Цянь Фэй лучезарно улыбнулась и сказала:
— Я догадываюсь, что твоего отца зовут Ли Цяньшэн, я права?
Рот Ли Ифэя мгновенно открылся, на лице застыло выражение крайнего шока, переходящего в оцепенение, что совершенно не вязалось с его обычной надменной красотой.
— Откуда ты знаешь?!
Подумав, он решил, что этот вопрос не самый главный, поэтому быстро сменил его на другой:
— Когда ты узнала?!
Цянь Фэй взяла телефон, открыла WeChat, нашла их переписку и открыла фотографию, чтобы показать Ли Ифэю.
Это было то фото, которое он прислал ей, когда работал сверхурочно в выходные.
Днём, когда совещание закончилось, Цянь Фэй сидела во главе стола и смотрела вниз. Вид множества голов вызвал у нее необъяснимое чувство дежавю.
В мозгу словно сверкнула молния, и она быстро достала телефон.
Точно, фотография, которую прислал Ли Ифэй, была сделана именно в этом конференц-зале!
Причём ракурс съемки указывал на то, что он сидел на том самом месте, где сейчас сидела она.
А каким статусом должен обладать человек, который может сидеть на этом месте и говорить так, будто распоряжается всем вокруг?
В её душе начало зарождаться смелое предположение.
Чтобы подтвердить эту догадку, она попыталась выведать информацию у замдиректора Ляо.
И замдиректора Ляо сказал ей, что жена председателя Ли Цяньшэна умерла очень рано.
Позже она побежала в туалет и через телефон зашла в Baidu, желая поискать сплетни вроде «сын Ли Цяньшэна». К сожалению, этот богач настолько хорошо охранял частную жизнь сына, что в интернете почти ничего нельзя было найти, за исключением одного интервью в формате «вопрос-ответ»:
Журналист: «Вы, кажется, никогда не упоминали о своих детях публично, люди лишь смутно знают, что у вас есть сын. Скажите, вы делаете это, чтобы защитить его?»
Ли Цяньшэн: «На самом деле я хочу, чтобы он с точки зрения обычного человека ясно увидел, что за люди его окружают, и искренне ли они к нему относятся. Я очень беспокоюсь, что если другие узнают, что он мой сын, их мотивы для общения с ним перестанут быть чистыми».
Она смотрела на этот диалог, размышляя, и вспоминала множество деталей, которые раньше упускала из виду.
Когда они проучили Ху Цзынина, Ли Ифэй сказал, что попросил одного дядю из муниципальных органов напрямую обратиться к председателю отеля.
Как-то раз, когда они вместе пили пиво, Ли Ифэй с серьезным видом сказал ей, что он фуэрдай. Она подумала, что он шутит, и совсем не поверила.
Он однажды сказал ей, что его отец беспокоится, будто окружающие люди общаются с ним только ради денег. Тогда она вообще не приняла эти слова всерьез.
Он и Ляо Шиюй — друзья детства. В структуре акционерного капитала группы указано, что Ляо Шиюй, ее родители и дядя владеют акциями группы.
А ещё тот брендовый чай, Улянъе, фарфор спецпоставки.
Все эти детали нахлынули на Цянь Фэй, словно прилив.
Она чувствовала, что то смелое предположение становится все ближе к истине.
Стиснув зубы, чтобы подавить порыв позвонить и спросить напрямую, она выключила телефон.
Ли Ифэй с беспокойством смотрел на Цянь Фэй, которая молчала уже почти десять минут. Он осторожно протянул руку и ткнул ее в локоть:
— Цзинь-Цзинь, не молчи, скажи хоть что-нибудь! Что угодно!
Цянь Фэй посмотрела на него:
— Что угодно?
Ли Ифэй яростно закивал.
Цянь Фэй:
— Да пошёл ты!
Ли Ифэй мысленно вздохнул. Что же делать, и его отец, и он сам — единственные сыновья в роду, у него нет дяди.
Выдав эту фразу с переполнявшими её чувствами, Цянь Фэй снова замолчала. Ли Ифэй продолжал тыкать её:
— Не останавливайся, скажи ещё что-нибудь, а если совсем не хочешь говорить, можно и ударить!
Цянь Фэй уставилась на него.
Затем у неё зазвонил телефон.
Она взяла трубку. В динамике послышался слегка паникующий голос Ляо Шиюй.
— Цянь Фэй, я пошла искать Ван Жухая, но его постоянно рвет, он даже на какое-то время потерял сознание. Я сейчас привезла его в больницу! Но он не дает врачам осмотреть себя, говорит только, что хочет видеть тебя! — голос был громким, и стоящий рядом Ли Ифэй отчетливо слышал каждое слово.
Сердце Цянь Фэй ёкнуло. Она уточнила название больницы и номер палаты.
Положив телефон, она сказала Ли Ифэю:
— С тобой мы потом сочтёмся, а сейчас мне нужно в больницу.
Ли Ифэй резко вскочил:
— Ну рвёт Ван Жухая и пусть рвёт. С какой стати ты должна бежать к нему только потому, что его тошнит и он хочет тебя видеть?! Он что, не в курсе, что твой мужик классом повыше его, и не стыдится своей ничтожности? Нет, я не согласен, ты не пойдёшь!
Цянь Фэй подняла на него глаза и, делая ударение на отдельных словах, сказала:
— Вечером, когда мы выходили из «того здания вашей семьи», с «того здания вашей семьи» напротив свалилась вывеска. Она летела прямо мне на голову, но Ван Жухай оттолкнул меня сзади, и в итоге она упала на него. Он принял удар вместо меня, и теперь у него симптомы сотрясения мозга. Как думаешь, стоит мне его навестить или нет?
Ли Ифэй нахмурился:
— Тогда я пойду с тобой!
Цянь Фэй с холодным лицом ответила:
— Ты думаешь, у меня всё ещё ангельский характер? Говорю тебе, у Цянь-баодай характер испортился! Мы ещё не разобрались с тем, кто твой папаша, и меня сейчас тошнит от одного твоего вида! Предупреждаю: если посмеешь пойти следом, я тебе ноги переломаю!
Сказав это, она взяла сумку, подошла к двери, переобулась и злобно указала пальцем на Ли Ифэя, который беспокойно топтался в гостиной:
— Стой там! Не двигаться!
Ли Ифэй, дергая ногой, проныл:
— Цянь-баодай, ты вот так бросишь меня одного и пойдешь к бывшему парню? Это нормально? Это же совсем не по-товарищески!
Цянь Фэй вскинула бровь:
— А может, ты отведёшь меня к своему папе? Говорю же, я злюсь, когда тебя вижу. Ты это, давай-ка дуй домой, а! Чтобы потом не вышло продолжения шоу «Папа, куда мы идём?»1.
Ли Ифэй, тряся ногой, спросил:
— Какого продолжения?
Цянь Фэй ехидно ответила:
— Твой папа сейчас позвонит тебе и спросит: «Сынок, сынок, а куда ты подевался?».
Сказав это, она открыла дверь и ушла.
Ли Ифэй смотрел на захлопнувшуюся с грохотом дверь и чувствовал, что ногу от тряски, кажется, свело судорогой.
- Папа, куда мы идем? (爸爸去哪儿, Bàba qù nǎr) — популярное китайское реалити-шоу с участием знаменитых отцов и их детей. ↩︎
