Опозорившийся на весь Магический совет владыка молний, решив во что бы то ни стало вернуть себе доброе имя, с головой ушёл в исследования. День сменял ночь, ночь — день, и он уже не помнил, какой нынче месяц и число. Даже когда издалека прибыла изумрудная драконица Тана, привезя с собой дочь, зятя и четырёх драконов‑зверей, он не вышел их встретить — лишь глубже зарывался в лабораторные записи и звериные клетки, окружённый ящерами и полудраконами, забыв обо всём на свете.
— Так что, — спросила прекрасная изумрудная драконица, откинув густые тёмно‑зелёные волосы и глядя с нетерпением, — за последнее время у вас появились новые результаты?
Аннивиия, с двумя огромными тёмными кругами под глазами, едва держалась на ногах от усталости, но всё же попыталась улыбнуться. Эта почтенная драконица — не просто родственница пациента, но и главный поставщик экспериментальных условий, — требовала куда большего, чем сам учитель. Если тот, видя неудачу, лишь мягко говорил: «Ничего, не спеши, задача и впрямь непростая», — и советовал, какие книги и трактаты стоит перечитать, к каким магам обратиться за консультацией, то Тана…
Аннивиия даже не смела представить, что случится, если она осмелится признаться: «Простите, пока без продвижения». Хотя, возможно, всё не так страшно? В конце концов, башня, где трудятся десятки высших магов и несколько архимагов, должна суметь удержать даже легендарную драконицу, если та вдруг вздумает разгневаться.
Собравшись с духом, она выдавила улыбку:
— Да, у нас есть новые данные. Мы разработали безопасную процедуру стимуляции, подходящую для вызова эякуляции и овуляции, и нашли несколько надёжных способов воздействия на ящеров и полудраконов.
Сказав это, Аннивиия бросила быстрый взгляд на стоявшую рядом Аланис. Та застыла, словно статуя, плечи напряжены до угла, дыхание сбилось. Аннивиия поспешила добавить:
— Мы предварительно накладываем заклинание обезболивания, так что животные не испытывают страданий.
Аланис облегчённо выдохнула, но её мать тут же уточнила:
— А на драконах? Какой силы ток вы собираетесь использовать? Насколько велик риск повреждений? Неужели придётся снова и снова пробовать?
— Думаю, до этого не дойдёт, — спокойно ответила Аннивиия и поднялась. — Сейчас над этим трудится маг из Громового Рога, коллега моего наставника. Он измеряет магическую сопротивляемость разных существ, чтобы вывести точную формулу и подставлять значения напрямую.
— Вот как? — Тана чуть приподняла брови. Она внимательно посмотрела на Аннивиию, затем перевела взгляд на расслабленного, с лёгкой улыбкой стоящего рядом Грэйта и вдруг решительно поднялась. — Можно увидеть этого мага?
— Разумеется.
От башни до испытательного поля жрецов Природы было рукой подать. Когда они подошли к зверинцу, воздух уже гудел от непрерывных вспышек и треска молний.
Тана, привыкшая к магическим потокам, прищурилась: электрические разряды складывались в ряды и столбцы цифр, словно в невидимую таблицу. Приглядевшись, она различила надписи:
«Напряжение, ток, частота, сопротивление… синекожий ящер, невидимый ящер, гигантский ящер, пламенный ящер, подземный ящер, болотный ящер, псевдодракон, панцирный ящер, когтезуб, стальной ящер…»
Рядом вспыхивали и гасли формулы, линии изгибались, переплетались, вновь выстраивались в узоры. Каждый раз, когда вспыхивала новая линия, несколько цифр на таблице озарялись ослепительным светом, а маг тихо бормотал:
— Неверно… опять неверно…
Он взмахивал рукой — формула исчезала, и тут же в воздухе рождалась новая.
— Бедняга, — тихо пробормотал стоявший позади аметистовый дракон. Он слишком хорошо понимал, что происходит: сам когда‑то учился и тренировался точно так же. Но даже среди драконов мало кто стал бы писать формулы из чистой молнии — слишком утомительно. Обычно чертили когтями по стенам логова, по льду или песку, стирали и начинали заново. А этот — всё в воздухе, из самой стихии.
— Почему он не поручит расчёты духу башни? — шепнула Аланис. — Тот ведь справился бы быстрее. Зачем доводить себя до изнеможения? Неужели в башне закончилась энергия?
