Чжао Сяожоу была в ярости, скорость, с которой она сыпала проклятиями по телефону, могла сравниться с пулемётом:
— У меня, Чжао Сяожоу, пять миллионов фанатов, я его кормила, с ним спала, а в итоге он выдал фразу «я тебя недостоин» и ушел? В чём именно недостоин, объясни нормально! Что это за мужик такой, ни начала, ни конца? Ему что, мало того, что я давала? Считает, я к нему недостаточно хорошо относилась? Что, захотел сменить на кого-то побогаче, чтобы пахать на десять лет меньше, да? Я, мать твою, сейчас же найду владыку ада Янь-вана, чтобы он скостил ему десять лет в Книге жизни и смерти!
Ху Сю соврала, что сигнал плохой, и повесила трубку. Остальные пассажиры уставились на неё. Дух исследования сплетен у них был куда серьезнее, чем при выборе фондов для получения «пароля к богатству».
Разрыв отношений обычно обсуждают только с лучшими подругами, но Ху Сю все же попутно написала в чат на троих с Ли Ай и Дяо Чжиюем:
Ма Лян оставил записку и испарился, Чжао Сяожоу бросили.
Добравшись до дома Чжао Сяожоу, Ху Сю увидела, что окна открыты, и в панике бросилась наверх. С горя можно и ругаться, но только не прыгать из окна.
Однако, войдя в дверь, она обнаружила Чжао Сяожоу за разбором коробок. Та была в маске и резиновых перчатках, серьёзная, словно на месте преступления.
Увидев Ху Сю, Чжао Сяожоу тут же начала беситься:
— Я думала, он честный человек, но чем больше думаю, тем больше не сходится. Разве честный человек станет продавать «обувь с запахом»1, да еще и не работая, везде приживаясь на халяву, без стыда и совести? Это же, мать твою, паразит!
— Я только что встретила Трейси, она мне тоже рассказывала. Ма Лян встречался с ней, ситуация немного похожа на твою…
— Говори!
— Сам подошёл знакомиться, взял на себя всю работу по дому, во всем ее слушался и потакал, утешал ее нежную душу, говорил, что хоть денег нет, но отдаст ей все…
— И что еще?
— Через Трейси ему нашли неплохую работу… Полностью сменили имидж, от и до…
— Ко мне он пришел, пользуясь еще «Байцюелин»2, а когда уходил, прихватил мой La Mer3, черт.
Ху Сю подумала: «Разве “Байцюелин” не был у Трейси от давних клиентов?»
В тот год подарили кучу наборов, в офисе раздавать было жалко, так она все домой утащила, чтобы добро не уходило чужим людям. Чжао Сяожоу продолжала допытываться:
— Ещё что-то?
— Та фотография из Мексики была прислана кем-то другим, он украл фото и притворился, что сам в Мексике… И ещё Трейси подарила ему IWC Portugieser, ты ему ничего не дарила?
— Я подарила сумку. Несколько дней назад он показывал мне фото Rolex «Hulk», я притворилась спящей. Даже часы — это тоже «Забой свиней»4? Я, мать твою…
Чжао Сяожоу выдернула номер журнала, встряхнула его, вытащила одну страницу и ушла на кухню. Вернулась она уже с кухонным ножом, завернутым в цветную страницу, и с угрожающим видом заявила:
— Посмел провернуть эту схему со мной, с Чжао Сяожоу? Я, мать твою, сегодня же его зарублю!
— Не делай глупостей! — Ху Сю отправила SOS Дяо Чжиюю: «У Чжао Сяожоу, срочно приезжай», и поспешила схватить Чжао Сяожоу за руку. В секундной борьбе нож выпал из бумажного свертка и, скользнув вдоль ноги Чжао Сяожоу, прямо вонзился в пол. Ху Сю от страха чуть душу не выплюнула — это же, мать его, Чжан Сяоцюань5!
Чжао Сяожоу могла лишиться чего угодно, только не лица. Гун Хуайцун был хотя бы нуворишем в первом поколении, а такой мастер «Забоя свиней», как Ма Улю, просто обвел ее вокруг пальца, выманив и чувства, и деньги. Сейчас она чувствовала себя примерно как этот нож на полу: вытащить — убить нельзя, а в пол воткнулся так, что лезвие выщербилось — позор.
После всего этого шума Чжао Сяожоу сидела на диване и пила большую чашку кофе. Помолчав долгое время, она сжала телефон, словно «Черную кожаную тетрадь»6:
— Если пойду с таким человеком напролом — проиграю, да еще и покажу отсутствие вкуса. То, что я связалась с ним, значит, что я, Чжао Сяожоу, была слепа.
— Но я, столько лет тертая в этом мире, точно так этого не оставлю.
К моменту прибытия Дяо Чжиюя Чжао Сяожоу уже нацепила улыбку и даже достала вино для угощения; дом выглядел так же, как и всегда.
За исключением двухсантиметровой выбоины в полу.
Вместе с Дяо Чжиюем пришёл Тай-гэ. Фигура как у Сталлоне, внешность не уступает Хан Га-ин7.
Особенно эти большие, хлопающие глаза. Ху Сю даже остолбенела. Что за диковинные виды окружают Дяо Чжиюя?
Дяо Чжиюй, видя, что в комнате тишь да гладь, даже не сразу сообразил:
— А где Ма Лян?
— Ушёл не попрощавшись…
— Я специально привел еще одного человека, боялся, что вы подеретесь.
— Успокойся, до драки с ним я не опущусь. Если подерусь, только задержу его на пути к «вылавливанию» следующей женщины.
— Здравствуй, Тай-гэ, я Чжао Сяожоу. Слышала, на Новый год вы с женой ездили в Мексику, хотела спросить, что же за человек этот Ма Лян на самом деле?
Несколько человек сели вместе собирать пазл и в конце концов восстановили любовную траекторию Ма Ляна.
Закончил среднее профессиональное училище, особых навыков нет, но прилежный, трудолюбивый, безропотно сносит тяготы и никогда не срывается на людях.
- Обувь с запахом (原味鞋, Yuánwèi xié) — сленговый термин (часто из фетиш-культуры), означающий ношеную обувь, сохранившую естественный зап ↩︎
- Байцюелин (百雀羚, Bǎiquèlíng) — известный китайский бренд уходовой косметики с долгой историей (основан в 1931 году). Сверху прикрепили фото Ван Ибо с рекламой крема, разглаживающего морщины, под названием Pechoin Zhenyan этого бренда. Рекламное сообщение: «Быстрое разглаживание морщин на 28% за 1 час». ↩︎
- La Mer — люксовый косметический бренд, принадлежащий корпорации Estée Lauder. ↩︎
- «Забой свиней» (杀猪盘, Shāzhūpán) — вид мошенничества, при котором преступник завязывает длительные романтические отношения с жертвой («откармливает свинью»), чтобы со временем выманить крупные суммы денег или дорогие подарки («забить свинью»). ↩︎
- Чжан Сяоцюань (张小泉, Zhāng Xiǎoquán) — один из старейших и самых известных китайских брендов по производству ножей и ножниц (основан еще в XVII веке, в эпоху династии Мин). ↩︎
- Чёрная кожаная тетрадь (黑色皮革手册, Hēisè pígé shǒucè) — отсылка к знаменитому японскому роману Сэйтё Мацумото и одноименным дорамам («Черная кожаная тетрадь»). ↩︎
- Хан Га-ин (кит. 韩佳人, Hán Jiārén / кор. 김현주) — популярная южнокорейская актриса, известная своей классической красотой и изящными чертами лица. ↩︎
