— Что случилось, что случилось?! — архимаг Байэрбо растолкал собравшихся и стремительно подбежал к Грэйту. Он бросил взгляд на неподвижного башенного духа и нахмурился:
— Надеюсь, просто завис. Если это всего лишь сбой, дай ему немного времени — должен очнуться…
— А если подать ему энергии? — спросил Грэйт.
— Энергии ему, скорее всего, хватает, — архимаг обошёл башенного духа кругом, проверил соединения, покачал головой:
— Переборщишь с подпиткой — взорвётся. Лучше подождать. Я ведь не механик и не конструктор, только наблюдать могу…
Вот она, разница между теми, кто создаёт, кто чинит и кто просто пользуется.
Грэйт тяжело вздохнул: даже старший брат не помог. Он‑то думал, архимаг, странствующий по всему свету с этим переносным башенным духом, наверняка набил руку…
А тот даже корпус пнуть не догадался!
Раз уж от брата толку нет, Грэйт, затаив дыхание, уставился на застывший артефакт. Минуту, пять, десять, полчаса…
Секунды тянулись, как годы.
Сколько же там данных! Сколько записей!
Он ведь по крупицам собирал — сканировал тысячи яиц дрозофил, одно за другим, наблюдал, как под действием природной силы они меняются, эволюционируют…
Башенный дух может зависнуть, может замедлиться, даже откатить вычисления — всё стерплю.
Но только бы не потерял прежние записи!
Особенно хромосомные данные Юдиана до продвижения — уникальные, неповторимые, заменить их невозможно!
Грэйт метался вокруг артефакта, описав, кажется, уже два десятка кругов, так что пол под ногами стал гладким, как отполированный.
И вдруг башенный дух тихо загудел — ожил.
Грэйт выдохнул, ноги подкосились, он почти осел на пол, но Юдиан успел подхватить его за плечи.
— Маленький Грэйт, спасибо тебе! Огромное спасибо! — глаза Юдиана сияли. — Что тебе нужно для дальнейших исследований? Людей? Магических зверей? Я всё достану, чего бы ни стоило!
— Юдиан, думаю, тебе стоит остаться при нём, — неторопливо произнёс старейшина Фахим. — Пока он на Острове Вечного Союза — ладно, но если покинет его, не отходи ни на шаг. Охраняй хотя бы пару сотен лет… или пока не станет легендой.
Такой долг нельзя вернуть парой услуг или парой образцов для опытов. Невозвращённая благодарность — камень на пути к высшему совершенству.
К тому же значение Грэйта для народа эльфов так велико, что ради него стоило бы приставить личного стража‑легенду.
Такой хрупкий, беззащитный мальчишка — без охраны рядом не оставишь.
Если послать кого‑то постороннего, он, скорее всего, откажется. А вот Юдиана примет — знакомое лицо, доверие уже есть…
Фахим думал об этом, когда вдруг заметил, как Юдиан резко обернулся, ошарашенно глядя на него.
— Старейшина, откуда вы знаете, что я именно так и решил?
Фахим только тяжело вздохнул.
Воистину, воин: мышцы заняли место мозга.
Он отвернулся, не желая продолжать, а Юдиан, не замечая его реакции, с воодушевлением повернулся к Грэйту:
— Не волнуйся, я тебя защищу! Со мной тебе ничего не грозит. Даже если вокруг будут одни сильнейшие, я вытащу тебя хоть из‑под небес!
— Хм! — недовольно фыркнула Сайрила, незаметно пробравшаяся поближе.
Вытащит?
Да хоть бы с Драконьего острова попробовал выбраться!
Перед её родителями сумей‑ка сперва сам уцелеть…
Улыбка Юдиана застыла. Он сделал вид, что не замечает взгляда сереброволосой драконицы, и, потирая ладони, снова обратился к Грэйту:
— Так что тебе нужно? Магические звери от нулевого до легендарного ранга? Лучше из одного рода? Это трудно, но вот эльфов от нулевого до легендарного — найти проще…
— Мне нужен башенный дух, — устало сказал Грэйт, отводя глаза. — Не этот урезанный вариант, а полноценный, с мощным вычислительным ядром.
Чтобы не приходилось ждать по восемь часов, пока он сравнит хромосомы одного эльфа, и чтобы не зависал посреди анализа!
— Э‑э… — Юдиан замялся. Он ведь воин, не маг, и понятия не имел, где достать такую вещь.
На Острове Вечного Союза, кажется, никто не строит башни магов… есть ли у эльфов вообще такие алхимические творения?
К счастью, Грэйт говорил не только с ним, но и со старейшинами. Великий старейшина Аймат улыбнулся, слегка кашлянув:
— Думаю, тебе нужно…
Он не успел договорить — снаружи раздался шум.
Сначала хлопанье крыльев, потом целый гул, всё ближе, всё громче.
Грэйт выглянул в окно — и обомлел.
Ястребы, соколы, стрижи, камышовки, иволги, сороки, вороны, цапли, альбатросы, морские орлы, крачки…
А это что за птица? Пусть он ещё не выучил все семьдесят видов сов, но сову‑то узнает!
Что за переполох?
Плодоядные, насекомоядные, хищные; лесные, болотные, морские; дневные и ночные — все разом слетелись?
Старейшины среагировали быстрее. Увидев пёструю стаю, они заулыбались — очевидно, знали каждого.
Самый быстрый сокол сложил крылья, превратившись в ослепительную полосу света, и в следующее мгновение стоял уже у дверей лаборатории.
Он приподнял правое крыло — из‑под него выкатилась яйцевидная капля. Затем сокол вытянул шею, обернулся эльфом и крикнул:
— Эй, Юдиан! Слышал, ты продвинулся? Есть новый способ? Тот маленький… э‑э, маг Нордмарк, не мог бы ты нас познакомить?
Он ловко подбросил яйцо носком, поймал ладонью и, улыбаясь, показал:
— Вот, я с подарком!
— И я! —
— И я! —
Один за другим птицы — природные жрецы в пернатых обличьях — принимали человеческий облик, тянули шеи, вставали на цыпочки:
— Любую цену заплатим! Любой обмен примем! Только спроси для нас, как это сделать!
В гомоне архимаг Байэрбо с усмешкой покосился на младшего брата:
— Похоже, тебе придётся поторопиться с диссертацией?
— Сначала дайте мне башенного духа, который хоть работает!!! — взвыл Грэйт.
