да, Чэ Шии.
Жуань Юй моргнула и, посмотрев сквозь окно в конце коридора на зеленое поле вдалеке, в одно мгновение всё поняла.
Ты — моя запоздалая радость — Список глав
