В начале ноября погода окончательно похолодала, и всем пришлось надеть осеннюю одежду поплотнее.
Главным событием в жилом комплексе в последнее время стал переезд семьи офицера Пэя.
Цао Ли и Пэй Хаобинь расписались больше года назад и столько же прожили здесь. Эта женщина умела ладить с людьми, и у неё даже появилось несколько подруг в округе.
Вот только Чжао Чжилань в своё время неплохо общалась с бывшей женой Пэй Хаобиня, Цзян Вэньцзюань, поэтому весь этот год при встречах с Цао Ли чувствовала неловкость и не сблизилась с ней так сильно, как другие дамы.
Вообще-то новоселье — дело радостное, и Пэй Хаобинь специально выбрал подходящий день для переезда.
Пэй Хаобинь был человеком честным и неподкупным, подарки от соседей принимать наотрез отказывался и Цао Ли наказывал того же не делать. Хотя ей и было немного жаль, в таких важных вопросах она соображала здраво и поспешила согласиться.
Когда приехали грузчики и началась подготовка к переезду, Пэй Хаобинь, поколебавшись, снова спросил Бай Юйтун:
— Он правда сказал, что не вернётся?
Глаза Бай Юйтун забегали, она невнятно пробормотала:
— Угу, да.
Пэй Хаобинь протяжно вздохнул. Та пощёчина пролегла между ним и Пэй Чуанем подобно бездне. Он не мог заговорить первым и перешагнуть через это, а Пэй Чуань с его характером, разумеется, не пошёл бы на уступки.
Однако если Пэй Чуань не вернётся, а в один прекрасный день обнаружит, что старого дома больше нет, что тогда?
Поздравить семью Пэй с переездом пришли Пэй Чуньли и Лю Дун.
Лю Дун так и сиял:
— Старший гэгэ, если в чём понадобится моя помощь, только скажи. О, это Бай Юйтун? Стала ещё краше, чем в прошлом году. И невестка отлично выглядит.
Услышав комплименты, Цао Ли обрадовалась и поспешила налить супругам чаю:
— Ну что вы, что вы.
Пэй Чуньли замялась, словно хотела что-то сказать, но не решалась:
— Гэгэ, вы переезжаете, а Сяо Чуань…
Праздничная атмосфера словно замерла. Лю Дун тайком больно ущипнул свою недогадливую жену.
Пэй Чуньли стало горько на душе. Она вспомнила, как больше года назад одинокий подросток один присматривал за Пэй Хаобинем, боясь, что отец больше не очнётся. Тогда ему никто не помогал, и этот её бессовестный и подобострастный муж, Лю Дун, тоже отказался приютить Пэй Чуаня.
Пэй Чуньли всё-таки была родной тётей Пэй Чуаня. Несмотря на тяжёлую атмосферу, она через силу договорила:
— Сяо Чуань станет совершеннолетним только следующим летом. Он совсем один там, снаружи, как же он живёт? Старший гэгэ, ребёнок проявил бунтарство, но это же не преступление. Как же он будет дальше учиться в университете, искать работу, жениться, если у него нет семьи?
Видя помрачневшее лицо Пэй Хаобиня, Лю Дун поспешил вставить:
— Чуньли глупости говорит. Сяо Чуань парень способный, прожил же он этот год как-то.
Бай Юйтун промолчала. Разумеется, она не хотела, чтобы Пэй Чуань возвращался. У него был пугающий характер, от одних мыслей о нём у неё внутри всё сжималось от страха. Однако открыто заявить о нежелании его возвращения она не могла. Даже будучи дурой, она не стала бы говорить такое при дяде Пэе.
В итоге Цао Ли сгладила углы, улыбнувшись:
— Чуньли, ты рассуждаешь верно, но на днях моя Бай Юйтун ходила к нему, и мальчик сам не захотел возвращаться.
Лю Дун в душе лишь усмехнулся. Калека, а туда же. Университет, женитьба. Много же он о себе возомнил! Какая семья согласится отдать за него дочь? Только у его жены мозгов нет. Но при офицере Пэе он не мог отчитать Пэй Чуньли, поэтому просто смотрел на Пэй Хаобиня.
Пэй Хаобинь, опустив голову, произнёс:
— Я зайду к нему после работы.
В конце концов, он был главой семьи, и его нрав не слишком отличался от нрава Пэй Чуньли. Никто не посмел возразить против такого решения.
В сумерках Пэй Хаобинь пришёл в Сань-чжун. Он был здесь впервые и чувствовал себя неловко.
В Сань-чжуне как раз начались занятия по самоподготовке. Пэй Хаобинь отправился на поиски классного руководителя Пэй Чуаня.
Классным руководителем Пэй Чуаня была женщина лет сорока. Узнав о цели визита Пэй Хаобиня, она удивилась:
— Вы его отец? Но в его личном деле указано, что оба родителя скончались.
Пэй Хаобинь содрогнулся, разгневанный тем, что этот неблагодарный сын изменил даже документы.
Учительница продолжила:
— Раз вы его отец, то где же вы были целый год или два? Не появлялись, на родительские собрания не ходили, его делами не интересовались. Мы возлагали на него большие надежды, ведь он поступил к нам по рекомендации1, но потом он связался с местными фуэрдаями и просто прожигает жизнь. Мы даже совладать с ним не можем. И вы, как родитель, тоже не думали за ним приглядывать.
У Пэй Хаобиня в душе запоздало похолодело.
