Насмешка Цэнь Сэня была столь явной, что понять её не мог бы разве что полный глупец. Невеста Чжоу Чжэня смутилась и поспешно потянула его прочь. Цзян Чунь, стоявшая в стороне, едва удерживалась от смеха, а когда они скрылись, и вовсе согнулась пополам, не в силах сдержаться. Лишь когда Цзи Миншу ущипнула её и шёпотом напомнила о приличиях, та кое-как взяла себя в руки.
Возможно, услышав прежде чрезмерные похвалы Цзян Чунь, способные составить целый хор восхвалений, Цэнь Сэнь сегодня был необычайно терпелив и даже перекинулся с ней парой фраз. Но Цзян Чунь сочла такую честь чрезмерной и, сославшись на необходимость найти Гу Кайяна, поспешила удалиться от Цзи Миншу.
К этому времени приём только начинался; новые изделия для особых гостей ещё не представили, и потому Цзи Миншу не могла просто уйти вместе с Цэнь Сэнем. Они шли под руку, неторопливо обходя зал. Со стороны казалось, будто между ними царит близость, но в действительности их окружала странная, натянутая тишина.
— Особенность этой модели, характерный ромбовидный узор простёжки на поверхности сумки. Для его создания требуется девяносто пять тончайших операций, включая как видимые, так и скрытые швы… — представитель бренда рассказывал о новых вариациях классической модели, а гости и журналисты тесным кругом слушали его.
Цзи Миншу не выдержала. Она слегка толкнула Цэнь Сэня локтем и, подняв взгляд, тихо спросила:
— Сегодня утром, когда ты обсуждал сотрудничество с кузеном Чжоу Чжэня, что он… сказал?
— А как ты думаешь? — ловко уклонился Цэнь Сэнь.
Цзи Миншу умолкла. Она поняла, если он явился сюда с видом человека, требующего объяснений, значит, разговор тот был неприятен. В глубине души ей даже польстило, что Цэнь Сэнь ревнует, но объясняться ей не хотелось — ведь быть «почти управляемой из чужого рыбьего пруда» было вовсе не поводом для гордости.
— Не слушай глупостей. Между мной и Чжоу Чжэнем ничего нет, — сказала она коротко, не вдаваясь в подробности. Цэнь Сэнь не проявил особого беспокойства, и потому спешить с оправданиями смысла не было.
Весь вечер он держался спокойно, даже сопровождал её, когда она заказывала новые сезонные модели. Позже начался небольшой аукцион винтажных сумок. Цзи Миншу не проявляла особого интереса, зато невеста Чжоу Чжэня явно положила глаз на одну из них. Чжоу Чжэнь, желая блеснуть, стал упорно торговаться с другой дамой, решив непременно победить. Та в конце концов уступила, но в самый момент сделки Цэнь Сэнь, не моргнув глазом, удвоил ставку Чжоу Чжэня.
Цена оказалась нелепо высокой. Ни Чжоу Чжэнь, ни его невеста не решились платить, и им оставалось лишь с досадой наблюдать, как Цэнь Сэнь забирает сумку.
Цзи Миншу не ожидала такого поступка и удивлённо сказала:
— Мне не нужна эта сумка, у меня ведь уже есть такая.
— Просто ради забавы, — небрежно ответил Цэнь Сэнь. — Не понравится, подари подруге.
Чжоу Чжэнь с невестой, сидевшие неподалёку, едва не поперхнулись от злости. Цзян Чунь, находившаяся в ряду впереди, обернулась с восторженным видом и заискивающе посмотрела на Цзи Миншу, подавая ей прозрачные знаки.
В конце концов Цзи Миншу не смогла отдать новую сумку, ведь Цэнь Сэнь купил её для неё, но пообещала подарить Цзян Чунь прежнюю, из своей коллекции. Та три дня подряд осыпала её похвалами и хвасталась перед Гу Кайяном, словно школьница. Гу Кайян не спорил, но Цзи Миншу всегда старалась быть справедливой к друзьям, поэтому выбрала ещё одну сумку и вручила её Гу Кайяну.
Оставив в стороне мелкую ревность, вызванную сумкой, они с Цэнь Сэнем вернулись домой. Он приготовил роскошный ужин, как идеальный супруг, и даже открыл бутылку выдержанного красного вина. В последнее время Цэнь Сэнь был слишком занят, чтобы готовить, и Цзи Миншу давно не ела по-настоящему вкусного. На столе стояли её любимые блюда, в том числе давно не появлявшиеся тушёные свиные рёбрышки. Она ела с удовольствием, настолько большим, что напрочь забыла о неприятном эпизоде с Чжоу Чжэнем. После ужина она даже с готовностью надела фартук и помогала Цэнь Сэню мыть посуду.
Она знала, что появление рёбрышек обычно предвещает бурный вечер, и, хоть и ожидала этого, не догадывалась, что цена за сегодняшние окажется куда выше обычной.
Цэнь Сэнь словно переменился: от дневной мягкости не осталось и следа. Раньше, когда она не выдерживала и начинала шептать нежности, он становился ласковее. Но сегодня всё было иначе, он был непреклонен, не позволял сопротивления, и ни слёзы, ни мольбы не помогали.
Цзи Миншу всхлипывала, вся в поту, и, чувствуя его скрытое раздражение, наконец решилась признаться в своём прошлом с Чжоу Чжэнем, если то вообще можно было назвать прошлым.
У Цэнь Сэня влажные от пота виски блестели, глаза налились красным. Он хрипло спросил из-за её спины:
— Ты испытывала к нему чувства?
— Тогда… он был красив, — прерывисто ответила она. — Мне… немного нравился. Разве это не естественно? Мне ведь нравились и многие актёры. К тому же это было просто чувство… А ты… Разве ты не встречался с Ли Вэньинь?..
Едва слова сорвались с её губ, Цзи Миншу поняла, что сказала лишнее. Напоминать о старых ранах в такой момент, верный путь к беде. И действительно, за этим последовал новый приступ его ярости.
Она уже не сопротивлялась, тихо стонала, вцепившись в ткань занавеси, и мысленно клялась, что больше никогда не притронется к рёбрышкам и не станет искать утешения в еде. Но Цэнь Сэнь не собирался останавливаться, и отчаяние охватило её целиком.
В подобных делах обычно женщина сдаётся первой. Цзи Миншу держалась, сколько могла, но вскоре от гордости не осталось и следа. Она сменила тон, вместо раскаяния начала горячо признаваться в любви, повторяя, что любит только его, что никого, кроме него, не хочет. Ей было уже всё равно, лишь бы он смягчился.
Более того, она с жаром принялась поносить Чжоу Чжэня:
— Да как я могла быть с таким, как он? Он ниже тебя, не так красив, не так богат! Что я могла в нём найти? Что он умеет одновременно болтать с пятью девушками и смотреть шесть фильмов о Гарри Поттере?
Неожиданно этот приём подействовал, Цэнь Сэнь стал заметно мягче, быть может, от усталости, а может, от её слов.
Цэнь Сэнь внезапно наклонился к её уху и хрипловато прошептал:
— Давай заведём ребёнка, а?
Цзи Миншу застыла, моргнула, не веря услышанному.
— …Что? — только и смогла вымолвить она, а в голове отчаянно вспыхнула мысль: «Я же сама ещё ребёнок!»
Моя королева, мои правила — Список глав
