Мэй Тинчжу побледнела:
— Если так, значит, противоядия не существует?
Они не были отравлены, просто рождались уже другими.
— И всё же, — глаза Мо Сыгуя загорелись, — разве вы не замечаете, как болезнь Императора Ляо похожа на нашу? Кто же создал столь изощрённый яд?
Он задумался. Болезнь ляоского правителя тоже передавалась по наследству, только там яд укорачивал жизнь, а у рода Мэй — нет.
Ань Цзю невольно поёжилась. Всё это напоминало разрушение самой основы жизни, будто кто-то невидимый управлял их судьбами.
Суй Юньчжу тихо сказал:
— Не думал, что род Фэн тоже связан с Журавлями.
— Тот самый, что когда-то держал речные перевозки Великой Сун? — удивился Ли Цинчжи.
— Да, — подтвердила Мэй Тинъюань. — Никогда не слышала, чтобы среди контролирующей организации были Фэны.
Фэны, как и Мэи, считались торговым родом, но именно они долгие годы контролировали речные пути и славились корабельным делом.
— Впрочем, — заметила Мэй Тинчжу, — без молчаливого согласия двора ни один род не смог бы захватить столько пристаней.
Ведь и водные, и сухопутные пути имели стратегическое значение. Императорский двор не позволил бы частному роду держать их в руках. Стоило бы им восстать, и Великая Сун рухнула бы за одну ночь.
— А что насчёт рода Юй? — спросила Ань Цзю.
Фэны давно канули в прошлое, теперь водные перевозки принадлежали Юям.
— Думаю, Юй не из наших, — ответила Мэй Тинчжу. — Их нынешний глава человек рассудительный: поглотив владения Фэнов, он ограничился южными землями, остальное продал. Не больше, чем местный владыка.
— Ладно, — Мо Сыгуй прищурился, — позвольте сообщить дурную весть.
В комнате мгновенно стало тихо.
Он кашлянул:
— Если Ань Цзю права, противоядия не существует.
— Значит, остаётся ждать смерти?! — Мэй Тинчжу побледнела. Она была женщиной стойкой, привыкшей бороться, но мысль о том, что теперь они беспомощны, резала душу.
Ань Цзю оставалась спокойной. Она уже знала, что такое жизнь машины для убийства, и не боялась неизвестности. Но возвращаться в то прошлое не хотела, потому решила: если придётся, будет сражаться до конца.
Мэй Тинчжу сдержала тревогу и спросила:
— Братец, ты не знаешь, где сейчас вторая госпожа Лоу?
Мо Сыгуй удивился внезапному вопросу:
— Нет. А зачем она тебе?
— Думаю, «Секретный список» мог попасть к Ляо. Если так, они могли схватить вторую госпожу Лоу, чтобы заставить тебя и Лоу Сяоу работать на них.
Мо Сыгуй усмехнулся:
— Угрожать мне Лоу Минъюэ? Лучше бы уж Ань Цзю взяли в заложницы.
Он говорил с такой лёгкостью, будто всё это его не касалось.
Мэй Тинчжу внимательно посмотрела на него. Не похоже, что он притворяется.
— Хорошо, — сказала она. — Но всё же нужно найти вторую госпожу Лоу. Лоу Сяоу — редкий гений в оружейном деле, нельзя позволить ляосцам подчинить её.
Ань Цзю не сводила взгляда с Мо Сыгуя. Ей казалось странным, как человек, недавно терзавшийся любовью, вдруг стал равнодушен.
— Я постараюсь найти способ исправить это, — сказал Мо Сыгуй. — А вы идите, у меня дела.
Все поняли, что он говорит о поиске лекарства, и послушно вышли.
Ань Цзю осталась.
— Я только спрошу одно, — сказала она.
— Спрашивай.
— Почему ты так быстро изменился? — она помедлила. — Я о твоих чувствах к Лоу Минъюэ.
— У тебя, вижу, много свободного времени, — усмехнулся Мо Сыгуй, раскладывая бумагу и начиная писать. — Когда жизнь висит на волоске, а ты думаешь о любви.
Он вывел несколько строк, поднял голову и, заметив, что Ань Цзю всё ещё сидит, вздохнул:
— Такие вещи иногда не понять и за всю жизнь, а иногда всё становится ясно в одно мгновение. Мы с ней только мучили друг друга. Зачем продолжать и губить обоих?
Ань Цзю долго обдумывала его слова. Вроде бы всё верно, но что-то в них оставалось непостижимым.
— Иди, — сказал Мо Сыгуй, — не мешай мне думать.
Она, всё ещё погружённая в свои мысли, поднялась и вышла.
Лоу Сяоу, позавтракав, не застала никого и, бродя по двору, наткнулась на Ань Цзю. Подбежала, схватила её за руку:
— Мышка, мышка, это я, Гриб!
Ань Цзю мгновенно поняла, Лоу Сяоу ищет, с кем поговорить по душам.
— Говори быстрее, я занята, — сказала она.