Между ним и Пэй Чуанем никогда не стоял один лишь развод с Цзян Вэньцзюань. Были ещё и те культи, кошмар, преследовавший его и Цзян Вэньцзюань в полночных снах, орден, обагрённый кровью сына.
Оба родителя скончались.
Вот каким было восприятие и выбор Пэй Чуаня.
Пэй Хаобинь не помнил, как вышел из школы. Его осанка по-прежнему была прямой, ведь ему в этом году исполнилось всего сорок, но на сердце словно навалился тяжёлый камень, мешающий дышать.
Семья Пэй в итоге всё же съехала, и в жилом комплексе стало на одну семью меньше.
Семья Пэй Хаобиня упаковала и увезла много вещей, но в конце концов Пэй Чуаня так никто и не позвал.
Чжао Чжилань сказала:
— Хотя офицер Пэй человек неплохой, мне кажется, в деле Пэй Чуаня у него «одной жилки не хватает»2. Эх, как вспомнишь — злость берёт.
Однако чужие семейные дела — это в лучшем случае лишь тема для разговоров за чаем.
Осень прошла, зима наступила быстро. Сяо Бэйцзюню после Нового года исполнилось ещё на год больше, старая прошлогодняя ватная куртка стала ему мала, и пришло время идти в подготовительную группу.
Чжао Чжилань было очень тяжело. Из-за рождения второго ребёнка она на год забросила работу, и двое детей стали огромным бременем для семьи.
У каждой семьи есть книга, которую трудно читать3. Такой «трудной книгой» для неё стал родной младший брат. Дядя Бэй Яо и Бэй Цзюня раньше сбил человека на машине, и пришлось потратить кучу денег, чтобы вытащить его. Все сбережения семьи Бэй ушли на это.
Чжао Син оказался непутёвым. Последние несколько лет он бездельничал дома, деньги не возвращал и превратился в бездонную яму.
Чжао Чжилань чувствовала вину перед мужем и детьми.
Пусть она больше не даст Чжао Сину ни копейки, но те деньги, что уже были отданы, исчезли навсегда. Не убивать же его, в самом деле? Тяжелее всего сейчас приходилось бабушке Бэй Яо, ведь Чжао Син был её единственным родным сыном, а в те времена идея почитать мужчин и презирать женщин4 была слишком сильна.
Приближался 2008 год. Семья Чжао Сю жила всё лучше. Пэй переехали, даже семья Чэнь Ху за эти пару лет неплохо поднялась. И только у них из-за Чжао Сина жизнь была трудной.
Чжао Чжилань просто-напросто нацепила на Бэй Цзюня детские вещи Бэй Яо:
— Всё равно ты не такой красавчик, как твоя цзецзе, какая разница, что носить. В этом году обойдёшься.
Бэй Цзюнь в девчачьей одежде с игрушечным мечом в руках нисколько не возражал и вовсю озорничал.
Дети в таком возрасте ещё не слишком пекутся о репутации.
Только Бэй Яо при виде этого не знала, смеяться ей или плакать, ей было немного жалко брата.
Чжао Чжилань сказала:
— Яо-Яо нужно купить новую одежду, в следующем году ей уже семнадцать. Мама на днях видела в магазине одну зимнюю юбку, говорят, на молодых девушках она смотрится лучше всего.
Бэй Яо ещё не успела отказаться, как Бэй Цзюнь воскликнул:
— Хорошо-хорошо! Купите цзецзе красивое!
Чжао Чжилань подумала, что всё-таки не зря родила этого сына. Он знает, что нужно жалеть единственную девочку в семье.
В декабре в городе С выпал первый в этом году снег. Чжао Чжилань и Бэй Лицай ушли на работу. Бэй Цзюнь сказал:
— Цзецзе, я так хочу поехать погулять в город. Слышал, на Новый год в городе зажигают яркие огни и люди лепят снеговиков. Пистолет Сяо Ган тоже купили в городе.
Школа Бэй Яо как раз находилась в городе, она хорошо знала те края. Посмотрев на нелепый наряд брата, она вернулась в комнату, достала свои накопленные деньги и сказала:
— Пойдём, цзецзе купит тебе одежду.
Бэй Цзюню было всё равно на одежду. Он был на седьмом небе от счастья просто от того, что можно выйти из дома.
Бэй Яо взяла Бэй Цзюня за руку, и они пошли на автобус. Вскоре из-за угла вышел помятый мужчина. Проводив взглядом Бэй Яо с братом, он постучал в дверь:
— Цзецзе!
Никто не ответил.
Чжао Син тревожно потёр руки. Вспомнив, что его жена затеяла развод, он бросился вдогонку туда, где скрылись дети.
- Поступил по рекомендации (保送, bǎosòng) — система зачисления в учебное заведение без вступительных экзаменов за выдающиеся успехи. ↩︎
- Одной жилки не хватает (少一根筋, shǎo yī gēn jīn) — идиома, описывающая человека недогадливого или лишённого здравого смысла в определённых вопросах. ↩︎
- У каждой семьи есть книга, которую трудно читать (家家有本难念的经, jiā jiā yǒu běn nán niàn de jīng) — пословица, означающая, что в каждой семье есть свои скрытые проблемы и трудности. ↩︎
- Почитать мужчин и презирать женщин (重男轻女, zhòng nán qīng nǚ) — традиционный образ мышления в ряде азиатских стран, согласно которому сыновья имеют гораздо большую ценность, чем дочери. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
