— Вэй Юньшань ведь почти сумел меня обмануть, — призналась она, всё ещё недоумевая. — Неужели я такая дура? Даже глупее Мэй Цзю?
— У некоторых людей много хитрости, но взгляд их узок, потому и великих дел они не совершают, — спокойно ответил Чу Динцзян. — Ты не из их числа.
Ань Цзю облегчённо выдохнула.
— Из-за такой мелочи ты уже тревожишься? — Чу Динцзян подошёл, поднял из травы упавший флакон и спрятал его за пазуху.
— Говорят, Вэй Юньшань потерял внутреннюю силу, потому что два приёмных сына обманом лишили его её и заточили в клетку. Похоже, и теперь без Вэй Юйчжи не обошлось, — Ань Цзю нахмурилась, в голосе её прозвучало сочувствие. — Какая же жалкая судьба!
Чу Динцзян обнял её за плечи и тихо похлопал, не говоря ни слова.
Туман вокруг сгущался, в воздухе стоял запах гари.
Когда они ушли, вскоре на место прибыла группа людей в чёрном.
Они обыскали всё вокруг.
— Дальше следов нет, — сказал один.
— Судя по следам боя, здесь действовал Вэй Юньшань, — ответил другой. — Возвращаемся с донесением. Подозреваем, что он присвоил божественное лекарство.
— Уходим!
Через мгновение тёмные фигуры растворились в пустынной равнине.
Поздняя ночь.
Ворота поместья Чжэньдин ещё не были открыты. Стража на башне заметила, как к городу приближается отряд всадников, и окликнула:
— Кто идёт впереди!
Отряд остановился. Один всадник выехал вперёд.
— Мы везём государственные запасы провианта для войска по приказу!
Он положил знак и документы в бамбуковую корзину у подножия стены.
— Странно, — пробормотал начальник караула, — не слышал, чтобы через Чжэньдин должны были проходить обозы с провиантом. — Он приказал поднять корзину.
Проверив бумаги и знак, он убедился, что всё подлинное, и крикнул:
— Пропустить!
Колонна повозок двинулась вперёд.
Начальник, глядя сверху, провожал взглядом телеги, гружённые зерном. Вдруг он заметил, что доспех одного из солдат будто мал ему на несколько цуней. Приглядевшись, он понял, что почти все такие. Сердце его сжалось. Он крикнул:
— Немедленно остановить обоз! Не впускать в город!
Но было поздно. Когда его заместитель спустился вниз, половина стражи у ворот уже лежала на земле. Издалека донёсся гул боевого клича.
— Ляо! — раздался вопль с башни.
— Готовить арбалеты! — рявкнул начальник.
Плотная лавина всадников из Ляо в одно мгновение оказалась у стен. С башни град стрел обрушился на них, и многие падали, но ворота уже были распахнуты настежь. Всадники, не щадя жизни, ринулись в пролом, и меньше чем за полчаса в город ворвалась целая конница.
В Чжэньдине поднялась страшная суматоха.
Лагерь армии Хэбэй.
— Донесение!
Крик прорезал тишину, разбудив всех.
Всадник с красным знаменем мчался во весь опор, у палатки полководца спрыгнул с коня.
Стража приняла его оружие и пропустила внутрь.
Он пал на одно колено:
— Доношу великому полководцу: Чжэньдин пал!
Лин Цзыюэ вскочил.
Чжэньдин — главный город западного пути Хэбэя, вокруг него стояли гарнизоны, и всё же ляосцы сумели его взять?!
— Сюда! — приказал он. — Созвать всех командиров!
Пламя факелов в лагере вспыхнуло ярче.
Когда Чу Динцзян и Ань Цзю вернулись, они сразу ощутили тревогу.
Гао Дачжуан, заметив их, опередил вопрос:
— Ляо захватили Чжэньдин.
— Как это случилось? — Чу Динцзян похолодел.
— Они выследили обоз с провиантом, следовали за ним и вместе с ним ворвались в город, — Гао Дачжуан сжал кулаки.
Обычно провиант, доставленный из столицы, сперва прибывал в Чжэньдин, где его распределяли между гарнизонами. Но на этот раз груз предназначался прямо для лагеря Хэбэя и потому не должен был проходить через Чжэньдин.