— Я спрашивала, — ответила Аннивиия, ведя их в обход гремящего мага. — Он говорит, что бегать туда‑сюда слишком хлопотно. Здесь, если что‑то не сходится, он сразу может проверить, пересчитать, перепроверить. А духу башни нужно ждать очереди: пока тот посчитает, пока вернёшься, пока снова измеришь… За это время он сам уже всё закончит.
Она невольно вздохнула: пятнадцатый уровень магии — не шутка. Без черновиков, без помощи башни, просто из воздуха ткать таблицы и формулы… Когда же она сама достигнет такой силы духа и сосредоточенности? Путь ещё долог.
Тана лишь мельком взглянула на расчёты и пошла дальше. Для драконов, особенно тех, кто владеет магией, подобная работа — обычное дело. Без такого уровня сосредоточенности и речи быть не может о легендарном звании.
В лаборатории она взяла журналы наблюдений и стала листать: вид, масса, напряжение, ток, частота… реакция животного, степень ожога тканей, лечение, сопротивление кожи, мышц, внутренних органов, ротовой полости… Только по экспериментам с электрической стимуляцией овуляции на столе лежало семь‑восемь толстых томов, исписанных разными почерками.
Тана прикинула количество опытов и сроки — и невольно удивилась:
— Вы работаете без отдыха, с утра до ночи?
— Конечно, — улыбнулась Аннивиия. — Чем скорее получим результат, тем быстрее избавим пациентов от страданий. Жаль, нас всего двое, а заклинателю нужно высыпаться, иначе не выдержит.
Не успела она договорить, как снаружи грянул оглушительный раскат грома. Воздух вспыхнул белым светом, звери в клетках взревели, загрохотали перегородки.
Аннивиия бросилась наружу. За ней — другие жрецы Природы, осыпая зверинец потоками успокаивающих чар.
В центре, высоко над землёй, парил владыка молний. Мантия развевалась, вокруг него плясали электрические змеи.
— Вычислил! — кричал он, ликуя. — Наконец‑то вычислил! Сопротивление в клоаке ящеров и в их ротовой полости находится в постоянном соотношении! По этой формуле можно точно рассчитать силу тока — безошибочно!
Эй, вычислил — вычислил, только не взрывай всё вокруг!
— Правда? — Голос Таны прозвучал мягко, но в нём звенела сила. Она поднялась в воздух, остановилась напротив мага, и тот, услышав её, будто окатился ведром ледяной воды — мгновенно протрезвел.
— Всё верно! Формула точна! — поспешно заговорил он. — Я проверю ещё на нескольких существах, и если совпадёт — можно переходить к драконам! Аннивиия, идём!
Они вместе вошли в зверинец. Несколько полудраконов ещё не проходили испытаний. Маг и Аннивиия измеряли параметры, проверяли сопротивление, накладывали «Великое плодородие», исследовали фолликулы, проводили стимуляцию. Один за другим опыты проходили успешно, лишь с незначительными корректировками напряжения.
Тана наблюдала, и выражение её лица постепенно смягчалось. Наконец она кивнула:
— Похоже, всё верно. Хорошо. Я привезла драконов — попробуем на них.
Четыре драконьих зверя вывели к площадке: два самца, две самки — зелёная, голубоватая, чёрная и тёмно‑красная. Все взрослые, длиной двадцать пять–тридцать метров, из разных ветвей рода. Даже для легендарной Таны добыть таких — дело непростое, требующее немалых связей.
Аннивиия глубоко вдохнула, обменялась с магом взглядом. Всё решалось сейчас. Если удастся — они смогут начать лечение драконов, а значит, приблизятся к решению вековой беды их рода — бесплодия.
— Начнём по одной, — сказала она. — Прошу, помогите: эту тёмно‑красную самку перенесите в башню для базовых измерений.
Полное сканирование, определение длины от клоаки до яичников, проверка зрелости фолликулов, измерение сопротивления слизистой, расчёт силы тока для стимуляции.
Эта драконица — дочь самой Таны, а значит, сестра Аланис. Пусть страдает как можно меньше. Остальные же… у них нет столь могущественных покровителей.
— Фолликулы развиты нормально, — тихо сказала Аннивиия. — Можно приступать к извлечению. Начинаем?
