Маленькая змея ела — жадно, неутомимо, с восторгом, который через ментальную связь хлынул прямо в сознание Грэйта. В голове зазвучало довольное чавканье, а потом лоб будто налился тяжестью — он машинально потер виски.
Сколько же энергии она поглотила? Даже если бы речь шла о чародее четырнадцатого или пятнадцатого круга, и тот потерял бы часть силы, — одной десятой утечки хватило бы, чтобы эта прожорливая тварь поднялась на целый уровень.
Главное, чтобы не лопнула от обжорства!
— Ничего! Вкусно! Не лопну! Вкусно-вкусно-вкусно! — восторженно вопила змея в его голове, продолжая пожирать энергию.
С каждым её движением крики Нилки стихали. Из-под кожи на лице, руках и теле исчезали выпуклые узоры, похожие на змеиные чешуйки. Вскоре она обмякла, распростёршись на земле, и лишь едва слышно дышала.
Жрица Титлан, сопровождавшие её два воина Золотого Орла и ещё двое, охранявшие саму Титлан, выстроились полукругом. Они напряжённо следили за Нилкой, потом переводили взгляд на Грэйта. В глазах каждого стоял благоговейный страх.
Особенно у Титлан: она даже невольно отступила на полшага за спины своих стражей.
— О, божественный сын, — прошептала она, — вы способны поглотить силу самого змеиного божества? Вы… повелеваете змеиной душой?
Она поспешно склонила голову:
— Нилка оскорбила вас, и за это заслуживает смерти. Но, господин, ради того, что она служительница змеиного бога, не могли бы вы велеть змеиной душе пощадить её?
Грэйт медленно повернулся к ней. Он и сам был ошеломлён: поток силы, что передавала ему змея, гудел в висках, будто рой пчёл.
Он слышал о случаях, когда дух по договору возвращает часть энергии хозяину, но чтобы в таком объёме — никогда!
Эй, маленькая, полегче! Не взорвись там сама!
Он поморщился и спросил:
— Эм… она ведь больше не нападёт? Вы можете поручиться, что будет послушна?
В ответ змея подняла верхнюю часть тела над головой Нилки, повернула её из стороны в сторону и зашипела, сверкая холодными глазами. Когда взгляд упал на Титлан, раздвоенный язык замелькал вдвое быстрее:
— Хочу есть! Хочу есть!
— Этой — нельзя! — резко оборвал её Грэйт.
Предыдущую жертву ещё можно было оправдать: та сама напала, потеряла контроль, и, позволив змее поглотить избыточную силу, он фактически спас ей жизнь. Но эта женщина не враг. Её нельзя трогать.
Даже без слов Грэйта взгляд змеиной души заставил Титлан побледнеть. Сила змеиного бога внутри неё дрогнула, волосы приподнялись, будто от ветра. Она торопливо закивала:
— Гарантирую! Клянусь, она не станет врагом господина! Вы спасли ей жизнь, а женщина-змея не восстанет против змеиной души!
Чтобы доказать искренность, Титлан сняла с руки золотой браслет в форме змеи, усыпанный камнями, и подала его обеими ладонями:
— Наденьте это на неё. Артефакт подавит силу, и до возвращения она будет как обычный человек, не способный призвать мощь змеиного божества.
Такой браслет служил у них средством контроля и наказания для младших жриц. На равных он не действовал, но Нилка была тяжело ранена…
Пожалуй, после этого она уже не сможет быть женщиной-змеёй, — мелькнула у Титлан мысль.
Разумеется, об этом нельзя было говорить божественному сыну. Если Нилка не подойдёт в качестве заложницы, придётся жертвовать собой.
Грэйт даже не взглянул на браслет. Одной рукой он всё ещё массировал лоб, другой сжал дубовый посох и слегка подал его вперёд:
Эй, поднимайся!
Змея изогнулась, взвилась и обвилась вокруг посоха, потом скользнула по нему к запястью хозяина, прижалась головой к его ладони. Грэйт погладил её большим пальцем по чешуе и, кивнув в сторону Титлан, мысленно велел:
Иди, сделай, как она сказала.
— Э-э… господин, — робко произнесла Титлан, всё ещё держа браслет, — прошу вас оставить на нём свой знак.
Грэйт не успел ответить — Сайрила уже подскочила, выхватила браслет:
— Я! Я сделаю! Как нужно?
— Сосредоточьтесь здесь, — Титлан указала на центральный камень, — представьте свой личный знак и вплетите его в драгоценность.
Сайрила сосредоточилась, вложила в браслет отпечаток своей силы. Её пальцы неохотно скользнули по сияющим камням — хотелось подержать дольше, но она боялась отойти от Грэйта.
Наконец сереброволосая драконица резко отвернулась и бросила браслет обратно жрице:
— Забери!
Титлан, ступая мелко и осторожно, обошла Грэйта, опустилась на колени рядом с Нилкой и надела браслет. Хвост змеи сомкнулся, голова повернулась, будто оживая, и изумрудные глаза на мгновение вспыхнули ярким светом.
— Ого… она и правда обессилела, — прошептала Сайрила через ментальную связь.
Грэйт кивнул. В поле зрения, открытом Обнаружением магии, аура Нилки угасла почти до уровня обычного человека. Он выпрямился и сказал ровно:
— Раз она больше не нападёт, я не стану ничего предпринимать. А вы двое… —
Он перевёл взгляд на воинов Золотого Орла. Те поспешно закивали.
— Живите спокойно, не устраивайте беспорядков — никто вас не тронет. А теперь унесите её.
Сказав это, Грэйт развернулся и ушёл. Добравшись до своей комнаты, он захлопнул дверь и опустился прямо на пол.
Маленькая змея, ты передала мне слишком много! Нужно время, чтобы всё переварить… И, пожалуйста, в следующий раз — не ешь столько!
В мире медитации перед ним клубились плотные сгустки духовной силы — всё, что змея выплюнула обратно. После очищения от тьмы и смерти энергия стала почти прозрачной, чистой, как родниковая вода.
Если он сумеет усвоить её всю, то, возможно, достигнет десятого уровня.
Вот это удача!
Он усмехнулся. Эта Нилка держала Линна взаперти столько времени, заставила его страдать — пусть теперь сама расплачивается.
Грэйт закрыл глаза и погрузился в медитацию, растворяясь в потоке силы.
А жрица Титлан, покинув его жилище, поспешно собрала спутников и двинулась в обратный путь — в страну Орлов.
Вернувшись в храм, она первым делом отыскала Кивакотто и подробно рассказала обо всём, что видела.
— Сила Нилки почти иссякла… — выслушав, Кивакотто не выразила ни удивления, ни сожаления. Зато другое известие заставило её насторожиться.
— Этот божественный сын способен управлять змеиной душой? И притом столь могущественной?
Она провела пальцами по трёхцветным рунам у глаз — алым, чёрным и золотым, — и задумчиво произнесла:
— В таком случае нам придётся пересмотреть своё отношение к нему…
