Золотая шпилька — Глава 11. Трепет шёлковых складок на ветру. Часть 1

Время на прочтение: 3 минут(ы)

Кухня в резиденции Куй-вана отличалась лёгкостью и изяществом, именно тем, что так подходит лету. Павильон у пруда был создан для знойных дней: все двери и окна распахнуты настежь, с трёх сторон его окружали колышущиеся на ветру лотосы, а четвёртая вела к изогнутому мосту, соединённому с тенистой аллеей на берегу, обрамлённой плакучими ивами. Лёгкий ветер приносил едва уловимый аромат, и весь павильон дышал прохладой.  

Ли Шубай сидел один за столом. Его взгляд невольно задерживался на пустом месте напротив. Чем сильнее он пытался не думать об этом, тем ощутимее становилось отсутствие. Он молча приказал слугам убрать со стола, поднялся и вышел на мост. Перед ним поник цветущий лотос, не выдержал палящего полуденного солнца. Ли Шубай вдохнул его прохладный, тонкий аромат и долго смотрел на цветок.  

Позади стоял Цзин Ю. Он услышал, как ван тихо пробормотал три слова:  

— Второй раз.  

Цзин Ю нахмурился, не поняв смысла, но в этот миг с берега подбежал человек и доложил:  

— Из резиденции Тунчан-гунчжу прислали за евнухом Ян Чунгу.  

Только услышав имя Ян Чунгу, Ли Шубай обернулся:  

— Что случилось?  

— Ваше Высочество, в доме гунчжу произошло нечто серьёзное. Тунчан-гунчжу внезапно занемогла, сердце бьётся неровно. Придворные врачи уже там, но она настаивает, что нужно немедленно позвать евнуха Ян Чунгу.  

Ли Шубай слегка нахмурил брови и быстрым шагом пошёл по мосту к берегу:  

— Приготовь повозку, — бросил он Цзин Ю.  

***

— Ян-гунгун, повозка Куй-вана ждёт вас у ворот…  

Хуан Цзыся подняла голову, удивлённо глядя на привратника, явившегося в Управление Гвардии Цзиньу.  

— Повозка?  

— Да. Сказали, что нужно немедленно ехать в резиденцию Тунчан-гунчжу.  

«И поесть спокойно не дают, — с досадой подумала она. — Зато жалованье вычитают без пощады. Неужели можно такого начальника назвать хорошим?»  

Хуан Цзыся подняла чашу, прощаясь с неохотно отпускавшими её гвардейцами, и поспешила к выходу. У ворот действительно стояла повозка Куй-вана. Она быстро постучала в дверцу:  

— Ваше Высочество, простите, что заставила ждать. Этот ничтожный слуга достоин смерти.  

Ответом была тишина, казалось, ван не собирался её замечать. Хуан Цзыся уже хотела обойти повозку и сесть рядом со стариком Юаньбо на козлы, но изнутри раздался холодный голос:  

— Ты и вправду достоин смерти.  

Хуан Цзыся резко втянула воздух и застыла.  

— Ты — евнух из моего дома. Сам государь поручил тебе расследовать странное дело в резиденции гунчжу. Но не успело одно бедствие утихнуть, как возникло другое. Вчера погиб человек, а сегодня ты беззаботно пируешь, чокаешься чашами, смеёшься… Неужели не заслуживаешь смерти?  

У неё похолодело под кожей, и она смогла лишь заикнуться, не смея возразить.  

Ли Шубай смотрел на неё сквозь оконце повозки. Под палящим полуденным солнцем её лицо порозовело, словно цветок персика, нестерпимо прелестное зрелище. Этот лёгкий румянец вызвал в нём странный, неуправляемый жар, мгновенно охвативший грудь.  

Рядом с ним она всегда была сдержанна, спокойна, будто в её мыслях не было ничего, кроме жалоб и дел. Даже дыхание её было ровным, движения — безупречно правильными. Но стоило ей уйти, и она жила иначе: играла в цзицюй с мужчинами, пила, смеялась, звала их братьями, забывая, что она женщина, забывая ту тихую сдержанность, какую показывала перед ним. И самые яркие её краски никогда не предназначались ему.  

Огонь в груди Ли Шубая усилился. На миг он забыл, что он невозмутимый Куй-ван. Он вскочил, ногой резко распахнул дверцу и, став на подножку повозки, глянул сверху вниз:  

— Поднимайся!  

Хуан Цзыся подняла взгляд. На фоне света его силуэт казался резким, словно вырезанным из стали; глаза — острыми, как у ястреба. Неизвестно почему, но в груди у неё поднялась волна страха, дыхание сбилось, и она не посмела ответить.  

— Все в Чанъане знают, что Куй-ван всегда спокоен и не выказывает чувств. Почему же сегодня Ваше Высочество гневается на простого евнуха? — раздался за спиной насмешливый голос, будто не замечавший напряжения.  

Это был Ван Юнь. Он широко улыбался, легко обмахиваясь складным веером, который Хуан Цзыся ранее вернула ему, и, поклонившись Ли Шубаю, произнёс:  

— Сегодня первый день, как друг Ян Чунгу вступил в наше ведомство. Ян Чунгу дорожит дружбой, и многие из наших братьев уважают его. Потому я и пригласил его выпить. Надеюсь, Ваше Высочество не осудит нас за то, что мы уговорили его на несколько лишних чаш?  

Поскольку сам Ван Юнь вышел навстречу, Ли Шубай не мог отвергнуть его любезность.  

— Его личные дела меня не касаются, — сказал он ровно. — Но сегодня в деле, что он ведёт, возникла срочная необходимость. Если промедлить, могут быть последствия.  

Ван Юнь улыбнулся Хуан Цзыся:  

— Тогда ступай. Когда дело завершится, братья из Управления Гвардии устроят тебе пир.  

Ли Шубай бросил на него короткий взгляд и жестом велел Хуан Цзыся пересесть вперёд, к А Юаньбо. Она с облегчением выдохнула, кивнула Ван Юню и поспешно вскочила на козлы.  

Ван Юнь провожал её взглядом, всё ещё улыбаясь. Позади выбежал Чжоу Цзыцин:  

— Чунгу поехал к Тунчан-гунчжу? Что случилось? Почему меня не взяли с собой?  

— А что бы ты там делал? Неужели тебе мало того, что ты и так хвостом за ним ходишь? — бросил Ван Юнь, оборачиваясь, и, не дожидаясь ответа, направился обратно.

Золотая шпилька — Список глав