Сюй Хуайши стояла, прислонившись спиной к стене и сжимая в руке телефон. Она долго не шевелилась, пока не услышала, как за дверью приглушенно раздался голос Сюй Хуайсуна:
— Я подожду тебя снаружи, темень хоть глаз выколи, осторожнее на ступеньках.
Затем раздался голос Жуань Юй:
— Поняла, я здесь всё знаю.
Сюй Хуайши оторвалась от стены, выпрямилась и, увидев, как вошла Жуань Юй с сумкой в руках, помахала ей:
— Невестка, прости за беспокойство.
— Это твой брат — сплошное беспокойство, — понизив голос, сказала Жуань Юй и протянула ей прокладку. — Я сказала, что пойду в магазинчик кое-что купить, даже за территорию школы не выходила, а он увязался следом.
Сюй Хуайши улыбнулась и тоже понизила голос:
— А мой одноклассник еще у дверей?
— Ты о Чжао И? Болтает с твоим братом.
— О, вот видишь, тоже сплошное беспокойство.
Жуань Юй слегка запнулась, уловив в ее тоне какие-то необычные нотки, и только открыла рот, чтобы спросить, как та поманила ее рукой:
— Невестка, одолжи на секунду руку.
Она протянула руку, и та, взяв ее за большой палец, попыталась разблокировать телефон.
На экране высветилось, что разблокировка не удалась.
Сюй Хуайши снова приложила свой большой палец, и телефон по-прежнему успешно разблокировался.
Она хмыкнула:
— Ребячество.
С этими словами она всучила телефон Жуань Юй и ушла в кабинку по нужде.
Жуань Юй, сжимая в руке телефон, немного поразмыслила, связала факты и выстроила полную картину причин и следствий. Спустя мгновение она подошла к двери кабинки:
— Хуайши, ты…
— У меня нет никаких школьных романов, — выпалила Сюй Хуайши, а затем, открыв дверь кабинки, подчеркнуто добавила: — Вовсе ни с кем я не встречаюсь…
Жуань Юй улыбнулась ей и вернула телефон:
— Тогда пошли.
Та кивнула и пошла за ней к выходу, но у самых дверей вдруг остановилась:
— Невестка, я не пойду в массовку. От того, что меня там не будет, ничего не изменится. Ничего страшного, если тебя не будет на съемочной площадке? Если всё нормально, составь мне компанию, сходим в магазинчик поесть одэн.
Жуань Юй угукнула. Подойдя к дверям, она уговорами да отговорками спровадила Сюй Хуайсуна и Чжао И, а затем вдвоем с Сюй Хуайши отправилась в школьный магазинчик.
Первую половину пути Сюй Хуайши хранила молчание, и только подходя к магазинчику, произнесла:
— Невестка, на самом деле я уже давно догадалась.
Жуань Юй повернула голову:
— О чем догадалась?
— Что я нравлюсь Чжао И. — Она опустила голову, подышала на ладони и потерла руки. — Мы же видимся каждый божий день, это не то что у вас с моим братом, когда за три года и парой слов не перекинешься. Как бы я могла не заметить, что я ему нравлюсь?
Если бы она ему не нравилась, разве стал бы он, человек, которому лень даже за веник взяться, и который включает вентилятор, чтобы «подмести мусор», помогать ей стирать с доски во время ее дежурства? Он тогда наглотался меловой пыли, но лишь сказал: «Что за марка у этого мела? А на вкус ничего так».
Если бы она ему не нравилась, разве стал бы он, человек, у которого домашки по языку, математике, английскому, политике, истории и географии чисты, как «бескрайние снежные просторы родины», и которому лень даже списывать, узнав, что она пропустила тест по английскому, бесстыдно выпрашивать у кого-то ответы? А потом еще заявить: «Та девчонка что, тайно влюблена в меня? Сама всучила мне эти ответы, никак было не отбиться».
Если бы она ему не нравилась, разве стал бы он — главный претендент на чемпионство по прыжкам в высоту на школьной спартакиаде, обнаружив, что соревнования по прыжкам совпадают по времени с ее забегом на 1500 метров, прямо отказаться от участия, чтобы бежать рядом с ней? Да еще и приговаривать: «В этом году судья, мой заклятый враг, тут не в высоту прыгаешь, а жизнью рискуешь, ну его, не буду участвовать».
Но она и впрямь была слишком недогадливой.
Только из-за того, что, стирая с доски, он высмеял ее за низкий рост, давая ответы, подколол ее «докатилась и ты», а во время забега сказал, что ее лицо белое как у призрака, она упускала из виду сам смысл этих поступков, долгое время принимая его добрые намерения за «глупые провокации».
Лишь полгода назад, когда ее и Ли Шицаня тайком сфотографировали папарацци, и в классе поползли слухи, а он подрался из-за нее с кем-то, она по-настоящему это осознала.
Но осознав это, она испугалась.
В тот день, разговаривая по телефону с Сюй Хуайсуном, она нарочито беспечно рассказывала о том, как одноклассник попал в полицейский участок, а позже, словно обманывая саму себя, говорила Жуань Юй, что Чжао И никак не мог подраться из-за нее. На самом деле всё это было из-за страха.
Если бы тогда прохожие вовремя не вмешались, Чжао И чуть было не лишил человека жизни. От такой симпатии ей становилось трудно дышать; казалось, будто на ее плечи, прежде совершенно свободные, внезапно обрушилась многотонная тяжесть, которую она не хотела нести.
Поэтому после того случая она стала намеренно избегать Чжао И. Избегала его все летние каникулы, пока он не почувствовал ее отстраненность и после начала занятий не начал оживленно болтать с другими девчонками в классе, перестав с ней разговаривать.
