Пронзительный рёв прокатился над горами, заставив камни дрожать.
Грэйт резко поднял голову. В тот же миг его посох из дуба ожил: крона распахнулась, ветви вытянулись, листья выстрелили наружу, словно пружины, переплетаясь в густую зелёную сеть.
Он едва успел взглянуть вверх — и увидел, как над ним раскрывается огромный зелёный зонт. Сначала редкий, потом всё плотнее, пока не заслонил небо. Края его плавно опустились, будто собираясь укутать Грэйта в зелёное убежище.
А‑а, дерево, ты мне весь обзор закрыл… — мелькнула у него мысль.
Но прежде чем она успела оформиться, в поле зрения мелькнула вспышка — чередование чёрного и белого света. За пределами кроны показалась змея, мгновенно разросшаяся до размеров исполинского питона. Она обвилась вокруг ствола, на миг застыла, потом исчезла, вновь появилась, снова исчезла — и каждый раз становилась чуть меньше, пока не свернулась кольцами у основания дерева и не растворилась окончательно.
— Что там, наверху, происходит? — пробормотал Грэйт. — Маленькая змея, ты чего так насторожилась? Из кратера вырвалось что-то, что тебе не по нраву?
Он осторожно шагнул к краю кроны, раздвигая свисающие ветви. За пределами зелёного шатра уже виднелся ствол клена Севилии — совсем рядом, в нескольких шагах. Её пылающая, алая крона раскинулась над ним, словно знамя.
— Э‑э… сестра Севилия, не стоит так волноваться. До вулкана ещё далеко, не нужно готовиться уносить меня прочь при первом толчке…
Тем временем из-за склона выскочил туземный воин. Лицо его исказилось от ужаса; он размахивал копьём и выкрикивал что-то на своём языке так быстро, что даже заклинание «Понимание языков» едва поспевало за потоком слов.
Интересно, сколько же языков собрали маги Совета, прежде чем довели это заклинание до совершенства? Даже речь дикарей с этого затерянного острова оно переводит…
Из обрывков фраз Грэйт всё же уловил смысл.
Остров и гора находятся под покровительством божества; северный склон и верхняя половина южного принадлежат ему, и никто не смеет подниматься туда без дозволения. В сезон дождей восхождение дозволено, но в засушливое время лишь верховный шаман и стражи горы могут ступить на священную землю.
А теперь чужаки нарушили запрет, и бог разгневался — вот почему вулкан извергает пламя.
Грэйт, однако, не чувствовал тревоги. Гул с вершины был громок, но не страшен. Даже если вулкан взорвётся, расстояние велико — успеет уйти.
Пока он размышлял, крона клена дрогнула и начала сжиматься: сначала была вдвое шире дуба, потом лишь наполовину, потом сравнялась с ним. Ствол опустился, вернув прежний облик. Дуб последовал примеру — снова стал посохом, вытянул веточку, коснулся плеча хозяина и, воспользовавшись опорой, уменьшился до размера карандаша, скользнув в нагрудный карман Грэйта.
Снизу поднимался резкий ветер. Юдиан, ступая по верхушкам деревьев, стрелой мчался вверх по склону. Чуть дальше в небе расправила крылья Сайрила — сереброволосая драконица, стремительно приближаясь.
— Я в порядке! — Грэйт не удержался от улыбки, поднялся на цыпочки и замахал рукой.
Севилия вытянула гибкую ветвь, подхватила его и подняла повыше. Он помахал ещё раз — и вдруг заметил, что взгляды Юдиана и Сайрилы направлены не только на него.
На вершину.
Что же там, на самом пике?
Сквозь клубы дыма и вспышки пламени, среди потоков лавы, зажигающих траву и деревья, угадывалось нечто огромное.
Теперь он ясно чувствовал: там действительно что-то есть.
— Грэйт, спускайся! — крикнул Юдиан, пролетая мимо.
С этими словами клен рванулся вниз, увлекая Грэйта. Ствол вытянулся горизонтально, превратившись в небольшую лодку длиной в пару метров. Крона расправилась по бокам, образовав три пары зелёных крыльев: широкие, несущие, и узкие, быстрые, что подгоняли движение.
Не успел Грэйт опомниться, как лодка уже скользила вниз, минуя два водопада, и оказалась рядом с Сайрилой.
— Сайрила! Что там, наверху? — крикнул он, перегнувшись через борт.
Драконица, взмахнув серебряными крыльями, пронеслась мимо, взглянула вниз и ответила:
— Не знаю! Но ощущение знакомое. Подожди, я посмотрю!