Лишь когда прошла осень и наступила зима, она подумала, что его порыв, наверное, уже перегорел, и он больше ничего такого не имеет в виду, да и быть в натянутых отношениях было довольно неприятно, поэтому она сама начала шутить с ним и болтать о пустяках, восстановив их дружбу.
Однако только что, в атмосфере новогодних фейерверков, границы, кажется, снова были нарушены.
Или, вернее сказать, он вообще никогда и не отступал. Ведь разблокировка по отпечатку пальца в том телефоне могла появиться только в том случае, если он тайком добавил его, пока она спала. А она, с тех пор как в октябре похолодало, вообще не спала в классе во время обеденного перерыва.
С одной стороны, он вовсю флиртовал с другими девчонками, а с другой, тайком сохранил ее отпечаток пальца. Воистину, в этом он пошел в «ее брата», да еще и превзошел «ее брата».
Подумав об этом, Сюй Хуайши скривила губы и вдруг услышала вопрос Жуань Юй:
— Ты ему нравишься, а сама ты что об этом думаешь?
— Сама посмотри: я ведь знаю, но притворяюсь, что не знаю, ну какие тут могут быть мысли?
— Хм… Знать и притворяться, что не знаешь, еще не значит, что мыслей совсем нет.
— Ой, невестка, — Сюй Хуайши искоса взглянула на нее, — как это ты поощряешь младших заводить ранние романы?
— Вовсе нет, — рассмеялась Жуань Юй. — Знаешь, почему учителя и родители не разрешают вам встречаться в школе?
— Боятся, что это помешает учебе, вот и всё.
— А почему ранние романы мешают учебе?
Сюй Хуайши запнулась и покачала головой.
В любом случае, это избитая фраза, все взрослые так говорят, кто там вообще задумывался, почему именно.
— При условии совершеннолетия, в теории, стабильные и знающие меру отношения не оказывают на человека негативного влияния. Однако на деле отношения часто проходят через безумие периода страсти и через шероховатости периода притирки. А если притирка проходит неудачно, наступает период разбитого сердца. Поэтому они, как правило, нестабильны. Любовь сама по себе не плоха, всё портит та эмоциональная нестабильность, которую она вызывает. Так что, если бы ты не знала о его чувствах — это одно дело. Но раз знаешь, и это тебя задевает, то продолжая слепо убегать, ты лишь ввергнешь свои эмоции в постоянную нестабильность. А это точно так же скажется на учебе.
Сюй Хуайши поморгала и слегка неуверенно отозвалась:
— О…
— Хуайши, бежать без оглядки нужно от чумы, а не от чувств. Ты умная девочка, и раз уж дошло до этого, то вместо того чтобы колебаться и оглядываться по сторонам, лучше взгляни этой проблеме в лицо. Тщательно всё обдумай, а затем разберись с ней разумно, так, чтобы было хорошо и тебе, и ему.
Все новогодние каникулы Сюй Хуайши обдумывала слова Жуань Юй.
В день возвращения в школу она ушла из дома на полдня раньше, позвонила Чжао И и пригласила его в кафе с чаем с молоком недалеко от школы.
Поскольку приглашение было спонтанным, Чжао И немного опоздал; войдя, он снял шарф, потер руки и сказал:
— Чего тебе? Опять замышляешь какой-то план по тайному проникновению в музей истории школы?
Сюй Хуайши покачала головой и, прищурившись, посмотрела на него:
— Ты сделал домашнее задание на новогодние праздники?
— По-твоему, я похож на человека, который будет делать домашку? Если тебе нужно списать, так бы и сказала раньше, я бы сначала пошел поспрашивал у ребят…
— Я всё сделала, — чеканя каждое слово, произнесла она, после чего достала из сумки стопку листов с заданиями.
— О, так ты хочешь дать списать мне? Тогда не нужно…
— Чжао И! — перебила его Сюй Хуайши. — Кто тебе предлагает списывать? На уроках ты не слушаешь, после занятий не учишь, домашку никогда не делаешь, на экзаменах пишешь всё наугад — ты в конце концов хочешь поступать в университет или нет?
Он опешил:
— Ты чего, в тебя классрук вселился?
Сюй Хуайши серьезно нахмурилась:
— Отвечай нормально: до гаокао осталось чуть больше пяти месяцев, ты вообще собираешься поступать в университет?
Он помолчал:
— Смогу поступить — поступлю, не смогу — ну и ладно.
— Тогда…
— Что «тогда»?
— Тогда…
Сюй Хуайши дважды сказала «тогда», но так ничего и не смогла объяснить, поэтому сказала другое:
— Дай телефон.
Чжао И достал телефон, а затем только во все глаза смотрел, как она разблокировала его своим большим пальцем.
— …
Он замолчал на мгновение, но быстро вспылил:
— Твою ж мать, когда ты успела тайком взять мой телефон и внести свой отпечаток пальца?
Сюй Хуайши сквозь зубы посмотрела на него:
— Повтори-ка еще раз? Так это я тайком взяла твой телефон, или ты тайком взял мою руку?
Кадык Чжао И дернулся, он издал короткое «о» и молчаливо признал второе.
— Продолжим то, что не договорили. Ты сказал, что сможешь поступить в университет — поступишь, не сможешь — ну и ладно. Тогда… тогда тебе так же все равно, сможет ли этот отпечаток пальца в будущем разблокировать твой экран?
Чжао И растерялся:
— Что ты имеешь в виду?
— Я имею в виду… — Сюй Хуайши сделала глубокий вдох. — Разве ты не хочешь поступить со мной в один университет?
Ты — моя запоздалая радость — Список глав