— Я с тобой! — Грэйт попытался взлететь, но гибкая ветвь обвилась вокруг его пояса и потянула вниз.
— Не дёргайся! — проворчала Севилия. — Защищать тебя — нелёгкое дело. Там дым и пламя, я туда не полечу. Лучше подождём у моря, пока всё уляжется.
— Боишься?
— Не боюсь, просто терпеть не могу! — отрезала она.
Грэйт усмехнулся. У каждого есть своя слабость: для древнего дерева, веками укоренённого в земле, текучая лава — худший кошмар.
Ладно, раз все переживают, придётся сидеть смирно. Всё-таки я в команде самый слабый и наименее боевой.
Он расслабился, устроился поудобнее и помахал Сайриле вслед.
Но в тот миг с вершины донёсся грохот. Грэйт замер: из кратера вырвалось нечто — не пламя, не дым и не камни. Огромная, раскалённая масса, облитая лавой, поднялась в воздух и ринулась вниз. Там, где падали капли расплавленного камня, вспыхивали пожары, деревья мгновенно чернели и осыпались.
Что это за чудовище? — мелькнуло у него.
Прежде чем он успел рассмотреть, Сайрила подняла голову и издала звонкий, пронзительный драконий клич. Эхо прокатилось по горам и морю.
Из кратера ответил другой рёв — низкий, густой, словно сама лава заговорила:
— Сайрила! Это ты! Ты выросла… стала взрослой!
— Похоже, всё в порядке, — облегчённо произнесла Севилия, снижая скорость. Она свернула к подножию и мягко опустилась на гладь озера, покачиваясь на волнах. — Там, наверху, кажется, дракон. Твоя Сайрила, похоже, его знает.
Дым рассеивался, и Грэйт наконец разглядел существо. Да, это был дракон — настоящий, внушительный.
Только вот до красоты Сайрилы ему было далеко.
Она — стройная, серебристая, сияющая; он — коренастый, тёмный, с пятнами красноватого жара, будто опалённый собственным пламенем. На спине — вздутия вместо шипов, словно наросты.
Лишь размеры у них были схожи.
Огненный дракон сделал круг над кратером и опустился обратно в лаву. Сайрила описала дугу и вернулась, весело крикнув:
— Грэйт, поднимайся! Превратись в дракона и лети ко мне!
Что?! — Грэйт едва не выронил посох. — Я только недавно достиг пятнадцатого уровня! В облике взрослого серебряного дракона могу держаться не больше пяти минут!
Но раз Сайрила зовёт — выбора нет. Он собрался с духом, превратился в юного серебряного дракона и взмыл в небо. Сайрила летела рядом, время от времени оглядываясь.
Едва они приблизились к вершине, из кратера высунулась массивная голова.
— Сайрила, это твой спутник? — прогремел голос. — Какой же он маленький!
— Не неси чепухи! — Сайрила выпустила облако ледяного тумана. Это было не настоящее дыхание холода, а скорее возмущённое «фу!». Тем не менее, когда морозное облако коснулось лавы, та мгновенно застыла, потрескавшись каменными плитами.
— Грэйт — человек! — крикнула она. — Это его облик! И вовсе он не маленький! Просто я должна быть того же размера!
— Вот как, — протянул чёрно‑красный дракон, лениво перевернувшись в лаве. Всплеск огня осыпал небо искрами. Он снова поднял голову и внимательно посмотрел на Сайрилу. — Помню, ты была куда меньше. Тебе ведь сейчас лет пятьдесят… шестьдесят… нет, семьдесят с лишним? Как ты так быстро выросла?
— Потому что я талантливая! — гордо вскинула голову Сайрила и, обернувшись к Грэйту, представила:
— Грэйт, познакомься: это Жельсон де Лосс Сантос Фицджеральд, дракон лавы. Раньше он жил недалеко от нас, часто вылавливал из вулкана всякие штуки…
Ого! — Грэйт приподнял брови. Из жерла вулкана порой выбрасывает золото, серебро, драгоценные камни… Умение свободно плавать в лаве и добывать сокровища — редкий дар, неудивительно, что Сайрила запомнила его.
— Рад знакомству, господин Жельсон, — вежливо поклонился он.
Дракон снова показался из лавы, окинул его взглядом с головы до хвоста и произнёс:
— Сайрила говорит, ты целитель? Причём сильный? Тогда, может, поможешь мне с одной бедой?
